Утром я проснулась с твёрдым решением довести разговор до конца. Валентина Ивановна гремела на кухне посудой — готовила завтрак и, видимо, обдумывала вчерашний разговор.
Сергей сидел за столом мрачнее тучи, машинально мешая кофе. Атмосфера в доме была напряжённая, словно перед грозой.
Начало этой истории читайте в первой части.
— Собирайтесь в гостиной, — сказала я, проходя через кухню с папкой документов. — Пора поговорить серьёзно.
— Лена, может, не стоит? — попробовал остановить меня муж. — Вчера все наговорились лишнего...
— Наоборот, не договорились. Садитесь, будем разбираться с деньгами.
Валентина Ивановна вытерла руки о фартук, нехотя прошла в гостиную. Уселась в своё любимое кресло, скрестила руки на груди — поза защиты и неприятия.
— Ну, показывай свои бумажки, — буркнула она.
Я разложила на журнальном столике документы:
— Справка о доходах за прошлый год. Сто восемьдесят семь тысяч рублей в месяц.
Сергей подавился кофе:
— Сколько?!
— Сто восемьдесят семь тысяч. Средняя сумма. В свадебный сезон больше, зимой меньше.
Валентина Ивановна придвинулась ближе, недоверчиво разглядывая цифры:
— Не может быть... Ты же фотографиями балуешься!
— Я работаю с крупными агентствами. Снимаю свадьбы за пятьдесят-семьдесят тысяч за мероприятие.
— За одну свадьбу? — ошалело спросил муж.
— За одну. В месяц у меня три-четыре съёмки. Плюс обработка фотографий, плюс корпоративы.
В гостиной повисла тишина. Сергей пересчитывал цифры, Валентина Ивановна хлопала глазами.
— Но... но зачем тогда дорогие платья? — наконец спросила свекровь.
— Потому что я работаю с богатыми клиентами. Они должны видеть успешного фотографа, а не нищенку в дешёвых тряпках.
Я достала следующий документ:
— А теперь посмотрим, куда уходят деньги.
— Куда уходят? — напрягся Сергей.
— Вот выписка с нашего общего счёта. За последние полгода.
Муж взял бумагу, пробежал глазами по строчкам. Лицо его менялось от удивления к недоумению.
— Двадцать пять тысяч в месяц на продукты, — читал он вслух. — Пятнадцать на коммунальные. Восемь на бытовую химию...
— Много продуктов покупаем, — оправдалась Валентина Ивановна.
— Много, — согласилась я. — А вот эта строчка интереснее: "Перевод Валентине Ивановне Петровой — тридцать тысяч ежемесячно".
Свекровь побледнела:
— Это... это мне на хозяйство...
— На какое хозяйство? — удивился Сергей. — Мам, зачем тебе столько денег?
— Ну... разные расходы...
Я достала ещё один документ:
— А вот банковские операции по карте Валентины Ивановны. Двадцать тысяч в месяц — игровые автоматы в торговом центре.
— Что?! — взревел Сергей.
— Мам, ты играешь?! — не поверил муж.
Валентина Ивановна съёжилась в кресле:
— Иногда... для развлечения...
— Для развлечения на двадцать тысяч в месяц?
— Это не двадцать, а десять максимум!
— Валентина Ивановна, — мягко сказала я, — здесь указаны все суммы. За полгода вы потратили на игры сто тридцать тысяч рублей.
Сергей схватился за голову:
— Мама, ты спустила мою годовую зарплату на автоматы?!
— Сережа, я не нарочно... Затянуло как-то...
Я показала ещё один документ:
— А ещё десять тысяч в месяц уходит на вашего "массажиста" Владимира Михайловича.
— Какого массажиста? — не понял муж.
Валентина Ивановна покраснела как рак:
— Это... у меня спина болит...
— Мам, какой массажист берёт десять тысяч за сеанс?
— Он... он хороший специалист...
Сергей посмотрел на мать новыми глазами:
— Теперь понятно, откуда у нас денег нет!
— А я во всём виновата, да? — вспылила Валентина Ивановна. — Тратила, значит, много! А на твою жену сколько уходит — никто не считал!
— На меня уходит три тысячи в месяц на платья, — спокойно сказала я. — Которые окупаются за одну съёмку.
— Три тысячи? — не поверил муж.
— Я покупаю платья на распродажах, а потом продаю их через интернет. Получается аренда наряда за символическую плату.
Валентина Ивановна молчала, изучая рисунок на ковре. Вся её агрессия куда-то испарилась.
— Мам, — тихо сказал Сергей, — сколько ты должна?
— Никому ничего не должна!
— В смысле — сколько проиграла сверх того, что у нас брала?
Свекровь заплакала:
— Восемьдесят тысяч... взяла в долг у соседки Зинаиды...
— Господи! — Сергей встал, заходил по комнате. — А я думал, Лена нас разоряет!
Я сложила документы обратно в папку:
— Теперь вы знаете правду о семейном бюджете.
— Лена, прости меня, — попросила Валентина Ивановна. — Я не хотела... просто играла по чуть-чуть, а потом...
— Потом захотелось отыграться, — закончила я. — Знакомая история.
— Что теперь делать? — спросил Сергей.
— Сначала возвращаем долг соседке, — сказала я. — А потом решаем, как жить дальше.
Сергей кивнул, всё ещё потрясённый открытиями. Валентина Ивановна сидела съёжившись, словно провинившийся ребёнок.
За окном начался дождь — крупные капли застучали по стеклу, смывая пыль с подоконников. В гостиной стало сумрачно и тихо, только тикали старые часы на стене.
— Мам, — наконец сказал Сергей, — тебе нужна помощь. Игромания — это серьёзно.
— Знаю, — прошептала свекровь. — Сама не понимаю, как так получилось. Сначала развлекалась, потом стала проигрывать и думала — вот отыграюсь и завяжу.
Я встала, подошла к окну. Во дворе дети под зонтиками бежали из школы, женщины с колясками прятались под козырьками подъездов. Обычная жизнь, полная обычных проблем.
— Валентина Ивановна, — обратилась я к свекрови, не поворачиваясь, — а помните, как вы раньше красиво шили?
— Шила... — удивилась она. — Давно это было.
— Помню ваши платья. Такой крой, такие детали — настоящий мастер работал.
Сергей посмотрел на мать:
— Мам действительно здорово шила. У неё золотые руки.
Я повернулась к ним:
— А что если направить эти руки в мирное русло?
— В смысле?
— У меня есть постоянные клиенты — невесты. Многие заказывают эксклюзивные платья для фотосессий. Не свадебные, а коктейльные, вечерние.
Валентина Ивановна подняла голову:
— И что?
— Ателье в городе дорогие, а качество не всегда хорошее. Если вы займётесь пошивом, я буду рекомендовать вас клиентам.
Глаза свекрови загорелись:
— Серьёзно?
— Очень серьёзно. Одно платье — десять-пятнадцать тысяч дохода. В месяц три-четыре заказа точно будет.
Сергей оживился:
— Мам, это же отличная идея! Ты всегда любила шить.
— Но у меня машинка старая...
— Купим новую, — решила я. — Из первых заработков. И оборудуем дома мастерскую.
Валентина Ивановна встала, прошлась по комнате. В её движениях появилась энергия, которой не было уже давно.
— А клиенты будут доверять?
— Если я рекомендую — будут. У меня репутация в этой сфере.
— И сколько времени понадобится на платье?
— Неделя-полторы. Зависит от сложности.
Свекровь задумалась, подсчитывая что-то в уме. Потом решительно кивнула:
— Попробую. Но сначала нужно с долгами разобраться.
— Разберёмся, — пообещала я. — У меня есть отложенные деньги как раз на такие случаи.
Сергей обнял мать:
— Мам, всё будет хорошо. Главное — больше не играть.
— Не буду. Даже не хочется уже. Лучше шить буду.
Дождь усилился, превратившись в настоящий ливень. Но в нашей гостиной стало светлее — словно туча недопонимания наконец рассеялась.
Через неделю Валентина Ивановна получила первый заказ. Моя клиентка заказала коктейльное платье для юбилея компании. Свекровь подошла к работе со всей серьёзностью — делала выкройки, подбирала ткани, проводила примерки.
Результат превзошёл все ожидания. Платье получилось идеальным — элегантным, изящным, с безупречной посадкой. Клиентка была в восторге и сразу заказала ещё два наряда для подруг.
Месяц спустя у Валентины Ивановны была очередь из клиенток. Она работала с утра до вечера, но теперь это приносило радость, а не проблемы. Игровые автоматы больше её не интересовали — некогда было даже думать о них.
А я поняла кое-что важное: иногда люди совершают плохие поступки не от злости, а от пустоты. Валентине Ивановне просто нечем было заняться, вот она и заполняла время азартом.
Теперь у неё была цель, дело и уважение семьи. А заодно и стабильный доход, который позволял ей чувствовать себя нужной.
Семейные обеды теперь проходили в другой атмосфере. Мы обсуждали заказы, новые идеи, планировали покупку профессиональной швейной машины.
— Знаешь, — сказала как-то Валентина Ивановна, примеряя очередное творение на манекен, — спасибо тебе за то, что не просто обличила меня, а дала шанс исправиться.
— Все заслуживают второго шанса, — ответила я. — Главное — не упустить его.
За окном снова светило солнце. Наша семья наконец нашла баланс между доходами и расходами, работой и отдыхом, правдой и тактом.