Найти в Дзене
СДЕЛАНО РУКАМИ

Свекровь посмотрела в телефон и резко изменилась в лице

— Коллекция весна-лето 2024, дизайнер Елена Морозова, — читала Тамара Петровна с экрана, запинаясь на каждом слове. — Платье «Чёрная орхидея», эксклюзивная модель... восемьдесят тысяч рублей... Она подняла глаза на меня, и в них плескался неподдельный испуг. Начало этой истории читайте в первой части. — Но как... откуда у тебя такие деньги? — прошептала она. — У меня нет таких денег, — спокойно ответила я. — Это платье сшила я сама. — Ты? — Я. Дизайнер Елена Морозова — это я. Мой псевдоним. Коля уронил пульт от телевизора: — Лена, о чём ты говоришь? Я пролистала экран дальше. На сайте появились другие модели — вечерние платья, костюмы, блузки. Все с подписью «Елена Морозова». — Три года назад, — начала я, садясь обратно на диван, — когда мы поженились, у меня было два высших образования. Филологическое и художественное. В библиотеке я работаю только по утрам. — А днём? — хрипло спросила свекровь. — Днём шью. На заказ. Для частных клиентов. — Каких клиентов? — Жён олигархов, актрис, тел

— Коллекция весна-лето 2024, дизайнер Елена Морозова, — читала Тамара Петровна с экрана, запинаясь на каждом слове. — Платье «Чёрная орхидея», эксклюзивная модель... восемьдесят тысяч рублей...

Она подняла глаза на меня, и в них плескался неподдельный испуг.

Начало этой истории читайте в первой части.

— Но как... откуда у тебя такие деньги? — прошептала она.

— У меня нет таких денег, — спокойно ответила я. — Это платье сшила я сама.

— Ты?

— Я. Дизайнер Елена Морозова — это я. Мой псевдоним.

Коля уронил пульт от телевизора:

— Лена, о чём ты говоришь?

Я пролистала экран дальше. На сайте появились другие модели — вечерние платья, костюмы, блузки. Все с подписью «Елена Морозова».

— Три года назад, — начала я, садясь обратно на диван, — когда мы поженились, у меня было два высших образования. Филологическое и художественное. В библиотеке я работаю только по утрам.

— А днём? — хрипло спросила свекровь.

— Днём шью. На заказ. Для частных клиентов.

— Каких клиентов?

— Жён олигархов, актрис, телеведущих. Тех, кому нужна эксклюзивная одежда.

Тамара Петровна листала сайт трясущимися пальцами. На странице отзывов красовались фотографии известных людей в моих нарядах.

— Но почему ты молчала? — недоуменно спросил Коля.

— А зачем было говорить? — пожала плечами я

— Вы так убеждённо рассказывали всем, что я неудачница. Что работаю за копейки, одеваюсь в секонд-хенде. Зачем было вас разочаровывать?

Свекровь продолжала скролить сайт. Её лицо становилось всё бледнее с каждой новой страницей. Цены на мои платья начинались от пятидесяти тысяч и доходили до двухсот.

— Портфолио за последний год, — комментировала я, глядя через её плечо. — Тридцать восемь эксклюзивных заказов. Средняя стоимость — девяносто тысяч за изделие.

Коля тяжело опустился в кресло:

— Значит, ты зарабатываешь...

— В месяц? Около трёхсот тысяч. Иногда больше, если заказов много.

Тишина в комнате была оглушительной. Только тикали старые часы на стене да где-то капала вода в ванной.

— И все эти три года, — медленно произнесла Тамара Петровна, — ты позволяла мне...

— Позволяла вам чувствовать превосходство. Да, позволяла.

— Но зачем?

Я встала и подошла к окну. За стеклом серел осенний двор, мокли под дождём жёлтые листья.

— Потому что видела, как это важно для вас. Чувствовать себя лучше меня. Умнее, успешнее, правильнее.

— Лена, это нечестно, — тихо сказал муж.

— Нечестно? — я обернулась к нему. — А что честно? Каждую неделю слушать лекции о том, какая я неудачница? Рассматривать фотографии твоих бывших и получать советы, как стать достойной женой?

Тамара Петровна положила телефон на столик:

— Я не знала...

— Что не знали? Что у меня может быть талант? Что я могу быть успешной?

— Почему ты не сказала раньше?

— А вы бы поверили? — я села обратно на диван. — Если бы три года назад библиотекарша Лена заявила, что шьёт платья для звёзд?

Свекровь молчала, понимая правоту моих слов.

— К тому же, — продолжила я, — мне было интересно. Наблюдать, как долго вы будете унижать человека, который зарабатывает в десять раз больше вашего сына.

— Десять раз? — переспросил Коля.

— Твоя зарплата тридцать тысяч. Моя — триста. Считай сам.

Он потёр лицо руками:

— И ты всё это время молчала...

— Молчала и копила деньги. На нашу собственную квартиру, на отпуск, на будущее. Пока вы спорили о том, достойна ли я вашей фамилии.

Тамара Петровна встала и медленно подошла к зеркалу. В отражении её лицо выглядело осунувшимся, постаревшим.

— Значит, все эти упрёки...

— Были напрасными. Да.

— И советы про одежду...

— Тоже.

Она повернулась ко мне:

— Что теперь будет?

— Ничего особенного, — я поправила складку платья. — Я как работала, так и буду работать. Шить красивую одежду для людей, которые могут её оценить.

— А мы?

— А вы будете привыкать к мысли, что ваша невестка — не неудачница.

Коля подошёл и обнял меня за плечи:

— Прости, что не защищал.

— Теперь знаешь от кого меня защищать.

Вечером мы ехали домой на такси. Коля всю дорогу молчал, изредка поглядывая на меня.

— О чём думаешь? — спросила я.

— О том, как мало я тебя знаю.

— Хочешь узнать больше?

— Очень хочу.

— Тогда завтра покажу мастерскую. И расскажу о планах на будущее.

— Каких планах?

— Хочу открыть салон. В центре города. И нанять помощниц.

Коля улыбнулся — впервые за вечер:

— Значит, жена у меня не просто талантливая, но и деловая?

— И богатая, — добавила я. — Не забывай про этот важный пункт.

Иногда молчание стоит больше слов. А иногда одна правда может изменить всё.