Предыдущая часть:
— Извините, копеечки не подадите? — внезапно подошел он вплотную, протягивая ладонь.
Виктория вздрогнула — она считала деньги и не увидела, как он приблизился.
— На хлебушек бы, хоть половинку, — тихо попросил он, но его взгляд пронзил насквозь, сжав душу.
— Папа, — послышался рядом робкий голос Миши.
Мальчик примчался, но при виде незнакомца замер. В глазах бродяги заблестели слезы, когда он посмотрел на сына.
— Ш-ш, сын, не выдавай, что узнал, — прошептал он.
Миша переменился, отразив гамму чувств от растерянности до ликования.
— Папа! — шепотом повторил он с радостью, не слушая, и крепко обнял отца. — Как круто, что ты выбрался. Я верил, что заберешь меня.
Андрей страстно прижал сына, затем с опаской глянул на Викторию.
— Умоляю, никому ни слова о встрече. Если Виктор прознает, мне крышка, — сказал он.
— Андрей, зачем вы решились на побег? — осторожно спросила она. — Это рискованно, в первую очередь для мальчика. Ваш бывший босс — опасный тип, вы же знаете.
Мужчина согласно кивнул.
— Именно из-за этого я и сорвался. Не мог терпеть, чтобы сын оставался под его крышей дальше.
Андрей рассказал, что в камере дошли слухи о планах бизнесмена его ликвидировать при удобном случае. Рискуя жизнью, он удрал, зашел к приятелю из фирмы по праздникам, взял маскировку и попросил изменить внешность, чтобы не опознали.
— Что дальше в планах? — спросила Виктория с удивлением. — Пытаетесь в дом пробраться?
Андрей беспомощно развел руками.
— А альтернативы есть? В таком виде меня не узнают. Постараюсь выудить бумаги, уличающие его аферы и мою подставу.
— Он, кстати, шантажировал, что навредит сыну, если я заикнусь полиции о правде, — добавил он с горечью, посмотрев на нее.
Миша поспешил успокоить.
— Пап, дядя Виктор меня не трогал. Только когда злится, жутко.
Андрей отвернулся на миг, скрывая чувства.
— Нет, это не решение, — возразила Виктория. — Без веских улик все усугубится. Виктор обвинит в вторжении из мести и добавит что-то похуже. Вам тогда срок скрутят, и не вернетесь.
— Тогда как быть? — спросил отец Миши с расстройством.
Виктория помедлила, вытащила записную книжку и нацарапала адрес дачи.
— Затаитесь там пока, — посоветовала она. — Наша с Сергеем дача в сорока минутах езды. Уголок тихий, соседей раз-два. Там вас точно не станут искать.
Она посоветовала не светиться перед бизнесменом, а она сама поищет документы — достаточно их описать. Потом вместе обратятся в органы.
— Благодарю от души, — сказал Андрей искренне. — Кроме сына, вы одна верите, что я чист.
— Благодаря Мише, — смутилась Виктория. — Он все поведал.
Андрей бросил последний взгляд и скрылся в людском потоке. Вернувшись, они заметили, что Миша необычно весел, хотя обычно был замкнутым.
— День удался? — поинтересовался Виктор, пронизывая мальчика взглядом своих желтых глаз, словно хищник.
— Ага, — проворчал Миша, опустив пылающее от волнения лицо.
Виктория крепче сжала его руку, сигнализируя об осторожности.
— Миша в полном восторге от аттракциона. Город оттуда как на ладони, вообразите! — затараторила она, чтобы отвлечь бизнесмена.
Но тот почуял подвох и вечером вызвал мальчика к себе, отослав Викторию.
— Расскажи-ка, дружок, что еще запоминающегося случилось в парке? Может, повидались с кем из приятелей? — спросил он.
Сбитый с толку Миша не знал, как выкрутиться. Ему хотелось выдать про отца, но это выдало бы его.
— Нет, друзей не встречали, — в конце концов мотнул он головой.
Но опекун, заметив перемены в выражении, понял, что на правильном пути.
— Миша, если утаишь правду, тот, кого ты якобы не видел, может сильно пострадать. Ты ведь не желаешь ему новых бед? — неспешно сказал бизнесмен и резко сломал карандаш.
— Оставьте его! — не выдержал мальчик. — Папа невиновен. Я подслушал, как вы кому-то говорили, что хотите его устранить. А если тронете, я подожгу вас и дом, когда уснете.
Виктор довольно осклабился — детским угрозам он не придал значения, но подтвердилось: встреча с отцом была, и няня в теме. Наутро он прижал Викторию, обвинив в сговоре с Андреем, но она упорно отрицала.
— Не понимаю, о чем речь. Мы просто погуляли, покатались и вернулись, — ответила она.
— Лжешь, — рявкнул бизнесмен. — Мальчишка сознался в встрече с отцом, и ты была рядом.
Виктория не дрогнула, хоть внутри все сжималось от ужаса.
— Зная ваши методы запугивания детей, я не удивляюсь. Миша готов был выдумать что угодно, даже инопланетян, лишь бы вы отвязались, — парировала она.
Виктор ехидно усмехнулся.
— Не угадала. Этот щенок пообещал спалить мой дом. Ничего, скоро и его черед.
Отправив ее к ребенку, бизнесмен уединился и долго трепался по телефону. Виктория догадалась, что он инструктирует охрану бдить за домом и Мишей.
— Ни чужак, ни мышь не просочится, — донесся его окрик из-за двери.
В это время в клинике, где лежала Елизавета Петровна, прибыла группа специалистов из столицы под руководством Дмитрия Федоровича Смирнова. Они внедряли инновационные методы, привезя аппаратуру и авторские протоколы.
— Вика, они обещают все медикаменты даром, — радостно делилась мать при посещении. — Дмитрий Федорович заверил, что стартуем завтра, и наши разработки надежнее и действеннее. Он замечательный специалист. Верю, это сработает.
Слезы счастья катились по ее щекам, и Виктории пришлось напомнить о спокойствии.
— Рада за тебя безмерно. Трудно поверить в такую удачу, — искренне сказала она с улыбкой.
Виктория испытывала облегчение — мать в хороших руках, это была настоящая помощь. Она выразила благодарность профессору в коридоре.
— С Елизаветой нас объединяет не только ее диагноз, но и совместные воспоминания, — загадочно заметил врач.
Виктория взглянула вопросительно.
— Мы одноклассники были, — открыл он. — Она слыла первой красавицей, и я, чтобы завоевать внимание, всегда провожал ее, носил сумку.
На лице мужчины мелькнула теплая улыбка воспоминаний. Теперь Виктория поняла, почему мать отзывалась о нем с нежностью.
— Вот как, а мама не рассказывала, — удивилась она с улыбкой.
— Она скромничает, — тихо ответил профессор. — Прошли годы, а Елизавета, несмотря на болезнь, все такая же очаровательная.
Его черты смягчились, будто он вернулся в молодость.
— Я приложу все усилия, чтобы ваша мама вернулась к нормальной жизни, — пообещал он.
Теперь, с матерью под присмотром, Виктория сосредоточилась на Мише. Она ворочалась всю ночь, обдумывая, как проникнуть в кабинет Виктора, окруженного стражей. Но повезло: он отбыл на встречу, забрав половину охраны.
Она знала о видеокамерах, но медлить нельзя — нужно было действовать и отыскать улики. Просочившись в кабинет, она осмотрелась и принялась проверять ящики стола. Многие открылись легко, но ничего подходящего не нашлось.
Взгляд упал на скромный комод из красного дерева в углу. Он был на замке, и она, осмелев, сломала его клюшкой от гольфа, стоявшей рядом.
— Вот это да! — шепнула она, обнаружив увесистую папку с данными о сомнительных операциях бизнесмена и бумагами, очищающими Андрея.
К сожалению, дежурный по мониторам засек ее и доложил начальнику.
— Виктор Сергеевич, няня ваша в кабинет заглянула и унесла папку из комода, — сообщил он.
Авто бизнесмена круто развернулось и понеслось назад. Через четверть часа он влетел в комнату Виктории и вырвал папку, которую она просматривала.
— Лезть в чужие дела — фатальная оплошность, — рычал он, сверля ее взглядом. — Я чуял, что ты пронюхала про Громова, но ты, выходит, в сговоре с ним.
Глаза его полыхали яростью. Схватив сопротивляющуюся женщину за запястье, он потащил ее к камину в зале и, помахав бумагами перед носом, швырнул в пламя. Огонь жадно сожрал страницы, превращая в черный пепел.
— Конец доказательствам, — прошипел он. — Молись, чтоб и тебя не ждала та же доля.
Красные блики танцевали на его искаженном лице, придавая безумный вид.
— Собирай манатки и выметайся сию минуту. И молчи в тряпку о увиденном. Иначе вспомню, где твоя мать лежит, — пригрозил он, кивая на камин.
Виктория страшилась не за себя, а за мать. Уходя из дома, она оглянулась на окно Миши.
— Держись, малыш, все уладится, — прошептала она и села в такси.
Миша, провожая взглядом уезжающую няню, не сдержал рыданий.
— Тетя Вика, не уходите! Оставите меня с ним одного? — кричал он.
Ему было жутко оставаться наедине с опекуном. Когда Виктор зашел и сообщил об увольнении, мальчик в ярости кинулся на него с кулачками.
— Почему вы ее прогнали? — вопил он, молотя по упругому животу бизнесмена.
— Я вас презираю! — добавил он.
Виктор, потеряв терпение, махнул подручным. Они заперли ребенка в чулане с водой и едой.
— Посиди, обдумай свое поведение, — бросил он через дверь. — Может, усвоишь, что старших слушают, а не усложняют им жизнь.
Виктория же поспешила на дачу к Андрею, но с ужасом узнала от соседей, что полиция его взяла часы назад — увели заросшего бродягу в кандалах.
— Этот Виктор Сергеевич, подлец, все рассчитал, выследил дачу, — произнесла она в сердцах.
Она в отчаянии опустилась на ступеньки. Видимо, бизнесмен заранее разослал людей по ее адресам, чтобы вычислить убежище Андрея. Собравшись с духом, она направилась в участок и настояла на беседе со следователем по делу Андрея.
Сначала ее не пропускали, мотивируя отсутствием связи с историей.
— У меня доказательства его невиновности, — уверенно заявила она. — Но отдам только следователю.
То, что Виктор упустил, — она сфоткала бумаги на телефон в ванной без камер. Ее впустили, и, предъявив снимки, она инициировала пересмотр.
Вскоре Виктора взяли под стражу, и он раскололся с показаниями. След привел к Сергею, который мыл деньги через фиктивные фонды помощи. К разводу Сергей лишился не только дачи, но и всего: часть конфисковали за недоимки бюджету, остальное перешло Виктории, включая дачу и городскую квартиру.
Супруга Виктора, Елена, услышав об аресте, предпочла сидеть за рубежом, избегая риска. Катя, подруга Сергея, мигом подыскала нового покровителя и стерла бывшего из памяти. Андрей, после новой проверки, вышел на волю и, крепко прижав сына, дал слово никогда его не бросать.
Виктория, временно опекавшая Мишу, улыбнулась их встрече. Переживания сблизили ее с Андреем — его благодарность переросла в теплую симпатию, а потом в сильное взаимное влечение. Спустя месяцы они сыграли свадьбу, и Виктория усыновила Мишу, став для него той мамой, о которой он мечтал.
С Андреем она нашла чуткого и верного партнера, полную противоположность Сергею. Мать Виктории прошла курс по передовой методике и вскоре после торжества дочери перебралась в Москву к Дмитрию Федоровичу. Профессор и его юношеская любовь наконец соединились и наслаждались совместным счастьем. Для Виктории и ее близких началась новая глава, где трудности отступили, уступив место спокойствию и взаимной поддержке.