НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Глава 34
«Снова вместе»
- Ну, вот и отлично! — осмотрев Катю, прокомментировал врач. — Ты уже в полном порядке, правда, рука ещё немного поболит! Так что, если хочешь, я могу тебя выписать!
- Можно я ещё немного побуду здесь? Мне просто некуда идти! — единственное место, куда она могла бы вернуться, это дом Гольданских, но там жил Вадим, а он, по мнению Кати, вряд ли её туда впустит.
От одной этой мысли сердце сжималось болезненным комом, а в глазах вмиг вставали горькие слёзы, готовые вот-вот побежать по щекам.
- Ну, ну, ну! — увидев, что девушка вот-вот заплачет, Константин Петрович принялся гладить её по плечу. — Только не плачь, вот увидишь, всё наладится! Вадим обязательно всё поймёт! На твоей стороне Раиса Константиновна, а она-то уж точно добьётся справедливости. Уж поверь мне, Катенька, я её с детства знаю.
- Вы думаете? — спросила она у врача, хотя откуда ему это знать.
Но в глазах её было столько отчаянной надежды, что он продолжил её в этом убеждать, искренне надеясь на то, что его прогнозы обязательно оправдаются.
- Конечно! Так что давай, успокаивайся, сейчас принесут завтрак, тебе обязательно нужно поесть! А мне нужно делать обход! — он подмигнул Кате и направился к двери, где и столкнулся с влетевшим в палату Вадимом.
- Вот! — мужчина показал на Вадима. — Всё начинает налаживаться! — а затем вышел.
***
Вадим мчался к больнице, словно одержимый. Руки дрожали на руле, а в голове металась одна мучительная мысль: «Что я наделал? Боже, что я наделал?» Каждый поворот, каждый светофор казались вечностью. Он представлял её лицо в тот страшный момент, когда обвинил в измене, когда не поверил, когда оттолкнул... Слова матери жгли сознание: «Ульяна всё подстроила».
А он, слепой дурак, поверил!
«Как я мог? Как я мог не поверить Кате?» — терзал он себя. — «Она же говорила правду, умоляла меня выслушать, а я... я выгнал её на улицу!»
Воспоминания болью отразились в сердце. Он винил себя в каждой пролитой ею слезе.
И вот сейчас он стоял в палате, не зная, что сказать женщине, которую так жестоко обидел. Катя предстала перед его глазами совершенно беззащитной. На лице не было макияжа, глаза от пролитых слёз были красными и слегка припухшими. Она сидела на кровати в больничной пижаме и смотрела на него испуганными, полными боли глазами, совершенно не зная, чего ждать от мужа. Зачем он пришёл? Извиниться или, наоборот, унизить и оскорбить? А может, сообщить о разводе?
Катя чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Воспоминания о той ужасной ночи всплывали одно за другим, причиняя нестерпимую боль. Как она пыталась объяснить, что ничего не было, как умоляла его поверить... А он смотрел на неё с таким отвращением, словно она была самой последней женщиной на свете. Эти воспоминания жгли сердце, но несмотря, ни на что, любовь к Вадиму не угасла. Она любила его вопреки всему, любила даже тогда, когда он причинял ей боль.
От мучительных мыслей у девушки в глазах заблестели слёзы. Ничего не говоря, Вадим подбежал к Кате и обнял её так крепко, словно боялся, что она исчезнет.
- Прости меня, моя маленькая! — он начал её целовать в лоб, щёки, губы. Голос его дрожал от отчаяния. — Я просто дурак! Полный дурак!
От его объятий и слов Катя заплакала ещё сильнее, это были слёзы облегчения, боли и любви одновременно.
- Я не виновата, — вновь начала она сквозь рыдания, — я тебе не изменяла, клянусь! Я не знаю, как он оказался в нашей комнате! Я не знаю!
- Я всё знаю! — он начал вытирать ей слёзы дрожащими руками. — Это всё подстроила Ульяна! Она очень сильно меня ненавидит! Но ты не переживай, я сегодня же куплю ей билет, и она навсегда уедет в Москву.
- Она ненавидит тебя за то, что у неё никогда не было отца! — сквозь слёзы проговорила Катя. — Ей нужен отец, прости её и прими, иначе ненависть её погубит!
Даже сейчас, после всего, что произошло, Катя заступалась за человека, который чуть не разрушил её жизнь. В этом была вся её суть, умение прощать и видеть боль даже в тех, кто причинял боль ей.
- Почему? — Вадим удивлённо посмотрел на жену. — Почему ты её защищаешь?! Она же нас почти разлучила! Она нам жизнь испортила, а ты её защищаешь?!
- Просто я знаю, что это такое расти без отца! — голос Кати дрожал от воспоминаний. — Знаю, что это такое мечтать об отце, о его любви, ласке, защите! Это такая боль, Вадим... такая пустота внутри...
- Ты другое дело! У тебя не было ни мамы, ни папы! А у неё было всё!
- Всё, кроме отца! — Катя взяла его лицо в ладони. — Вадим, она же твоя дочь, она такой же твой ребёнок, как и Димка! Почему ты так её не любишь? Или, может, дело в Анне? Из-за неё ты так относишься к дочери?!
- Знаешь, сколько она из меня крови выпила со своей беременностью! — в голосе Вадима прорвалась старая боль. — Хотела удержать меня ребёнком, я сказал, что ни она, ни ребёнок мне не нужны. Я тогда даже и не думал о детях!
- Но она родила! Неужели ты ни разу не хотел обнять Ульяну, поцеловать? Ведь она же твоя дочь!
- Я просто никогда об этом не задумывался. Когда она к нам на каникулы приезжала, я вообще из дома уходил! Так что у меня нет к ней никаких чувств.
- А ты попробуй относиться к ней как к дочери, — Катя сжала его руки. — У вас же ведь ещё всё впереди! Ты не представляешь, как это здорово, иметь семью! Настоящую, полную семью, где все любят друг друга...
В её голосе звучала такая тоска по тому, чего у неё самой никогда не было, что сердце Вадима сжалось от жалости и любви к этой удивительной девушке, которая даже после всего пережитого думала не о себе, а о других.
Вадим прекрасно знал, что это такое, когда у тебя есть семья. У родителей он всегда был любимчиком, мать души в нём не чаяла, а брат с него пылинки сдувал, никогда и никому не давал его в обиду. Может, потому он и вырос таким чёрствым и эгоистичным, привыкшим принимать, а не отдавать заботу и любовь. Он просто не умел любить по-настоящему, не умел отдавать себя полностью.
Почти в сорок лет он стал отцом во второй раз, и тогда-то он впервые осознал, что нужен этому маленькому, беззащитному человечку. В сердце его поселился маленький Димка со своими детскими радостями и печалями. Потом там появилась Катя, а с ней снова ощущение семьи, тепла, дома. Он даже к брату и матери стал относиться по-другому, мягче, понимающе, с благодарностью за ту любовь, которую они ему дарили. Единственный человек, которого он упорно не хотел впускать в свою жизнь, это была Ульяна.
- Ладно, малыш, давай отложим этот разговор до лучших времён! — отвертелся на этот раз Вадим, не готовый ещё к таким серьёзным переменам в своей жизни.
Слишком много всего произошло, слишком многое нужно было осмыслить и пережить.
***
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...