Серия детских детективов «Сахарный пончик» — это уже три книги, каждая со своей загадкой, героями и атмосферой. Истории можно читать в любом порядке: каждая часть — самостоятельное расследование, в котором есть и интрига, и смешные абсурдные ситуации, и немного «жутковатого» для настоящего напряжения. За этими книгами стоит писательница Анастасия Пикина, о чьём пути в литературе мы подробно говорили в отдельном большом интервью. ( https://dzen.ru/a/aO1xjnp2GSQhbXkH?share_to=link) здесь мы сосредоточились на самой серии: от появления идеи до того, как третья книга вышла в самиздате, с новыми иллюстрациями и ярким авторским видением.
— Если описать «Сахарный пончик» в нескольких словах: что делает эту серию особенной?
— Я, как и все авторы, очень стараюсь, чтобы это был настоящий детектив: с интригой, напряжением, неожиданными поворотами, иногда даже слегка страшными моментами. Но при этом мне важно, чтобы было смешно. Я люблю абсурд и стараюсь вплетать его в свои истории. Если читатель в какой-то момент думает: «Как вообще это пришло автору в голову?» — для меня это лучший комплимент. Особенно в «Пончике» я хотела добавить максимум абсурда, насколько смогла.
— Детектив — сложный жанр. Как вы строите интригу?
— Почти всегда иду от обратного. Сначала думаю, что произошло, кто преступник, а потом раскручиваю цепочку шагов назад. Это как мыслить глазами преступника, а герои уже идут по следу. Мне с детства нравились детективы — например, сериал «Лунный свет» с Брюсом Уиллисом. А в литературе я обожаю Пуаро Агаты Кристи, и мой енот Топчегречко чем-то на него похож: он логичный и пытается сохранить здравый смысл среди всей этой абсурдной компании.
— Берёте ли вы для своих героев черты реальных людей — будь то ваши дети, знакомые или случайно услышанные реплики?
— Думаю, да. У меня даже есть блокнот, куда я записываю детские фразы. Иногда это чистый абсурд, который потом отлично ложится в книгу. В детстве дети говорят восхитительно нелепые вещи — и это кладезь идей. Но черты могут быть и от других людей: знакомых, случайных наблюдений. Мне важно, чтобы персонаж был живой и яркий, а для этого я часто беру что-то из реальности.
— Как вы создаёте характеры?
— Секрет в гиперболе. Любое качество должно быть доведено до крайности: если герой тусклый — он должен быть настолько тусклым, что станет ярким. Я не люблю скуку, и персонажи у меня всегда немного странные, с необычными увлечениями. Так они становятся запоминающимися.
— Меняются ли персонажи от книги к книге?
— Да, например, у зайца Тибидона каждый раз появляется новая книга от мамы. В первой — словарь устаревших слов, во второй — фразеологизмы, в третьей — народные приметы. Он всё это активно использует, и выходит смешно.
— Откуда у ваших героев такие необычные имена?
— Для меня это один из самых сложных и важных этапов работы. Я не могу «с ходу» придумать имя — мне нужно время, чтобы оно что-то значило, отражало характер персонажа или просто зацепило. Например, Топчегречка появился из рассказа моего друга: он упомянул какого-то знакомого Вадима Топчегречку. Мне эта фамилия показалась настолько яркой, что я сразу её записала — и использовала только через несколько лет. У меня есть целые списки таких находок: иногда это имена из биографий писателей, иногда названия игрушек, иногда — чьи-то фамилии. Часть читателей критикует: «Почему у русских героев финские или странные имена?» Но для меня это работает как зацепка. Пусть обсуждают — значит, имя сработало.
— В ваших детективах важна не только загадка, но и атмосфера: праздники, детали быта, антураж. Что для вас значит эта «оболочка истории»?
— Для меня атмосфера — это способ сделать историю живой. Я люблю вплетать в книги то, что окружает меня в реальной жизни: осень с её тыквами и ярмарками, Рождество, привычки героев. Это сразу создаёт настроение и помогает ребёнку погрузиться в историю так же сильно, как и сами события. Вторая часть получилась зимней, с рождественскими мотивами, третья — осенняя, с Хэллоуином и приметами. Такие детали делают детектив ближе: ребёнок узнаёт то, что видел сам, и книга становится не просто сюжетом, а опытом.
— Были ли ваши дети первыми читателями «Сахарного пончика»? Что их впечатлило больше всего?
— Да, я читала им детективы до публикации. Они у меня очень впечатлительные: в истории с призраком долго не могли поверить, что это не по-настоящему. Для ребёнка ведь всегда остаётся шанс, что всё происходит взаправду.
— Первые две книги вышли в издательстве, а третью вы выпустили самостоятельно. Почему?
— В издательстве случилась перестройка, книга застряла почти на два года. Я решила, что не хочу ждать, и издам её сама. Тем более опыт у меня уже был, и мне хотелось воплотить своё видение. Иллюстрации сделала Оля Гребенник, и я просто влюблена в то, что у нас получилось.
— Как вы распределяли роли? Редактор, корректор, вёрстка — всё делали сами или привлекали специалистов?
— Если вы хотите конкурировать на рынке с книгами, которые выпускают издательства, то всё должно быть на профессиональном уровне. Но невозможно быть специалистом сразу во всём. Чтобы сделать качественную вёрстку, её нужно делать сотни раз, а я не занимаюсь этим настолько глубоко. То же самое касается иллюстраций и редактуры: это работа профессионалов.
Сейчас у меня команда проверенных людей, с которыми мы давно дружим и работаем. Я им доверяю: достаточно сказать «сверстай вот так», и результат всегда отличный, без лишних вопросов. А вот в начале пути, когда у меня не было денег, приходилось обращаться к новичкам, и качество, конечно, было другим. Теперь я никогда не рискую: только специалисты, только профессионалы.
— Но иллюстрации в третьей книге совсем другие, чем в первых. Вас это не смущает?
— Старые иллюстрации принадлежат издательству, использовать их я не могу. Нужно было создавать новый образ. Я понимаю, что читатели привыкают к героям, но это как ребрендинг: Микки Маус тоже менялся десятки раз. Через пару лет все будут помнить только этот образ.
— Как искали типографию?
— Через Alibaba. Я написала в двадцать компаний, получила примеры и выбрала самых дешёвых — при этом качество оказалось отличным. Иногда печатать в России даже выгоднее, если аудитория там, но мне удобнее работать с Китаем.
— Что оказалось самым сложным?
— Честно говоря, это была моя самая быстрая книга. Иллюстрации сделали за пару недель, вёрстка тоже прошла быстро. Всё заняло около полугода.
— Вы продаёте последнюю книгу из серии через Etsy. Как это устроено?
— Если покупатель просит, я подписываю экземпляр, кладу закладки, наклейки — взрослые радуются им не меньше детей. Потом либо отвожу на почту сама, либо отдаю почтальону. В Россию книги напрямую не отправляю — слишком дорого, там можно купить печать по требованию или электронные версии.
— Планируются ли у вас встречи с читателями по этой серии?
— Да, я очень хочу. У нас в школе каждую весну проходит фестиваль русского языка, и я надеюсь прийти туда именно с этой книгой. Думаю, презентацию можно сделать в виде квеста — с элементами хоррора и детектива. Даже если мероприятие будет весной, а книга про осень, это не проблема: можно привезти с собой тыкву, придумать антураж. Для меня важно, чтобы встречи были интерактивными — чтобы дети сами участвовали в игре и расследовании.
— Планируете ли аудиокниги по всей серии дектива?
— Да, я думаю, это хорошая идея. Дети часто слушают аудио, и «Пончик» в таком формате тоже зазвучит.
— Будет ли четвёртая часть?
— Думаю, да. Пока ничего не придумано, но серия точно должна продолжаться.