Степан поехал к Светлане вечером.
Купил по дороге цветы в ларьке возле метро. Ромашки, её любимые. И торт в кондитерской — медовик, который она обожала. Нёс всё это в руках и чувствовал себя нелепо. Как будто ему снова двадцать лет, и он идёт на первое свидание.
Только сейчас ему было за шестьдесят, за плечами сорок лет совместной жизни, и он шёл просить прощения у жены за то, что не доверился ей.
Дверь открылась не сразу. Светлана посмотрела на него через глазок, потом открыла. Молча. Степан протянул ей цветы.
— Света. Прости меня. Я был полным идиотом.
Она взяла букет, понюхала. Посмотрела на него долго.
— Проходи.
Они сели на кухне. Той самой, где неделю назад Степан застал Лёвку. Степан поставил торт на стол, достал тарелки. Руки дрожали.
— Я всё понял. Элька мне рассказала. Про кран. Про агентство. Про то, что Лёвка просто помог.
Светлана молчала.
— Я не брал трубку. Ты звонила, а я не взял. Говорил себе — потом перезвоню. А потом забыл. Кран месяц собирался починить, всё откладывал. А потом он сорвался, и ты справилась сама. Позвала помощь. А я пришёл и устроил скандал. Света, прости. Я был не прав. Совсем не прав.
— Ты мне не поверил, — тихо сказала Светлана. — Вот что самое больное. Ты решил, что я изменяю. После стольких лет. Не спросил, не выслушал. Просто решил.
Степан опустил голову.
— Я испугался. Увидел его в моей футболке, тебя рядом. И в голове всё перемешалось. Подумал, что теряю тебя. Что я недостаточно хорош. Что ты нашла кого-то лучше.
— Степан, мне шестьдесят три года. Я прожила с тобой сорок лет. Родила дочь. Вырастила внуков. И ты думаешь, я буду изменять тебе со старым другом, который пришёл кран починить?
Он посмотрел на неё. В её глазах стояли слёзы.
— Это глупо, да?
— Очень глупо.
— Прости меня. Пожалуйста. Я позвоню Лёвке, извинюсь перед ним тоже. Скажу, что был не прав. Что наговорил лишнего.
Светлана вытерла глаза.
— Я так испугалась, Степа. Думала, ты больше не вернёшься. Что мы на старости лет разойдёмся из-за какой-то ерунды.
— Не разойдёмся, — твёрдо сказал он. — Никогда не разойдёмся. Я люблю тебя. Люблю сорок лет. И буду любить дальше. Прости дурака.
Светлана улыбнулась сквозь слёзы.
— Ладно. Прощаю. Но если ещё раз устроишь такое...
— Не устрою. Обещаю. Теперь я буду трубку брать. И краны чинить сразу.
Они посидели ещё, выпили чай с медовиком. Говорили о мелочах — о внуках, о ремонте, о том, что нужно купить новые занавески. Обычные разговоры людей, которые прожили вместе долгую жизнь.
Потом Степан набрал номер Лёвки. Тот взял трубку не сразу.
— Лёвка, это Степан. Я звоню извиниться. За тот день. За то, что наговорил. Ты помог нам, а я вёл себя как последний...
— Степан, всё нормально, — перебил его Лёвка. — Я понял. На твоём месте, может, тоже бы не так подумал. Главное, что вы с женой помирились.
— Помирились. Спасибо тебе. Правда спасибо. За кран. И за понимание.
— Не за что. Если что-то ещё понадобится — звоните. Только в следующий раз предупреждайте заранее, чтобы я в своей одежде был, — пошутил Лёвка.
Степан засмеялся. Первый раз за эти дни.
Повесив трубку, он обнял Светлану.
— Я домой вернусь?
— Возвращайся. Это твой дом.
На следующий день Степан забрал вещи от Эли. Кирилл и Соня расстроились, что дедушка уезжает, но он пообещал приезжать каждые выходные.
Эля проводила отца до машины. Обняла крепко.
— Пап, ты молодец. Что вернулся. Что извинился.
— Ты молодец. Что не дала нам с матерью наделать глупостей.
— Это семья, пап. Мы друг за друга.
Степан кивнул. Сел в машину, помахал дочери и внукам. Поехал домой. К Светлане. К своей жизни, которую чуть не разрушил из-за вспышки ревности и неумения слушать.
Дома Светлана встретила его с улыбкой. Они вместе разобрали его вещи, приготовили ужин, посмотрели телевизор. Всё было как раньше. Как должно быть.
Вечером, когда они ложились спать, Степан обнял жену и сказал тихо:
— Я больше никогда не буду откладывать то, что ты просишь. И буду всегда брать трубку.
— И верить мне, — добавила Светлана.
— И верить тебе. Обещаю.
Они лежали в темноте, держась за руки. Понимая, что прошли через испытание. Что едва не разрушили то, что строили сорок лет. Но справились. Благодаря дочери. Благодаря тому, что ещё была любовь. И желание быть вместе.
На следующий день Эля позвонила матери.
— Мам, как вы?
— Хорошо. Отец уже починил ещё два крана на всякий случай. И повесил новую полку. Говорит, чтобы я не вызывала никаких сантехников.
Эля засмеялась.
— Передай ему, что я горжусь. И тобой тоже. Что вы не дали гордости разрушить семью.
— Спасибо тебе, доченька. За операцию примирение, как ты её назвала. Мы справились только благодаря тебе.
— Мам, вы справились сами. Я просто помогла увидеть правду.
Повесив трубку, Эля подошла к окну. За ним начинался новый день. Солнце поднималось над городом, машины ползли по улицам, люди спешили на работу.
Подписывайтесь на Telegram скоро там будет много интересного!
Обращение к моим подписчикам
Всем большое спасибо за лайки, комментарии и подписку) ❤️
Навигация по каналу Юля С.
Ещё рассказы: