Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Feellini

Я еду к Насте

Я еду к Насте. Не на экоферму Нестеровых. Не на ретрит. Просто — к Насте. Потому что в мире есть такие люди, рядом с которыми ты понимаешь, что дом — это не место, а состояние души. Настя — особенная. Она не медитирует, потому что в этом нет нужды, когда твое сердце уже знает покой. Не делает практик, потому что ее практика — это сама жизнь. Не ведёт курсы по осознанности, потому что у неё сердце размером с небо, в котором хватит места для всех птиц. И тишина внутри такая глубокая, что в нее можно падать, как в мягкий снег, и не бояться удариться. Она любит землю. Не ту абстрактную планету, о которой говорят на эко-конференциях, а свою — с трещинками и морщинками. Свой лес, где каждое дерево имеет имя, каждый пень — историю, и каждая тропинка ведет к чему-то важному. Своих лошадей с глазами мудрецов. Коз, которые могут сожрать даже твою душу, если зазеваешься. Коров с тёплыми боками и влажными носами. Огурчики с грядки — кривые, шершавые, без штрих-кода и сертификата. Варенье из 

Я еду к Насте. Не на экоферму Нестеровых. Не на ретрит. Просто — к Насте.

Потому что в мире есть такие люди, рядом с которыми ты понимаешь, что дом — это не место, а состояние души.

Настя — особенная.

Она не медитирует, потому что в этом нет нужды, когда твое сердце уже знает покой. Не делает практик, потому что ее практика — это сама жизнь. Не ведёт курсы по осознанности, потому что у неё сердце размером с небо, в котором хватит места для всех птиц. И тишина внутри такая глубокая, что в нее можно падать, как в мягкий снег, и не бояться удариться.

Она любит землю. Не ту абстрактную планету, о которой говорят на эко-конференциях, а свою — с трещинками и морщинками. Свой лес, где каждое дерево имеет имя, каждый пень — историю, и каждая тропинка ведет к чему-то важному.

Своих лошадей с глазами мудрецов. Коз, которые могут сожрать даже твою душу, если зазеваешься. Коров с тёплыми боками и влажными носами. Огурчики с грядки — кривые, шершавые, без штрих-кода и сертификата. Варенье из земляники, которое пахнет тихим счастьем.

Хлеб, который она печёт сама. Неидеальный, с впадинками и горбинками — такой настоящий, что хочется уткнуться в него носом и дышать.

Помню, однажды ко мне на ретрит приехал мой друг Илья, человек, видавший мир, вместе с ресторанами, отмеченные звездами Мишлен. Потом он месяцами вспоминал облепиховое варенье с козьим сыром.

И я его понимаю. Это не еда — это гастрономическая метта. Гастро-випассана. Без шуток. И глютена)))

Это молитва, которую можно попробовать на вкус. Без пафоса и притворства. Так что я поехала и забрала баночку для Ильи. Ну, как иначе-то?)

Настя мне шлёт фото грибов, которые сама собрала в лесу. Неотфильтрованные. Земляные. С крошками листьев и лесными мушками. И хлеб, который только что испекла для нашей группы.

И от этого как-то... дышится легче.

Все в ней говорит: жизнь проста. Жизнь имеет корни, уходящие глубоко в землю.

Мы с ней почти ровесницы. Но я еду к ней, как ребенок едет к бабушке — с предвкушением чуда. У меня никогда не было бабушки в деревне. Но если бы была — она была бы такой. Неидеальной. Настоящей. Настей.

Кто был у Насти? Отзовитесь 🙌