Наш сегодняшний рассказ - о никеле.
Этот металл, как и многие другие, люди начали использовать задолго до официального открытия.
Древние китайцы, например, еще в III век до н. э. не только активно выплавляли, но и экспортировали сплав никеля с медью и цинком, который они называли «пакфонг». Сплав был природным, то есть в тамошних месторождениях просто оказались все три металла - они вообще достаточно часто соседствуют - вот и выплавлялись сразу сплавом. Пакфонг получился весьма похожим на всегда дефицитное серебро, поэтому его охотно покупали соседние страны.
В том числе и Бактрия. Был такой осколок империи Александра Македонского, древнее государство, расположенное на территории современных Таджикистана, Узбекистана и Афганистана, между Гиндукушем на юге и Ферганской долиной на севере.
Правил Бактрией, разумеется, никакой не таджик, а природный грек-иониец Евтидем I. Он-то и отчеканил из китайского сплава тетрадрахмы со своим профилем. Одна из них, выпущенная в 235 году до н. э., сегодня хранится в Британском музее в Лондоне.
Эта монета является первым известным нам случаем, когда человечество использовало никель.
Любопытно, что традиция использовать никель для производства монет возродилась уже в новые времена, но об этом позже.
Долгие столетия люди игнорировали никель по самой уважительной причине - они даже не подозревали о его существовании. Новый всплеск интереса к этому металлу возник уже в Новое Время среди рудокопов Саксонии.
Как и его сосед по таблице Менделеева - кобальт, о котором мы уже рассказывали, никель назван в честь нечистой силы.
Дело в том, что саксонские горняки верили, что был такой зловредный горный мастер по имени Николаус или просто Никель. Никель - это принятый тогда у немцев сокращенно-панибратский вариант имени Николаус. Полный русский аналог - "Колян".
Так вот, этот самый мастер Колян, померев, не упокоился с миром, как все приличные покойники, а стал призраком. Злым духом, который продолжает изо всех сил пакостить и гадить своим бывшим коллегами.
В частности - именно зловредный Никель и подсовывал горнякам свою дьявольскую руду, очень похожую на медную. Руда эта слова доброго не стоила, максимум стекловарам годилась - для окраски стекла в зеленый цвет. А вот выплавить из нее медь ни у кого так и не получилось, зато гадостью всякой надышаться при плавке было - легче легкого. Сколько народу этот поганец Никель потравил, вы даже не представляете!
Руду эту так и назвали - купферникель (Kupfernickel), то есть "медяшка Никеля". Сейчас этот минерал называется никелином и он, как давно выяснили ученые, является арсенидом, то есть смесью никеля с мышьяком - отсюда и токсичность испарений.
Довольно долго тайна купферникеля не давала покоя ученым. В 1726 году зловредную руду исследовал немецкий аптекарь, химик и натуралист Иоганн Генрих Линк,
прославившийся своей богатой фамильной аптекой "Золотой лев" в Лейпциге и изучением морских звезд.
В результате экспериментов он установил, что при растворении в азотной кислоте "медяшка Никеля" дает зеленую окраску, и, значит, скорее всего является кобальтовой рудой с примесями меди.
С этими выводами не согласился химик-любитель и известный горный мастер, всю жизнь проработавший в управлении шахтами Швеции, Аксель Фредрик Кронштедт. В результате длинной серии экспериментов шахтоуправленец все-таки выделил из купферникеля металл, правда, не очень чистый, но на медь совершенно не похожий.
В своем научном отчете об экспериментах будущий руководитель восточных и западных шахт Швеции Аксель Кронштедт сообщал, что металл этот твердый и хрупкий, слабо притягивающийся магнитом, и при нагревании переходящий в черный порошок.
Поскольку металл был выделен из купферникеля, заявил первооткрыватель, будет справедливым сохранить ему это же имя, только сократив его для удобства до "никеля".
Так злой дух Колян обрел бессмертие в таблице Менделеева.
Между прочим, "колян" чуть не стал официальным названием элемента, в русской научной литературе XVIII и начала XIX никель фигурировал под названием «николан». Потом термин исправили - а жаль!
Правда, новый элемент по имени "никель" признали не все. Часть ученых согласилась с выводами Кронштедта, но многие встали в оппозицию, заявив, что швед ошибся, а заявленный им новый элемент на самом деле представляет собой смесь кобальта, железа, мышьяка и меди. Между прочим - обычное дело в те времена, знали бы вы, сколько "псевдоэлементов" тогда наоткрывали! Даже очень почтенные ученые иногда принимали какую-нибудь смесь за новый металл.
Но не в данном случае!
Маловеров посрамил в 1775 году другой швед - Торберн Улаф Бергман, который заступился за земляка и убедительно доказал, что вышеназванная смесь элементов, в каких пропорциях они бы ни присутствовали, не может воспроизвести свойств никеля.
Ну а последние сомнения исчезли уже в XIX веке, после того, как немецкий химик Иеремия Вениамин Рихтер в 1804 году провел 32 перекристаллизации никелевого купороса, и получил относительно чистый никель - серебристо-белый металл, с едва уловимым коричневым оттенком, очень ковкий и тягучий.
Рихтер написал научную статью «Об абсолютно чистом никеле, благородном металле, его получении и свойствах», где с редкой точностью перечислил основные качества этого металла: сопротивление коррозии, магнитные свойства и пластичность.
Тем не менее нововыделенный металл очень долго сидел без работы - как и многие из его коллег. Получать никель в промышленных масштабах люди еще не умели, а куда применять имеющийся - не очень понимали.
В итоге единственными, кто заинтересовался никелем, оказались ювелиры. Как писал известный популяризатор науки Сергей Венецкий в своей великолепной книге "Рассказы о металлах":
"Должно быть, не всем женщинам известно, что в далекие времена их прабабушки - тогда еще юные и прелестные - нежно любили никель, и металл щедро платил им тем же: у одной он томно лежал на груди, другой тайно и страстно сжимал руку, а у третьей, превратившись в диадему, украшал пушистые волосы.
Да-да, не удивляйтесь: еще в начале прошлого века никель считался драгоценным металлом. Добыча его была связана с большими трудностями, и те крохотные количества никеля, которые удавалось получить, попадали в руки к ювелирам.
Но инженеры и не проявляли к этому металлу никакого интереса, поскольку не могли тогда еще найти ему применения".
Но и здесь злой дух Колян быстро показал, что металл не зря назвали его именем. Довольно быстро выяснилось, что у некоторых красавиц никелевые кольца или браслеты вызывали раздражение кожи, которое в самых запущенных случаях переходило в сильную экзему.
Разумеется, мода на никелевые украшения быстро сошла на нет, и "металл Коляна" вновь остался без работы.
Одним из немногих, кто продолжал верить в светлое будущее никеля, был великий русский химик Дмитрий Иванович Менделеев.
В своей книге «Основы химии», изданной в Санкт-Петербурге в 1869 году, Менделеев писал о никеле: «…этому металлу предстоит обширное практическое применение, как в чистом состоянии, так и в форме сплавов».
И знаете что - гений оказался абсолютно прав!
Но о том, как никель выбился в люди, мы расскажем в следующий раз.