Если заглянуть в Википедию, можно узнать, что на ноябрь 2025 года Чудовище, созданное Виктором Франкенштейном и впервые описанное Мэри Шелли в новелле "Франкенштейн, или Современный Прометей", успело стать персонажем 423 полнометражных фильмов, 204 короткометражек и 78 сериалов. Это говорит не только о нескончаемом интересе к мифу о Големе и жажде вечной жизни, попирающей саму природу, но и о том, что рядовой зритель давно утратил представление о первоисточнике. Монстр представал перед публикой в виде комедийного героя, персонажа мультиков и полностью переосмысленным, как, например, Эдвард Руки-ножницы. Гильермо дель Торо предпринял героическую попытку вернуть миру подлинную историю Создателя и Создания. Но и в его фильме не всё так однозначно.
"Франкенштейн" дель Торо, действительно, нацелен на то, чтобы максимально приблизить адаптацию к оригинальному роману. Но столь самобытный художник просто перестал бы быть собой, если бы банально пересказал произведение Шелли – режиссер внес корректировки в сюжет, характеры и обстоятельства, приведшие к трагедии. Я предлагаю разобраться в том, что домыслил Гильермо дель Торо, как это повлияло на сюжет и пошли ли эти штрихи на пользу картине.
Итак, молния бьет в шпиль башни и Существо оживает...
Любовь Элизабет к Чудовищу придумана для фильма
Наверное, это самое значительно отклонение сюжета фильма от канвы романа – Гильермо дель Торо сделал акцент, который Мэри Шелли не отметила вовсе. В новой картине рассказывается о трагической любви между Элизабет и Чудовищем. Между тем, в оригинальной книге Элизабет – давняя подруга Виктора Франкенштейна, их связывают долгие отношения, герои даже обручились. И именно смерть Элизабет от рук Чудовища заставляет Виктора пойти по следу своего Создания. Лента дает необычный угол зрения – здесь Элизабет питает к Существу теплые чувства. Девушка чувствует в потерянном монстре родственную душу и быстро находит с ним общий язык. Наверное, симпатия в итоге трансформировалась в подлинную любовь, иначе зачем бы Элизабет закрыла собой Монстра от пули.
В фильме Элизабет ненавидит Виктора
Если бы характер отношений Элизабет в новой картине отличался только лишь теплотой в отношении Чудовища... Куда интереснее то, что Гильермо дель Торо "настроил" свою героиню против Виктора. Роман рассказывает о них, как о близких друзьях, трогательных возлюбленных, понимающих друг друга с полуслова, но в фильме они впервые встречаются лишь в середине сюжетной линии, и только потому, что девушка стала невестой брата Виктора Уильяма. И хотя Франкенштейн пытается добиться расположения новой знакомой, она к нему страстью совсем не пылает, а после знакомства с Созданием и вовсе вызывает в ней приступ ненависти к Создателю. Дель Торо также намекает, что попытки уничтожить свое творение во многом вызваны ревностью Виктора и отчаянием в деле завоевания сердца Элизабет.
Отец Виктора в книге совсем иной
В оригинальном "Франкенштейне" Мэри Шелли рассказывает о том, что Виктор рос в любящей семье. Некоторые нестыковки указывают на то, что герой несколько приукрашивает теплоту и взаимопонимание, которые сложились между ним и отцом (в книге его, кстати, зовут Альфонс), но это, в любом случае, совсем не то жестокое обращение, какое продемонстрировал фильм дель Торо. В картине Леопольд Франкенштейн – суровый и требовательный учитель. Барон надеется, что сын прославит род на весь мир и оставит след в истории, а потому настроен к ребенку предельно жестко. Фильм прямо указывает на то, что царившие в поместье Франкенштейнов жестокость и показное безразличие стали основой недостатков Виктора, а последующее жестокое отношение к Существу – это трансформация болезненных отношений отца и сына, впитанная ученым в детстве.
Уильям сыграл в фильме иную роль
Роман Шелли представляет аудитории трех братьев Франкенштейн – Виктора, Эрнеста и Уильяма. Эрнеста дель Торо из фильма вывел, а младший из троих – Уильям – плохо кончил в обоих произведениях. Вот только обстоятельства и мотивы двух смертей были очень разными. В кино Уильям бросается на Чудовище, когда ему кажется, что именно монстр стал причиной гибели Элизабет. Создание не обращает большого внимания на истерику молодого мужчины и отбрасывает его словно игрушку, Уильям ударяется о каминные камни и медленно умирает. Перед смертью младший брат успевает обвинить старшего в произошедшей трагедии и проклясть его за непокорность и гордыню. В книге Уильям исполнил совсем иную "роль" – там Чудовище задушило его еще ребенком, чтобы заставить Виктора страдать.
Фильму не хватает Жюстин
Не удивлюсь, если вы ничего не знаете о персонаже по имени Жюстин Мориц – молодую кроткую служанку, работавшую в поместье Франкенштейнов обычно выводят за пределы большинства адаптаций. А зря – ее судьба трагична и показательна. В романе Мэри Шелли во многом становится причиной окончательной трансформации Виктора – ее обвиняют в гибели маленького Уильяма, а Виктор, хоть и полагает, что это сделал Монстр, не решается встать на защиту девушки. Скрывая свой секрет, молодой человек допускает неправосудную казнь Жюстин, и эта вина в итоге съедает Виктора изнутри. Большинство экранизаций опускают эту часть книги, и дель Торо пошел тем же путем – он опустил смерть служанки ради возросшей роли Уильяма.
В романе нет Генриха Харландера
Фильм дель Торо не только вырезает персонажей, но и добавляет новых – например, в книге нет ни слова о Генрихе Харландере, а на экране этот гений злодейства играет важнейшую роль. Дядя Элизабет – богатейший производитель оружия, наживающийся на смерти. Он проявляет интерес к исследованиям Виктора, поскольку полагает, что открытие Франкенштейна продлит и его собственную жизнь – Генрих становится инвестором в разработке дерзкого ученого, но в итоге всё заканчивается противостоянием, в котором Харландер погибает. Эту смерть Виктор затем использует в своих целях – он приписывает ее Чудовищу и тем самым создает дополнительное напряжение в отношениях Элизабет, Уильяма и Чудовища.
Чудовище из романа гораздо более кровожадно
Неожиданно для многих зрителей Гильермо дель Торо в своем фильме сделал Чудовище персонажем трагическим и вызывающим сочувствие зрителей. Монстр не перестает убивать, но в большинстве случаев делает это в целях самообороны или в неравной борьбе. И даже самые жестокие раны, которые Создание наносит своему Автору, сюжетно оправданы – это не внутренняя ярость, а воплощение справедливости и возмездия. В таком подходе кроется радикальное расхождение с исходным материалом – в романе Чудовище опасно, кровожадно и смертоносно с самого начала. Шелли рассказывает о том, как Сущность нападает и душит нескольких человек просто для того, чтобы отомстить Виктору. На фоне киношного "добряка" монстр из первоисточника много более ужасающий, и это придает книге особенную тревожную атмосферу.
Дель Торо добавил трагизма судьбе старика
Многие фильмы о Чудовище Франкенштейна включают сюжетную арку о слепом старике, который учит монстра говорить и читать. И почти во всех версиях экранизаций Создание в итоге либо прогоняет своего учителя, тем самым защищая от своей ярости, которую сложно контролировать, либо позволяет детям и внукам слепца увезти его подальше. В романе старик тоже выживает, хотя Сущность едва не убивает его детей – через этот образ Шелли говорит о "чистом взгляде", старик видит Чудовище "настоящим" и понимает его внутренний мир, невзирая на внешнее уродство. В фильме седовласый отшельник тоже принимает Создание, как равного, но в один из дней погибает при налете волков. Монстр делает попытку спасти человека, но тот умирает – дель Торо добавил мрака и трагизма в и без того эмоциональную сцену.
В романе Создание и Создатель не примиряются
Наиболее важное изменение, внесенное дель Торо в финал своей истории – последний разговор Виктора с Чудовищем. Рассказав собственную историю, монстр находит в себе силы простить своего Создателя за все те ужасы, что Франкенштейн сотворил. В свою очередь Виктор примиряется со своим Созданием, называет его "сыном" и только после этого расстается с жизнью – концовка фильма получает ванильный оттенок с изрядной долей мелодраматизма. Роман к своим персонажам гораздо более жесток. В оригинальной книге Существо не успевает добраться до Виктора – тот умирает от ран. Вместо примирения и объятий, монстр оплакивает Франкенштейна и уносит его тело во льды сокрушаясь о том, что последнего разговора так и не случилось.
Фильм дает более оптимистичный финал
И книга, и новый фильм приходят к очень похожим концовкам. И там, и там мы расстаемся с Чудовищем, оставленным в Арктических снегах в одиночестве. Однако тональность финалов несколько различается. В книге монстр испытывает безутешную скорбь и остается в пустошах, чтобы соорудить погребальный костер для себя и Виктора. Предполагается, что Существо намерено покончить с собой, избавившись от мук. В версии дель Торо настроение совсем иное – Виктор молит свое Создание принять жизнь и сохранить себя. Чудовище остается на льдине, но оно не обречено на страдание, у него есть будущее. Наверное, это не самая подходящая концовка для готического хоррора, но дель Торо даже в "Франкенштейне" видит надежду, тогда как Шелли намеревается лишь обличать непомерные амбиции и высочайшую цену гордыни.
Гильермо дель Торо сделал с "Франкенштейном" то, что Мэри Шелли сделала с мифом о Прометее: пересобрал легенду, оставив ее дух, но изменив акценты. Его фильм не столько экранизация, сколько эмоциональный отклик – попытка перевести готический кошмар XIX века на язык XXI-го. В книге Шелли основная трагедия – в невозможности прощения: Создатель и Создание навеки разделены пропастью страха, вины и отвращения. У дель Торо – наоборот: Монстр обретает душу, Виктор – раскаяние, а сама история становится не обвинительным актом против человеческого высокомерия, а притчей о возможности примирения с тем, что мы породили.
Можно спорить, пошли ли эти изменения роману на пользу, но фильму они, безусловно, дали новый нерв. Дель Торо вернул Чудовищу человеческий облик и наделил его тем, чего не хватало ни одному из 400 предшественников – внутренним светом. Его "Франкенштейн" перестает быть историей о наказании за науку и становится рассказом о тоске по пониманию, о любви, которая возможна даже между теми, кого разделяет смерть. Это не предательство Шелли, а продолжение ее опыта: роман был написан молодой женщиной, увидевшей в мертвой материи отблеск жизни, а фильм снят режиссером, увидевшим в мертвом мифе отблеск человечности. Дель Торо не "исправил" Франкенштейна, а оживил его заново – как и подобает тому, кто взялся творить жизнь из легенды.
Расскажите в комментариях, какие у вас остались впечатления о фильме. Прониклись ли вы любовью к героям? Какой момент переживали тяжелее всего? Как отнеслись к изменениям, внесенным автором картины? Делитесь мыслями, они вдохновляют меня на новые тексты, которыми я постараюсь радовать вас как можно чаще. Если вы любите не только смотреть фильмы и сериалы, но и читать о них, заглядывайте на канал Киноведа в штатском регулярно – у нас бывает интересно. Смотрите, читайте, не болейте, берегите себя и близких, держите ответ за тех, кого приручили, и...
Увидимся в кино!
А еще можно почитать: