Найти в Дзене

История про глубину и ограничения

В очень раннем детстве, когда от безделья ходили на реку, а не в интернет, я очень хотела плавать с другими ребятами до соседнего берега или островка. Но был нюанс — я не умела плавать. Я была единственной (за всю историю этой реки), кто плавал в спасательном жилете. И меня это абсолютно устраивало, потому что он был легкий, надежно держался на теле, а ещё под головой была удобная подушечка. Моя задача была бултыхать ножками недалеко от берега и смотреть в проплывающие облака. Как-то раз я решилась и поплыла к другому берегу прямо в жилете. Сначала всё было привычно: можно было достать до дна, и водичка была теплая. Потом началась полоса из водорослей, которые тянулись до шеи своими неприятными, холодными и скользкими стеблями. Мозг, естественно, рисовал жуткие образы утопленников, которые своими утопленическими руками пытаются тянуть меня на дно. А дальше я попала в незнакомое пространство, где подо мной была черная и холодная вода. Эта чернота спровоцировала мозг на новые, ещё более

В очень раннем детстве, когда от безделья ходили на реку, а не в интернет, я очень хотела плавать с другими ребятами до соседнего берега или островка. Но был нюанс — я не умела плавать. Я была единственной (за всю историю этой реки), кто плавал в спасательном жилете. И меня это абсолютно устраивало, потому что он был легкий, надежно держался на теле, а ещё под головой была удобная подушечка. Моя задача была бултыхать ножками недалеко от берега и смотреть в проплывающие облака.

Как-то раз я решилась и поплыла к другому берегу прямо в жилете. Сначала всё было привычно: можно было достать до дна, и водичка была теплая. Потом началась полоса из водорослей, которые тянулись до шеи своими неприятными, холодными и скользкими стеблями. Мозг, естественно, рисовал жуткие образы утопленников, которые своими утопленическими руками пытаются тянуть меня на дно. А дальше я попала в незнакомое пространство, где подо мной была черная и холодная вода. Эта чернота спровоцировала мозг на новые, ещё более жуткие картины с участием разных морских чудовищ, и я в ужасе, под раскатистый смех детей, угребла обратно.

Наступил кризис среднего возраста, и пришла пора закрывать гештальты. Я записалась в бассейн, наняла тренера и из состояния «боюсь воды и мне страшно» научилась проплывать больше километра разными стилями. Гештальт с плаванием был закрыт! Но оставался ещё один — с морскими чудищами.

Волею судьбы я попала на морюшко. Вооружилась храбростью и двумя мужчинами для подстраховки. Поставила цель доплыть до буйков и убедиться, что там нет ничего страшного. Как и в детстве, без проблем проплыла комфортную береговую линию с теплой и прозрачной водичкой и попала туда, где черная и холодная вода, и не видно дна. От страха и холода тело начало дрожать, и мозг, как и в детстве, начал дорисовывать жуткие сцены из фильма «Челюсти». Но я продолжала плыть, и вот я уже у заветного буйка.

Не знаю почему, но я думала, что буйки держат сети, которые защищают пляж от морских чудищ. И как только я поняла, что никаких сетей нет, мой мозг предательски подкинул мне образ, что все самые страшные морские чудища уже со всех плавников мчатся, чтобы отведать моего вкусного тела.

В ту же секунду включился турборежим, и я настолько быстро гребла к берегу, что даже мужчинам из подстраховки не удалось меня догнать. Но, может быть, это потому, что они очень сильно смеялись от моего испуганного вида.

В итоге с открытыми водоемами у меня так и не сложилось. Но я не отчаиваюсь и бассейн не бросаю.

~
Если страх сильно мешает жить, сочувствую и, возможно, тебе поможет мой совет. Если посмотреть на страшные события не как потенциальные возможности, а как на ограничения, то все становится не так плохо. Вот я боюсь моря - это ограничение. Поэтому, если мне приходится выбирать между Турцией и Алтаем, я знаю ответ (в жопу Турцию). И я ничего не теряю в плане кайфа, наоборот. Я не пытаюсь побороть свой страх и не страдаю в Турции, я отрываюсь по полной на Алтае.