— Сынок, я не позволю вам снимать квартиру, когда у меня целая комната пустует, — твёрдо заявила мама Марка, когда он поделился с ней своими планами. — Всё решено: после свадьбы живёте у меня!
— Мам, но Ниночка сказала… — попытался возразить Марк.
— Ты Ниночку знаешь года два, не больше, а с мамой своей живёшь уже почти тридцать лет, — перебила она его. — Так, всё, хватит! Ты же знаешь, не люблю, когда ты со мной споришь. У меня давление поднимается. Другие матери вон, наоборот, сыновей из дома выгоняют. А я вам жилплощадь предоставляю совсем бесплатно. Нет, ну что за молодёжь пошла?!
Мама сделала телевизор погромче и демонстративно уткнулась в свой любимый сериал, показывая всем своим видом, что вопрос решен и обсуждению более не подлежит.
Марк посопел в свои две дырочки, да и пошел на встречу с Ниной. Они договорились посидеть вечером в кафе, обсудить в тихой обстановке предстоящую свадьбу.
— Нинок, солнышко, а ты не против, если после свадьбы мы поживём у нас? — Марк поймал момент, который, по его мнению, был наиболее подходящим для такого разговора.
— У нас? Это где? — Нина сделала вид, что не поняла.
— У нас, это у моей мамы…
— Нет, Марк, нет и ещё раз нет! — решительно заявила Нина. — Твоя мама ко мне цепляется. Деревенщиной дразнит. А ты с ней жить предлагаешь?
— Это она до свадьбы дразнила, — попытался успокоить её Марк. — После свадьбы она такого делать не станет.
— Ты серьёзно? Ты в это веришь? — в голосе Нины звучало недоверие.
— Конечно. Иначе она не стала бы звать к себе. Ей зачем лишние нервы?
— Ой, не знаю, Марк, как-то мне всё это не нравится.
— Нинок, другие матери вон, наоборот, сыновей из дома выгоняют. А нам мама жилплощадь предоставляет. Совсем бесплатно! — процитировал Марк слова матери, надеясь, что это её убедит.
Нина только кивнула в ответ. Она соглашалась с Марком, но чувствовала, что всё это не к добру. Было какое-то смутное предчувствие.
После скромной, но очень красивой свадьбы, Нина перевезла свои немногочисленные вещи в квартиру к свекрови.
Марк был на седьмом небе от счастья. Теперь он жил под одной крышей с двумя любимыми женщинами: Ниной и мамой. Но чувство счастья в квартире, похоже, испытывал он один.
— Чего сидишь, как в гостях? — бурчала свекровь с утра пораньше, когда Нина, ещё не совсем проснувшись, пила чай. — Могла бы встать пораньше, мужу завтрак приготовить. Сырники он любит со сметаной. Только смотри не пережарь! Он не любит, когда корочка тёмная!
Сырники! Нина никогда не умела готовить сырники. Блины – пожалуйста, оладьи – тоже. Но сырники! Да ещё этот творог городской, какой-то комковатый, явно не домашний, только усугублял ситуацию. В итоге сырники получились, но были все какие-то разваленные, неаппетитные.
— Чудо-юдо ты! Это что такое? — спросила Светлана Павловна, брезгливо ковыряя один из горячих сырников невестки. — Мой сын такое есть не будет. Что с тобой такое? Нам все уши в детстве прожужжали, что вы, мол, городские, такие неумехи, вот деревенские!.. Ага, теперь я вижу, кто из нас неумехи!
Вскоре вышел Марк и без всякого удовольствия посмотрел на свой завтрак.
— А что с этими сырниками?! — поморщился он, глядя на испорченное блюдо.
— Это тебе подарочек от Ниночки! — язвительно ответила мать, обведя невестку презрительным взглядом.
— Мам, а есть каша? — с надеждой в голосе спросил Марк, отодвигая от себя тарелку с сырниками.
— Конечно есть, лапуля ты мой, — тут же смягчилась Светлана Павловна, обращаясь к сыну. — Сварила я. Как знала! — она поставила ему тарелку с ароматной манной кашей, щедро полив её маслом.
Нина была в шоке от такой подставы. Нет, она, конечно, чувствовала свою вину за испорченные продукты и огорчение мужа. Но ведь свекровь могла бы как-то помягче всё это обыграть, а не выставлять её полной неумехой на потеху сыну.
— Ладно, молодёжь, с вами хорошо, но мне пора на работу! — Светлана Павловна подскочила, поцеловала сына в щёчку и добавила, бросив на невестку строгий взгляд: — Нина, убери здесь всё!
«Не, ну нормально? А мне как будто не надо на работу!» — мысленно возмутилась Нина.
Она была вне себя от злости. Но жаловаться Марку она не стала. У неё было недостаточно аргументов против его матери. С ней он знаком не так долго, а с матерью живет всю свою жизнь, и ей казалось, всегда будет на её стороне.
Вечером, придя домой, Светлана Павловна устроила очередной мини-скандал.
— Что за дела? Нет, ну это ни в какие рамки не лезет! — причитала она, деловито передвигаясь по кухне.
— Что случилось, Светлана Павловна? — Нина примчалась сразу же, как услышала недовольный голос свекрови. Она поняла, что все претензии были подготовлены именно для неё.
— Что случилось?! Не знаю. Ураган прошелся по кухне — вот что случилось, — возмущенно говорила свекровь. — Куда ты дела все ножи?
— Все ножи? Там был один, маленький, с белой ручкой, и я убрала его туда же, где остальная посуда лежит, — ответила Нина, стараясь говорить спокойно.
— Ты в своём уме? А если я полезу туда и порежусь? Для ножей у меня отдельный магнит есть. Сыночка мой сделал. Вот, смотри! — Светлана Павловна подскочила к стене и указала на магнит, который был прикреплён высоко, где-то между микроволновкой и чайником, и совершенно не бросался в глаза.
— Ой, извините, Светлана Павловна. Я не заметила, — Нина старалась сдержать гнев, но тон её стал чуть более резким.
— Это на каком месте должны быть глаза, чтобы не заметить? — не унималась свекровь.
Нина с трудом проглотила обиду.
— Что-то ещё, Светлана Павловна? — спросила она, надеясь, что на этом всё закончится.
— А тебе что, мало? — фыркнула свекровь.
— Ну, вы сказали: ураган по кухне прошёлся. Весь сыр-бор из-за ножа, получается? — Нина уже не могла сдерживаться.
— Вы посмотрите на неё! Она ещё спорит!
Нина была вся серая от гнева, но говорить ничего Светлане Павловне она не стала. Она решила дождаться Марка и обо всём с ним серьёзно поговорить.
— Марк, надо что-то делать, я так больше не могу, — начала этот непростой разговор Нина, когда Светлана Павловна ушла принимать ванну. Делала она это основательно, поэтому сноха точно знала, что у неё есть время на серьёзный разговор с мужем.
— Твоя мама ко мне постоянно цепляется, — тихо говорила Нина, пытаясь сдержать дрожь в голосе. — То ей не так, это ей не так. Мне кажется, что она хочет, чтобы мы с тобой съехали.
— Нинок, этого не может быть, — Марк постарался говорить уверенно, но в его голосе слышалось сомнение. — Она так уговаривала, чтобы мы остались жить у неё. А теперь выгоняет нас? Как-то нелогично.
— Значит, она хочет, чтобы съехала я.
— Да ну ты, брось! Быть такого не может, — отвечал Марк, а сам вспоминал, как мать отговаривала его жениться на Ниночке. Он тогда мать не послушал, видимо, поэтому она решила отыграться на нежеланной невестке. — Потерпи, родная. Я поговорю с мамой. Всё будет хорошо!
Марк действительно поговорил с мамой, но та всё отрицала, умело играя роль обиженной матери.
— Разве ты не видишь, что она самая настоящая лентяйка? И руки у неё не из того места растут, — нашептывала мать сыну про его молодую жену, когда они остались одни. — Сыночка, дело, конечно, твоё, но тебе жить с ней всю жизнь. Готовить не умеет, неряха. А что потом будет, когда меня не станет? Кто будет тебе стряпать?
— Научится, — процедил сквозь зубы Марк, чувствуя, как между молотом и наковальней его разрывает на части.
— Когда? Она уже не маленькая. Да я в её годы!
Марк схватился за голову. Быть между двух огней – не самое приятное занятие. Он видел, как страдает Нина, и слышал жалобы матери.
— Хорошо, не хочешь, чтобы я ей выговаривала – говори ей сам, — наконец сдалась Светлана Павловна. — Воспитывай свою жену! Потом будет поздно. Она потом твоих детей так же воспитает, как себя. И будешь ты всему своему семейству задницы подтирать!
После этого разговора Светлана Павловна поменяла свою тактику. Вместо того, чтобы напрямую выговаривать Нине, она стала жаловаться сыну, а тот потом, краснея и запинаясь, передавал претензии жене, как свои собственные. Происходило всё это под восторженным взглядом хозяйки квартиры, которая с удовлетворением наблюдала за тем, как её «план» исполняется.
— Бокалы грязные! Ты протираешь их салфеткой после мытья?
— Курица недотушилась. Ты нас хочешь оставить без зубов?
— Ты почему носки не разложила по парам? Как я их теперь разберу?
Марк чувствовал себя глупо, но продолжал. Каждая новая претензия была хуже предыдущей. Нина медленно теряла терпение. Её раздражение росло с каждым днём. Она чувствовала себя несчастной, словно попала в какой-то замкнутый круг, из которого нет выхода. Дом, который должен был стать её новым уютным гнёздышком, превратился в поле битвы, где каждое её действие подвергалось критике. Она чувствовала себя чужой, ненужной, и всё больше отдалялась от Марка, который, похоже, совершенно не замечал её состояния, утонув в роли посредника между матерью и женой.
В один прекрасный день, когда сын и мать вернулись домой с работы, они обнаружили, что Нина собрала вещи и ушла. Не оставила даже записки. Марк в панике пытался звонить ей, но она не брала трубку. Позже он получил от неё сообщение: «Я подаю на развод».
Марк был опустошён. Он загрустил. Потеряв любимую женщину, он вдруг остро осознал, как сильно её любил. Дом казался пустым и холодным без её смеха и присутствия. Светлана Павловна, видя горе сына, решила утешить его.
— Не грусти, сыночек, — сказала она, наливая ему чай. — У Ниночки, наверное, другой появился. Ты же знаешь, какие они, деревенские... гулящие, ненадёжные. — Она погладила его по голове. — Ты у меня такой хороший, такой заботливый. Ты найдёшь себе другую. У которой руки растут откуда надо. И которая будет тебя любить и ценить.
Они сидели вдвоём, мать и сын, пили чай, как и раньше. Комната снова наполнилась тишиной, которую нарушал лишь мерный стук ложечки о чашку. Никто им больше не мешал.
Благодарю за внимание ❤️