Найти в Дзене
Где-то во времени.

Где-то во времени. Часть первая. (Часть 28)

– Ага, – продолжил Мезенцев оживлённым тоном, доставая из кармана пачку «Мальборо». – У него тогда были просто замечательные джинсы… Зелёного цвета. Рубашка в клетку, а сверху тёмный пиджачок. К тому же причёска такая… – Довольно, Гарик. Полагаю, это вот совершенно не относится к обсуждаемому вопросу. Я невольно поморщился от неприятных воспоминаний. «Парнишка из шестидесятых» было одним из наиболее безобидных прозвищ, а вспоминать остальные и вовсе не имело смысла. К тому же я был абсолютно не виноват в том, что кроме отцовского пиджака мне попросту нечего было надеть поверх рубашки. И если уж Мезенцев взялся выкладывать все подробности перед привлекательной брюнеткой, то следовало бы добавить, что пиджак сидел на мне мешковато. И выглядел я в нём словно худосочный червяк в дорогой раме. – А в чём заключается суть дела? – поинтересовалась брюнетка, никак не отреагировав на школьную историю. – А вот, Палыч сейчас введёт тебя в курс. Он у нас назначен ответственным за установление дипло

– Ага, – продолжил Мезенцев оживлённым тоном, доставая из кармана пачку «Мальборо». – У него тогда были просто замечательные джинсы… Зелёного цвета. Рубашка в клетку, а сверху тёмный пиджачок. К тому же причёска такая…

– Довольно, Гарик. Полагаю, это вот совершенно не относится к обсуждаемому вопросу.

Я невольно поморщился от неприятных воспоминаний. «Парнишка из шестидесятых» было одним из наиболее безобидных прозвищ, а вспоминать остальные и вовсе не имело смысла. К тому же я был абсолютно не виноват в том, что кроме отцовского пиджака мне попросту нечего было надеть поверх рубашки. И если уж Мезенцев взялся выкладывать все подробности перед привлекательной брюнеткой, то следовало бы добавить, что пиджак сидел на мне мешковато. И выглядел я в нём словно худосочный червяк в дорогой раме.

– А в чём заключается суть дела? – поинтересовалась брюнетка, никак не отреагировав на школьную историю.

– А вот, Палыч сейчас введёт тебя в курс. Он у нас назначен ответственным за установление дипломатических контактов с новыми знакомыми.

– Что? – на сей раз уже я недоумённо заморгал, поднимаясь от костерка.

– Давай же. Изложи, что собирался. Спроси, о чём хотел.

Мезенцев улыбнулся. По ехидному выражению его лица было ясно, что он невероятно доволен тем, как ловко у него получается меня подкалывать.

– Внимательно слушаю, – отозвалась брюнетка, похрустывая морковкой.

– А… – я попытался сформулировать мысль, и тут слова сами пришли на ум, поскольку были более чем очевидны. – Огромное спасибо за оказанную помощь. У нас совершенно нет опыта в подобных делах, и я даже не знаю, что бы мы делали с Вовкиной раной. Так что, честно, благодарю от всей души.

– Не стоит благодарности, – отмахнулась девушка. – Вам в самом деле крупно повезло, что вы меня повстречали. Предвосхищая твой следующий вопрос, да, я получала образование врача. Хирургическое. Но не окончила его в силу, скажем так, определённых жизненных обстоятельств.

Мы с Гариком приняли умный вид и понимающе кивнули.

– И как-то вот так неловко получилось… – продолжил я. – Игорь всех нас представил, а мы до сих пор не знаем, как тебя звать.

– Нат, – незамедлительно отозвалась брюнетка, доставая ещё кусочек морковки.

«Нат? – мысленно переспросил я. – Это что, сокращение от Натальи, что ли? Довольно необычное имя. Чёрт, главное – не ляпнуть это сейчас вслух. Хотя, если рассуждать логически, и наши имена должны казаться ей весьма странными. Сложно это всё… И непонятно».

– Ну вот, Нат, приятно познакомиться, – поддержал Гарик, ловко щёлкнув по пачке так, чтобы одна сигарета выдвинулась вперёд. – А ты куда направляешься?

– Не скажу, – невозмутимо ответила брюнетка.

– Совсем не скажешь? – Мезенцев на мгновение застыл в недоумении.

– Совсем.

– А как далеко до ближайшего населённого пункта? – поинтересовался я.

– Населённого… – задумчиво протянула Нат, взглянув в ту сторону, откуда пришла. – Очень далеко, несколько суток пути. Если ты всё ещё надеешься отвезти Вовку-Бабаха в больницу, то это скверная затея, повторяю.

– А как ты умудрилась забраться в такую даль? – хитро прищурился Мезенцев, зажав сигарету в уголке рта.

Я тоже вопросительно посмотрел на девушку, порадовавшись, что тема с «парнишкой из шестидесятых» быстро исчерпала себя.

– Пешим ходом, – невозмутимо ответила она.

У меня начало возникать ощущение, что я беседую со вторым Вишняковым. Видимо, своеобразная Бабаховская логика оказалась заразной. И передавалась через контакт с кровью.

– Огня не найдётся? – поинтересовался Мезенцев, похлопывая себя по карманам.

Я тихо хмыкнул. Сыграно было не слишком убедительно.

– Конечно.

В следующее мгновение Нат переложила пакет с морковкой в другую руку и резким движением откинула полы куртки. Я не успел ничего понять, как девушка извлекла из узкого кармашка на джинсах небольшой золотистый прямоугольник и провела им вниз по внутренней стороне бедра.

В холодном воздухе прозвучал металлический щелчок открывающейся крышки. Вдоль ноги девушки вспыхнула полоса ярких искр, и в тот же миг перед лицом Гарика оказалась золотистая «Зиппо» или её аналог с трепещущим язычком пламени.

Всё было проделано настолько стремительно, что я осознал увиденное с небольшой задержкой как раз в тот момент, когда девушка опустила ногу, не прекращая жевать морковку. Впечатлён был не только я. Мезенцев так и продолжал улыбаться, глядя на протянутую зажигалку.

«Жаль, Бабах этого не видел…» – пронеслось у меня в голове.

– Будешь прикуривать или просто смотреть?

– Конечно, – опомнился Гарик, словно выходя из кратковременного ступора.

– Так вот для чего на джинсах эти нелепые маленькие кармашки… – заключил я.

– Вообще-то, Гарик-Игорь, прикуривать от зажигалки, сидя у костра, – это настоящее извращение, – заметила брюнетка.

Мезенцев тихо рассмеялся. Я тоже невольно улыбнулся.

– Знаете что, ребята? – продолжила девушка, убирая зажигалку на место. – Честно скажу, предвосхищая все ваши возможные вопросы. Подозрительные вы какие-то. В эту байку про медведя на охоте я сделаю вид, что поверила. Но зашивала я сейчас отнюдь не укусы или царапины, а пулевую рану. Понятия не имею, с кем и что вы там не поделили, но можете не утруждаться объяснениями.

– А если мы всё-таки попробуем?

Гарик сделал затяжку и выпустил облачко сизоватого дыма.

– Бесполезно, – пожала плечами Нат, – даже слушать не стану.

– Ну, ты сама тоже многого не рассказываешь, – поспешно начал я.

– Например, чего именно? Назови.

– Да многого чего, – хмыкнул я. – Глаза вот у тебя весьма необычного оттенка…

«Какой же бред ты несешь?» – поинтересовался внутренний голос и замолчал, оставив меня наедине с мыслью, что девушка сейчас может попросту взять рюкзак и двинуться дальше своей дорогой. А мне бы этого очень не хотелось.

– Ну, началось… – Нат развела руками. – Что вам всем, мужчинам, от меня нужно, ума не приложу?! Ну, извините, что радужная оболочка недостаточно яркая, как полагается! Ну, вот встречаются же такие исключения, представьте себе! Вы вот тоже не фонтан! Без слёз, пожалуй, можно смотреть разве что на Игоря-Гарика! К чему прицепился к глазам? Вам, парням, везёт с блёклыми радужками. А мы не дотягиваем, простите! Ну, недостаточно плотно расположились хроматофоры в мезодермальном слое, и что? Теперь мне помирать, что ли?!

– Умирать, точно, не нужно, – сдавленно ответил я, думая о своём. – Извини, что спросил, я совсем не это имел в виду…

– А что тогда?

Нат явно расстроилась. Я бы не сказал, что она по-настоящему разозлилась, скорее очень эмоционально давала понять, что эта тема ей неприятна.

Зато Мезенцев, услышав, что он смотрибелен, тут же расправил плечи и выпрямился, продолжая хитро улыбаться и выпускать дым.

Я нелепо заморгал. Как можно было объяснить, что цвет её глаз, напротив, слишком ярок и насыщен для нашей реальности? Не употребляя при этом формулировку «наша реальность»?

– Извини, – пробормотал я. – У тебя невероятно красивые глаза. Необычайно насыщенного цвета… Словно глядишь в вечернее небо на закате…

Девушка посмотрела на меня, как на ненормального.

– Ладно, забей, – махнула она рукой. – Мне тоже пора привыкнуть и перестать обращать на это внимание…

Воцарилась неловкая пауза, нарушаемая лишь ритмичным хрустом морковки и шипением полусырых щепок.

– И много у вас ещё этой вкуснятины? – поинтересовалась брюнетка.

– Ты что, никогда раньше не пробовала морковку с сахаром? – осторожно выведывал Игорь, выпуская дым.

– Я не спрашивала, пробовала или нет, – фыркнула Нат. – Я спросила, какой у вас остаток?

– Приличное количество, – тут же отозвался я, желая проверить, действительно ли брюнетка больше не сердится. – Вовка насушил очень много. Так что он не шутил.

– Да? – Нат хитро улыбнулась. – Если вот по такому пакетику в день употреблять, надолго ли хватит?

Я на секунду задумался, припоминая, в какое именно число мешочков Вишняков расфасовал соломку.

– Двадцать, может двадцать пять. Надо у Вовки уточнить, он точно знает.

Девушка взглянула на практически пустой пакет и убрала его в карман.

– И вот вам ещё одно доказательство того, что вам сегодня невероятно повезло. Я, пожалуй, покажу вам одно местечко, где можно переночевать. Потому что ближайшие пару дней, даже если будете гнать на машине без остановок, вы никого не встретите.

– Это каким же образом? – Гарик изучающе прищурился.

– Вот таким, – пожала плечами брюнетка.

– А оно в каком направлении, это место? – уточнил я.

Нат молча кивнула по направлению движения Боливара.

– Но ты же оттуда пришла, как ты нам его покажешь? По карте, что ли? Или тебе придётся ехать с нами?

– Он у вас немного туговатый, да? – поинтересовалась она у Мезенцева. – Сто вопросов на ровном месте и ничего не соображает...

– Вполне адекватный я.

– Успокойся, – фыркнула Нат. – Это тебе за вопрос про глаза.

– Палыч не настолько глуп, как может показаться… – философски заметил Гарик, выпуская дым. – Но порой да, производит подобное впечатление.

– Ну, спасибо, – буркнул я.

– Конечно, я поеду вместе с вами. Сам-то как полагаешь, Палыч-Антон? Вот подумай: у вас вся машина в отверстиях от пуль и следах когтей якобы медведя. У товарища плечо прострелено насквозь, и прибыли вы оттуда, – девушка кивнула в нужном направлении. – И ты серьёзно считаешь, что я горю желанием туда соваться? Уж нет. Ещё раз повторю, не ведаю, что там случилось, но туда я точно не пойду.

Меня по-прежнему поражал спокойный тон брюнетки. Словно следы когтей и дыры от пуль были в этом мире обыденным явлением. Хотя кто его знает, может, так оно и есть на самом деле. Мы же пробыли здесь меньше суток. И если это действительно так, то нам определённо следовало соглашаться на безопасное укрытие для ночлега.

– А куда ты сама намерена направиться? – вкрадчиво поинтересовался Гарик.

– Куда следует.

– А как потом? Дорога-то одна, других я не вижу…

Мезенцев медленно выпустил струйку дыма.

– И я других не вижу, – подтвердила девушка. – Поэтому и укажу вам место, где сама недавно останавливалась. К тому же там имеется кое-что любопытное, что вполне может пригодиться.

– И что именно?

– Теперь ты решил засыпать вопросами? – голос Нат стал несколько жёстче.

– Ни в коем случае, – Гарик тут же выставил вперёд руки в умиротворяющем жесте. – Поедем вместе. Мы будем только рады.

– И бесконечно признательны за помощь, – добавил я, наклоняясь над костерком, который успел потухнуть за время беседы и теперь лишь дымился.

– Я вот давно хотел спросить, – продолжил Мезенцев, – а где можно раздобыть такую же крутую одежду?

Нат ещё раз окинула нас взглядом своих прекрасных синих глаз и не смогла сдержать улыбки.

– Можно я откровенно скажу? – девушка прикрыла губы рукой, видимо, пытаясь сдержать смех.

Гарик молча кивнул.

– Я настолько дурацких нарядов, как у вас, в жизни не встречала.

– Это винтажный стиль, – протянул Мезенцев, приподняв кепку и поправив волосы.

Я попытался изобразить улыбку, но вышло не слишком убедительно.

Медальон снова куда-то потянул. Очень слабо. Я не имел ни малейшего понятия, что всё это означает, и как этим пользоваться. Похоже, интенсивность вибраций действительно зависела от того, насколько близко мы находились к ближайшему переходу? Или к тому, кто нуждался в помощи?

«Помочь… – задумался я. – Но мы же так никому и не помогли… Всех уничтожили проклятые бесы. А продавец сосисок говорил, что мы обязаны откликаться на зов. Чей зов? Откуда? Зачем? Но он ведь произносил это так, словно это нечто само собой разумеющееся…»

Я невольно тяжело вздохнул. Мы были похожи на несмышлёного младенца, который взял в руки пульт от телевизора и грызёт кнопки вместо того, чтобы нажимать на них, потому что не понимает, что это за устройство и как им пользоваться. Вот и мы сейчас нелепо грызли условные кнопки, заливая пульт слюной. А в это время кто-то обливал себя горючей жидкостью и поджигал фальшфейер. Всё из-за того, что мы не знали, как пользоваться этими штуками, и для чего они вообще предназначены.

– Палыч-Антон, ты чего приуныл? – спросила Нат, сделав шаг вперёд и хлопнув меня по плечу. – Если всё ещё переживаешь за друга, то совершенно напрасно. С ним всё будет в порядке. Хотя я бы рекомендовала ему несколько дней провести в покое. Но вы же вряд ли послушаетесь…

– Да, спасибо ещё раз, – рассеянно ответил я, размышляя о том, стоит ли снова попытаться разжечь огонь. – Я даже не знаю, чем мы можем тебя отблагодарить.

– Морковки будет вполне достаточно.

– Как там, кстати, Вован? – спохватился Гарик. – Не собирался выйти, подышать воздухом?

– Он спит, – отозвалась девушка. – Боль утихла, стресс прошёл, вот его и вырубило. Я свои инструменты убрала, дальше сами разберётесь.

– Хорошо, – кивнул Гарик.

– Ну, если вы решили ехать, то самое время трогаться, чтобы до наступления темноты успеть, – брюнетка снова потянулась, абсолютно не смущаясь нашего присутствия. – А тебе, если нравится костры жечь, то там для этого есть отличное место.

– Звучит заманчиво, – Мезенцев обольстительно улыбнулся.

– Ладно, я пойду, проверю, как там Вовка-Бабах, – хмыкнула девушка и направилась к буханке.

– Хорошо. Сейчас докуриваю, и двинемся в путь.

Я поднял небольшую веточку и осторожно разгрёб кучку углей и почерневших щепок. Мне показалось, что моя попытка развести костёр среди сырых камней и мокрых веток стала символичным отражением того, что мы совершили в предыдущем мире. Что-то попытались сделать, но ничего путного не вышло.

– Думаешь, ей стоит с нами ехать? – тихо спросил я, когда Нат скрылась в салоне автомобиля.

– Блин, Палыч, а сам-то как считаешь?

– Я думаю, лишь бы ей в голову не пришло тоже себя поджечь.

Мезенцев разочарованно помотал головой, цокнув языком.

– С какой стати? Ты только на неё посмотри. Абсолютно адекватная девчонка со своими принципами. Ничего лишнего не говорит, а значит, что-то активно скрывает. Мне теперь даже интересно, что именно… Или ты опять в курсе чего-то, чего нам знать не положено?

Гарик пристально на меня посмотрел.

«Рассказать про шрамы на боку? – подумал я, но перед глазами тут же возник образ хрупкой фигуры, объятой пламенем и мечущейся по козырьку. – Нет. Что бы это ни было, это её личное дело. Захочет – сама расскажет. Хотя, когда успеет, если мы всё равно отправимся на поиски перехода?»

– Нет, ничего такого, – я помотал головой. – Тебе медальон ничего не подсказывает?

– Чувствую что-то непонятное. Вроде как в ту сторону нужно двигаться, – Гарик кивнул в сторону, откуда пришла девушка. – Так что пока всё складывается неплохо. А ты перестань себя корить. Я серьёзно.

– Да, конечно. Постараюсь.

– Соберись, Тохан, – Гарик зажал почти догоревшую сигарету в уголке рта и похлопал меня по плечам обеими руками. – Сейчас мы уже ничего не изменим, к сожалению…

– Зато мы можем в дальнейшем быть более осмотрительными и внимательными, – заметил я, поднимая нож и направляясь к Боливару.

– Вот, прекрасная мысль! – воскликнул Гарик, следуя за мной. – На ней и сосредоточься. И ты прав насчёт свода правил или алгоритма действий. Его действительно нужно разработать.

Порыв прохладного ветра коснулся моего лица, освежая мысли и чувства. Я на какое-то мгновение словно пробудился к жизни, уловив мимолётную красоту этого момента. Желтеющий березняк, красно-коричневые камни и валуны вдоль дороги. Мокрая трава, тускло поблёскивающая под огромным небом с плывущими облаками. Приятный умиротворяющий запах сырости и прелой листвы.

– Интересно, кто и зачем проложил эту дорогу? – озадачился Гарик, наступая на потрескавшийся край асфальтового полотна, обрамлённого разбросанной щебёнкой. – Если тут на несколько дней пути никого не будет, зачем она здесь вообще?

– Знаешь, мне кажется, не стоит искать в этом таком уж прямого смысла, – заметил я. – Образ дороги часто служит некоей условной аллюзией на саму жизнь. Пройти свой путь… Дороги судьбы… И тому подобные формулировки… Даже в этом мире могло ничего не существовать, кроме дороги. И существовала бы она лишь потому, что это чей-то путь… И кто-то должен будет по ней пройти.

Мезенцев остановился и задумчиво на меня посмотрел, почесывая хрустящую щетину.

– Я же говорил, что ты далеко не простак, – подчеркнул он, после чего сделал последнюю затяжку и, задумчиво посмотрев на тлеющий окурок, бросил его на асфальт. – А знаешь, все мы – окурки, гонимые по дорожному полотну ветром хаотичных событий и принятых решений…

Читайте бесплатно, наслаждайтесь, делитесь с друзьями — я не торговец, я писатель. Но если решите поддержать мой борьбу с прокрастинацией и пустым холодильником — милости прошу на главную страницу, там есть волшебная кнопка «Поддержать автора»!

Подборка "Где-то во времени. Часть первая" целиком:

https://dzen.ru/suite/6f9c2eb4-9a0d-4a0d-bd8b-a59dfc56b8cd

Небольшая группа-междусобойчик с разговорами обо всём в ТГ:

t.me/AntohaIgroed