На малой сцене «Глобуса» блистают две знаменитые певицы из середины прошлого века – оперная прима Мария Каллас из Греции и звезда эстрады Гелена Мадлевска из Польши.
Мария Светланы Галкиной дает «Мастер-класс» (режиссер Илья Паньков). Гелена Екатерины Аникиной исполняет «Варшавскую мелодию» (режиссер Ирина Камынина). И та, и другая прошли через упоение творчеством, титанический труд, карьерный рост, звездную славу. Испытали любовь. Испытали любовь на верность и постоянство – и любовь эти испытания выдержала только в одностороннем порядке. Эта любовь Марию убила, а Гелену сделала сильнее.
Для создателей «Мастер-класса» неважно, какой век на дворе. Каким бы ни был, личная жизнь строится или рушится вне времени и пространства. Реалии «Варшавской мелодии» привязаны к конкретному времени, но режиссер тоже смягчает тему государственного молоха, которому в 1947 году вдруг вздумалось запретить браки с иностранцами. В версии «Глобуса» личность сама выбирает свой путь, смиряясь с обстоятельствами или преодолевая их. Вот и получается, что певица несчастлива в личной жизни не потому, что искусство потребовало жертв, а потому, что для мужчины ее любви оказалось слишком много.
Марию мы встречаем на закате, когда у нее всё позади.
Отношения с миллиардером Озирисом толкнули ее с карьерной лестницы вниз. Блистательная прима запустила болезнь горла, потеряла голос, была вынуждена покинуть сцену. Теперь она использует своих учеников как брусок для оттачивания идеи-фикс, что в искусстве не бывает легко и бороться за себя в нем нужно с самых первых шагов на сцене. Слабак проиграет, но, целеустремленная и одержимая, она проиграла тоже. И не прощает своего поражения даже тем, кто ни в чем перед ней не повинен.
Ее упоительные воспоминания, озаренные светом рампы, исчерпав себя, обрушиваются в поток сознания, затопленного мужчиной всей ее жизни. Озирис удовлетворился знаменитостью и бросил ее, оставив ей тяжесть нереализованной страсти. Финальный монолог Марии – это предсмертный крик птицы с перебитыми крыльями, которая давно уже не поет. Она балансирует у бездны на краю, чтобы выплеснуть накопившуюся боль и умереть налегке.
Возлюбленного Марии мы так и не увидим. Ведь неотступно следовал за ней не он, а его тень, его незримый образ. А молодой фронтовик, реальный и зримый, – движущая сила «Варшавской мелодии», построенной на дуэтных сценах. Три встречи Виктора и Гелены с промежутками в десять лет высвечивают силу женского чувства – и степень нравственной деградации того, кто считает себя мужчиной.
Гелену мы встречаем на рассвете, когда у нее всё впереди. Кажется, что хрупкость, нежность, незащищенность, незаживающая рана, нанесенная войной, не позволят состояться в профессии. Но рядом с ней сильный парень, которого Алексей Корнев щедро наделяет воинствующим оптимизмом. Если уж он «Гитлера не испугался», то тем более сможет выстроить свою жизнь как по нотам. Хотя ничего не смыслит в музыке.
Вот он и строит. Хотел подарить Геле туфельки на Новый год – и подарил, потратив ночь на разгрузку вагонов. Хотел стать виноделом – и стал им. Хотел получить докторскую степень – и получил. Геля здесь уже ни при чем. Жизнь распорядилась так, что он научился приспосабливаться, а она научилась преодолевать. Чаша весов в этом перевертыше, закачавшись и накренившись, обозначила несовпадение нравственных парадигм. Любовь длиной в жизнь и любовь на короткой дистанции есть несоизмеримые величины.
«Ты женат?» – спрашивает Гелена в ресторане, и тут же, как по щелчку, окружающие дзинькают фужерами, будто сердце разбивается вдребезги. «Учитесь властвовать собой», – поучал Онегин Татьяну, а Виктор через десять лет после всех обещаний «что-нибудь придумать» гнет ту же линию. В их последнюю встречу в гримерке певица освежает макияж, маскируя пудрой, помадой и наигранным равнодушием тоску, радость, надежду, страх, волнение… Так постаревшая Дебора в «Однажды в Америке» лихорадочно наносила на лицо густую маску, чтобы скрыть свое смятение перед Лапшой. А Гелена пока еще молода и красива, но уже научилась «властвовать собой». И мы бы ни о чем не догадались, если бы не ее глаза, распахнутые во весь экран. Она высматривает Виктора в зале и, запнувшись о пустое кресло, сбивается с ритма. Но через секунду продолжает петь. Что бы ни случилось – она продолжит петь. Настоящее искусство рождается болью.
Незадолго до этого ему было важно, чтобы она оценила его авторское вино, это самая главное чаяние потрепанного мужчинки в очечках. Он за этим к ней и пришел. Даже не взглянув на «медали», украшающие принесенную Виктором бутылку, Гелена выдает очередной афоризм: «В конце концов, я стала хорошей певицей. А хорошая певица – это не только голос». Хорошая певица – это еще и сила духа и сила воли, это умение не сломаться и выстоять. Когда-то давно почувствовав счастье кожей, впоследствии она сумела обойтись без него. Гелена могла бы дать Марии Каллас блестящий мастер-класс по выживанию, но они так и не познакомились.
Яна Колесинская