Народное ополчение Русского Севера: Хроника сопротивления в Смутное время (1608-1609 гг.)

1. Введение: Север на перепутье Смуты

К середине 1608 года Русское государство находилось на грани коллапса. В подмосковном лагере Тушино утвердился Лжедмитрий II, «Тушинский вор», чья власть, поддерживаемая польско-литовскими отрядами и русскими изменниками, стремительно распространялась по стране. Правительство царя Василия Шуйского, запертое в Москве, теряло контроль над уездами и не могло рассчитывать на верность даже собственного служилого сословия. В этой критической ситуации, когда центральная власть была парализована, а южные и западные земли охвачены мятежом, единственным оплотом законности и последним ресурсом для сопротивления оставались обширные и богатые земли Русского Севера – Поморье и Заволжье.

Именно здесь, вдали от основных театров военных действий, началось стихийное земское движение, рожденное не столько верностью слабеющему царю, сколько неприятием «воровской» власти и стремлением защитить исконный общественный и религиозный порядок. Первоначально разрозненное и неорганизованное, это народное сопротивление, направляемое представителями центральной власти, постепенно превратилось в мощную военную силу. Эта хроника прослеживает путь северного ополчения от первых очагов восстания до его превращения в организованную армию, которая не только освободила Заволжье, но и создала плацдарм для похода на Москву, коренным образом изменив ход Смутного времени.

2. Новгородский центр: Миссия князя Скопина-Шуйского

Стратегическим прологом к организации северного сопротивления стала миссия молодого и талантливого воеводы, князя Михаила Васильевича Скопина-Шуйского. Отправленный царем Василием в Великий Новгород в середине 1608 года, он получил двойную задачу: собрать ратных людей с северо-западных земель и заключить союзный договор со Швецией. Именно Новгород должен был стать опорным пунктом, из которого правительственные силы могли бы координировать действия и начать контрнаступление.

Деятельность Скопина-Шуйского разворачивалась в двух ключевых, но крайне сложных направлениях:

• Внешняя политика: Переговоры со Швецией были вынужденной мерой, продиктованной отчаянным положением Москвы. Шведский король Карл IX давно искал повода для вмешательства, стремясь, по его собственным словам, к «земельному обогащению шведской короны». После долгих переговоров, в феврале 1609 года, был заключен договор, по которому Россия получала наемное войско численностью свыше 15 тысяч человек (шведов, французов, англичан и шотландцев) в обмен на тяжелую уступку – передачу Швеции города Корелы.

Неизвестный художник. Карл IX (король Швеции)

• Внутренняя нестабильность: Ситуация в самом Новгороде была крайне шаткой. После того как 1-2 сентября 1608 года соседний Псков присягнул «Вору», у новгородских воевод появились серьезные основания опасаться мятежа в самом Новгороде по псковскому образцу. Напряжение достигло предела 8 сентября, когда второй воевода, М.И. Татищев, вместе с дьяком Ефимом Телепневым бежали из города, увлекши за собой и Скопина. Их бегство, осуществленное, по выражению современника Ивана Тимофеева, «через оплот мелющие хитрости», вызвало в городе волнение. Новгородские «большие» люди и выборные власти проявили полную пассивность, боясь как народного гнева, так и царской опалы. Лишь городской «мир», посадское население, придя к «единогласному» решению, отправил послов с просьбой к воеводам вернуться, заверив их в своей верности царю Василию.

Кризис власти в Новгороде разрешился трагически и выявил глубину внутренних противоречий в лагере самого Шуйского. Непопулярный воевода Татищев, которого подозревали в измене, стал главным объектом народного раздражения. Однако, как полагал хорошо осведомленный Ив. Тимофеев, измена эта состояла вовсе не в намерении предаться «Вору»; Татищев, активно участвовавший в убийстве первого самозванца, едва ли мог рассчитывать на хороший прием в Тушине. Его умысел был сложнее и опаснее: он желал выбраться из Новгорода, чтобы попасть в Москву и там «коварствы некими» постараться свергнуть самого царя Василия. Когда Скопину донесли, что Татищев «хочет царю Василью изменити», молодой князь, недовольный тем, что его втянули в постыдное бегство, объявил о «вине» воеводы ратным людям, которые немедленно убили его. Устранив этот источник внутреннего раскола, отражавшего сложную борьбу группировок в самом лагере Шуйского, и заручившись поддержкой новгородцев, Скопин смог укрепить свои позиции. Этот кризис, однако, наглядно продемонстрировал шаткость опоры даже на высших воевод и подчеркнул необходимость опереться на более надежную, самоорганизующуюся силу, которую представляло собой земское движение Севера.

3. Зарождение земского движения в Заволжье и Поморье

Еще до того, как князь Скопин-Шуйский сумел наладить централизованное руководство из Новгорода, в городах Заволжья и Поморья началось самодеятельное сопротивление тушинцам. Это движение, родившееся из инициативы местных «миров» (общин), продемонстрировало готовность северного населения бороться за сохранение государственного порядка, даже не имея прямой поддержки из столицы.

3.1. Первые очаги восстания: Галич и Кострома

Почин в борьбе принадлежал костромичам и галичанам. Осенью 1608 года городки Галицкого края скрепили крестным целованием решение «заодин умереть» и сформировали первое ополчение. Его ядро составили тяглые люди, которых собирали «с сохи по сту человек», а также галицкие дети боярские. Объединившись с отрядами из Костромы, отложившейся от «Вора», это войско двинулось на юг, к Ярославлю. Однако первый порыв земской рати закончился трагедией. В конце 1608 – начале 1609 года ополчение было наголову разбито профессиональными отрядами тушинских полководцев Яна Сапеги и Александра Лисовского. Кострома и Галич были захвачены, и казалось, что движение в Заволжье подавлено в самом зародыше.

3.2. Стратегические узлы: Роль Вологды и Устюга

Несмотря на поражение под Ярославлем, дух сопротивления на Севере не угас. Центрами его организации стали ключевые торговые города – Вологда и Великий Устюг.

• Вологда приобрела в зиму 1608-1609 годов исключительное стратегическое и экономическое значение. Из-за тушинского вторжения здесь застряли иностранные товары, привезенные через Архангельск, находились «все лучшие люди московские гости» со своими товарами, а также хранилась значительная часть государевой казны. Владение Вологдой, узловым пунктом всех северных путей, становилось первоочередной задачей для обеих сторон. Ее богатое население, как русское, так и иностранное, было жизненно заинтересовано в защите от грабежа и активно призывало к борьбе с «ворами».
• Великий Устюг выступил в роли организационного центра для огромных северо-восточных областей, включая Вятку, Прикамье и земли по реке Вычегде. Устюжане не присягали «Вору» и взяли на себя миссию координации сбора и отправки военных дружин. Именно Устюг распределял прибывавшие с севера отряды, направляя их на помощь Вологде и на укрепление лесных застав у Тотьмы, которые прикрывали пути в Поморье.

Таким образом, к началу 1609 года на Севере сложилась сеть сопротивления, опиравшаяся на инициативу местных общин и стратегически важные города. Однако первым ополчениям, несмотря на их самоотверженность и храбрость, катастрофически не хватало профессионального военного руководства, способного противостоять регулярным и опытным отрядам тушинцев.

4. Организация Сопротивления: Синтез Земской Инициативы и Правительственного Руководства

Стихийное земское движение на Севере обрело организованность и стратегическую осмысленность, когда было интегрировано в общую военную кампанию, руководимую из Москвы царем Василием и из Новгорода штабом князя Скопина-Шуйского. Этот синтез народной инициативы и правительственного руководства стал залогом успеха в освобождении Заволжья.

4.1. Координирующая роль властей

Начиная с конца 1608 года, Скопин-Шуйский и царь Василий наладили систему сношений с северными городами. Их грамоты и указы, рассылаемые через Вологду, несли не только ободряющие вести, но и конкретные распоряжения.

• Вологда как административный центр: Правительство официально превратило Вологду в административный и военный центр всего Поморья. Царским указом северным городам было приказано по всем делам ссылаться с Вологдой: «о всяких наших делех с вами (т.е. с Вологдою) ссылались». Через нее осуществлялась связь между Москвой, Новгородом и остальными поморскими землями.
• Прямая помощь Скопина: Из Новгорода оказывалась и непосредственная военная поддержка. Когда город Устюжна ожидал нападения тушинцев, Скопин не только выделил пороховую казну, но и отправил на подмогу отряд из 100 ратников, снабдив их не только оружием, но и подробным письменным наставлением, «как с нечестивыми братися».

Портрет Василия Шуйского из «Царского титулярника» 1672 года

4.2. Прибытие царских воевод

Переломным моментом в ходе борьбы стало прибытие на Север профессиональных воевод. Зимой 1608-1609 гг. Скопин-Шуйский направил в Вологду воевод Григория Бороздина и Никиту Вышеславцева, а царь Василий прислал в Костромской край Давида Жеребцова. Их появление изменило характер военных действий, придав им целенаправленность и профессионализм.

Под руководством царских воевод земские ополчения одержали ряд решающих побед:

• 3 марта 1609 г. – отряд Вышеславцева взял город Романов на Волге.
• 8 апреля 1609 г. – после разгрома тушинских войск был освобожден Ярославль.
• Войска Давида Жеребцова освободили Кострому и осадили остатки тушинского гарнизона в Ипатьевском монастыре.

Попытки Лисовского отбить Ярославль и Кострому провалились. К лету 1609 года все Заволжье было очищено от «воров». Эти успехи, достигнутые ценой колоссального напряжения народных сил, не только освободили огромные территории, но и выявили глубокие социальные противоречия в рядах самого ополчения.

5. Социальный срез Ополчения: «Мужики» против «Детей Боярских»

Северное ополчение не было монолитной силой. Его сложный социальный состав порождал внутренние конфликты, которые одновременно являлись источником его силы и слабости. Движение носило преимущественно простонародный, «мужичий» характер, в то время как местное служилое сословие проявило себя как ненадежный и колеблющийся элемент.

5.1. Основа движения: «Мужичьи» рати

Главной движущей силой сопротивления было тяглое население – посадские люди городов и уездные крестьяне. Именно к ним обращался в своих грамотах царь Василий, перечисляя участников подвига: «вологжанам, белозерцам, устюжанам... и иных розных городов старостам и посадским людям».

• Тяжесть повинности: Военная служба ложилась тяжелейшим бременем на северные общины. Они должны были не только выставлять ратников, но и полностью их содержать. К маю 1609 года Устюг, например, собирал уже «шестую рать» и, исчерпав людские ресурсы, был вынужден нанимать «охочих вольных казаков» на деньги из городской казны.
• Народные вожаки: Из среды самого народа выходили и предводители движения. Так, во главе тотемской рати стоял вдовый поп Третьяк Симакин, а среди руководителей сопротивления в Солигаличе были местные священники.

5.2. Ненадежный элемент: Служилое сословие

Поведение костромских и галицких детей боярских разительно отличалось от самоотверженности «мужиков».

• Измена и разгром: Выступив вначале вместе с ополчением, под Ярославлем они изменили ему, попытавшись отнять артиллерию («галицкий наряд»), а затем и вовсе перешли на сторону Лисовского. Однако когда польские отряды ушли за Волгу, дети боярские остались без поддержки и были разбиты подошедшими поморскими дружинами.
• Причины шаткости: Поведение служилого люда объяснялось его экономической уязвимостью и отсутствием привычки к самоорганизации. В отличие от горожан, защищенных стенами, и крестьян, укрывавшихся в лесах, помещик был беззащитен в своей усадьбе. Боязнь разорения толкала их на службу тому, кого они считали сильнее. Историк Авраамий Палицын точно уловил экономическую подоплеку их шаткости, передавая рассуждения дворян, для которых защита собственных поместий была первостепенной задачей: «аще убо стояще пребудем с поляки... то поместья наши не будут раззорены».

Важно отметить, что поморские ополченцы не вели социальной войны. В своих грамотах они специально подчеркивали, что борются только с «изменникам» и «ворам», а не против дворянства как сословия, опровергая слухи, «будто дворян и детей боярских черные люди побивают», и заверяя, что они «чтут» служилых людей и «тому рады и благодарят о том всемилостивого бога, что бог соединачил всех». Таким образом, именно сплоченность и стойкость тяглых «миров», составивших надежный костяк для присланных воевод, а не поддержка служилого дворянства, чья измена под Ярославлем едва не погубила дело вначале, обеспечили конечный успех земского движения на Севере.

6. Итоги и Последствия: От освобождения Заволжья до похода на Москву

Успешная борьба северных ополчений в 1608-1609 годах стала поворотным моментом в ходе Смуты. Их победы не только отстояли от врага огромные территории, но и создали прочный плацдарм, с которого началось освобождение центральных областей и, в конечном счете, самой Москвы.

К лету 1609 года главный результат движения был достигнут – Заволжье было полностью очищено от тушинских войск. Это позволило князю Скопину-Шуйскому, дождавшемуся подхода шведских наемников, начать долгожданный поход из Новгорода. Взяв Тверь, он принял стратегически верное решение не идти напролом к Москве, где стояли главные силы врага, а двинуться на восток, на соединение с северными ополчениями.

Кульминацией всех организационных усилий стал сбор войск в Калязине монастыре. Именно здесь армия Скопина-Шуйского соединилась с «костромскими и с ярославскими и иных городов с людьми». Северные «мужики», закаленные в боях за свою землю, составили ядро новой армии, с которой молодой полководец начал медленное, но верное наступление на столицу, устанавливая контроль над дорогами и выбивая тушинцев из их опорных пунктов.

В исторической перспективе значение северного земского движения 1608-1609 гг. огромно. Оно продемонстрировало мощный потенциал самоорганизации русского общества в условиях коллапса государственной власти. Отстояв Север, ополченцы предоставили правительству Василия Шуйского решающую военную силу, которая позволила снять блокаду с Москвы и переломить ход войны. Однако, несмотря на этот выдающийся военный успех, ополченцы еще не стали самостоятельной политической силой, способной влиять на события в столице. Они оставались инструментом в руках правительства. Последовавшие трагические события – загадочная смерть их вождя Скопина-Шуйского и скорое свержение царя Василия – показали, что путь от военного подвига к политическому возрождению страны будет еще долгим и мучительным.