Подпишитесь если нравится мои истории. Хорошего вам дня и заглядывайте почаще, новые истории выходят каждый день!
Клавдия Семёновна заметила его в первый день весны. Маленький серый воробей сидел на подоконнике и внимательно смотрел в окно, словно изучал её квартиру. Она как раз поливала фиалки на кухне, когда услышала негромкое постукивание по стеклу.
«Что это ещё такое?» — пробормотала она, отставляя лейку.
Воробей сидел не шелохнувшись и продолжал её разглядывать. Клавдия Семёновна подошла ближе к окну, и птичка не улетела, только слегка повернула голову.
«Чего тебе надо, малыш?» — спросила она, приложив ладонь к стеклу.
Воробей вдруг звонко зачирикал, словно отвечая на вопрос. Клавдия Семёновна улыбнулась — давно она не разговаривала с кем-то так просто и естественно. После смерти мужа прошло уже полтора года, а привыкнуть к одиночеству всё никак не удавалось.
«Наверное, есть хочешь», — решила она и пошла искать хлеб.
Нашла в хлебнице остатки вчерашней булки, покрошила мелко и открыла форточку. Воробей сначала испугался и отпрыгнул, но крошки оказались сильнее страха. Он осторожно подлетел и начал склёвывать угощение.
«Вот так-то лучше», — довольно сказала Клавдия Семёновна. «Ешь, не стесняйся.»
С этого дня воробей стал появляться каждое утро. Сначала он просто сидел на подоконнике и ждал завтрак, но постепенно становился смелее. Перестал бояться, когда она открывала форточку, а потом и вовсе начал залетать в кухню.
«Ну ты и нахал», — смеялась Клавдия Семёновна, когда птичка устроилась на кухонном столе и стала клевать крошки прямо из её руки.
В дверь позвонили. На пороге стояла соседка Валентина Ивановна с озабоченным видом.
«Клава, ты случайно не знаешь, кто это у нас в подъезде воробьёв кормит? А то они весь козырёк над входом загадили.»
«Это я кормлю. А что?»
«Как что? Птицы же заразу переносят! И вообще, это негигиенично.»
Клавдия Семёновна удивилась такой реакции.
«Валя, что тебя так расстроило? Один маленький воробей не может весь козырёк загадить.»
«Один? Там уже стая собралась! Утром не пройти — все чирикают, крыльями хлопают.»
«Неужели?» — Клавдия Семёновна выглянула в окно и действительно увидела на карнизе несколько воробьёв. «И правда много стало.»
«Вот именно. Перестань их кормить, и они сами улетят в другое место.»
«Но им же есть хочется, особенно весной, когда корма мало.»
«Клава, ну что ты как маленькая? Это же дикие птицы, они сами о себе позаботятся.»
Валентина Ивановна ушла, а Клавдия Семёновна задумалась. Может, соседка права? Может, не стоит приучать птиц к лёгкой добыче?
Утром воробей появился как обычно. Постучал клювом по стеклу, покрутил головой, ожидая завтрак. Клавдия Семёновна смотрела на него и не могла решить — кормить или нет.
«Что же мне с тобой делать?» — спросила она птичку.
Воробей зачирикал, словно удивляясь, почему так долго нет еды.
«Ладно, покормлю. Но в последний раз», — решила Клавдия Семёновна и насыпала крошек.
Но на следующий день воробей снова прилетел. И она снова не смогла отказать. А ещё через день к нему присоединились двое других.
«Ой, да вас тут целая семья», — обрадовалась Клавдия Семёновна. «Наверное, жена с детьми прилетели.»
Она стала готовить завтрак на всю воробьиную семью. Покупала специально белый хлеб, который крошился лучше чёрного, иногда добавляла творог или варёные яйца.
В квартире стало веселее. Воробьи прилетали не только за едой — они словно привыкли к Клавдии Семёновне и просто любили проводить время на её подоконнике. Особенно первый воробей, которого она стала называть Кешей. Он был самый смелый и доверчивый.
«Кеша, а ты женился, что ли?» — спросила она однажды, когда к нему подлетела другая птичка и они стали нежно перебирать друг другу пёрышки.
Воробей посмотрел на неё и, казалось, кивнул головой.
«Молодец. А то один жить тяжело, я знаю.»
Дочь Людмила приехала на выходные и ужаснулась увиденному.
«Мама, что это за птичий двор у тебя на кухне? Они же всё загадят!»
«Ничего не гадят. Очень воспитанные воробьи.»
«Мама, ну это несерьёзно. Живые птицы в квартире — это антисанитария.»
«Люда, они не живут в квартире. Просто прилетают покушать и пообщаться.»
«Пообщаться? С воробьями? Мам, может, тебе к врачу сходить? Или к психологу?»
Клавдия Семёновна обиделась.
«При чём тут врач? Я с птицами разговариваю, а не с галлюцинациями.»
«Но это же ненормально!»
«А что нормально? Сидеть дома одной, телевизор смотреть и ждать смерти?»
Людмила вздохнула.
«Мам, но должны же быть какие-то границы. Можешь завести кота или собаку, если скучно.»
«Не хочу кота. Хочу воробьёв. Они мне друзья стали.»
«Друзья? Мама, это дикие птицы! Они не могут быть друзьями!»
«Почему не могут? Я их кормлю, они ко мне прилетают. Мне с ними интересно, а им, видимо, тоже.»
Дочь покачала головой.
«Хорошо, пусть будут воробьи. Но хоть меру знай. А то соседи жаловаться будут.»
«Уже жаловались. Валентина Ивановна приходила.»
«И что ты ей сказала?»
«Сказала, что буду кормить дальше. Это же не запрещено законом.»
Людмила ушла расстроенная, а Клавдия Семёновна осталась с воробьями. Кеша сидел на её руке и позволял себя гладить пальцем по голове.
«Видишь, какие мы с тобой странные», — говорила она ему. «Людям не нравится наша дружба.»
Воробей негромко чирикнул, словно соглашаясь.
Весна переходила в лето, и воробьиная семья росла. Теперь на подоконник прилетало уже штук десять птиц. Клавдия Семёновна различала каждого и даже дала всем имена.
«Маша, не жадничай, оставь Васе», — говорила она, когда самая крупная воробьиха отгоняла молодых птиц от еды.
Соседи начали открыто возмущаться. Сначала приходили по одному и просили прекратить кормёжку. Потом собрались группой и устроили настоящий совет.
«Клавдия Семёновна, это уже переходит все границы», — говорила председатель совета дома. «Птицы гадят на машины, шумят по утрам, мешают людям спать.»
«А во сколько они начинают петь?» — спросила Клавдия Семёновна.
«В шесть утра!»
«Так это же замечательно. Природный будильник.»
«Не все хотят просыпаться в шесть утра!»
«А мне нравится. Просыпаешься под птичье пение — день хорошо начинается.»
Женщины переглянулись.
«Клавдия Семёновна, мы понимаем, что вам одиноко. Но птицы — не выход. Может, в клуб пожилых людей запишетесь? Или к родственникам чаще ездите?»
«Зачем мне клуб, если у меня есть воробьи? С ними намного интереснее, чем с людьми.»
«Интереснее? Да они же молчат!»
«Кто молчат? Они очень разговорчивые, просто надо уметь их слушать.»
Соседки ушли, пообещав обратиться в жилищную инспекцию. Клавдия Семёновна не расстроилась — что могут сделать чиновники с воробьями?
Лето выдалось жаркое, и птицы стали прилетать не только есть, но и пить. Клавдия Семёновна поставила на подоконник неглубокую мисочку с водой. Воробьи не просто пили — они устраивали настоящие купания, брызгались, чистили пёрышки.
«Вот вам и душ», — смеялась она, наблюдая за их водными процедурами.
Кеша оказался самым умным. Он научился различать её голос и реагировал на своё имя. Когда Клавдия Семёновна звала его, он тут же прилетал и садился ей на плечо.
«Ты у меня прямо как попугай», — говорила она ему. «Только не разговариваешь.»
Но однажды случилось чудо. Клавдия Семёновна как обычно приготовила завтрак для птиц и позвала:
«Кеша, лети завтракать!»
И вдруг услышала тоненький голосок:
«Ке-ша!»
Она замерла. Неужели воробей повторил своё имя?
«Кеша, это ты говоришь?»
«Ке-ша! Ке-ша!» — снова прозвучало из клюва птички.
Клавдия Семёновна была в восторге. Её воробей научился говорить! Пусть только одно слово, но всё-таки.
В дверь позвонили. Пришла участковый врач Тамара Петровна.
«Клавдия Семёновна, соседи жалуются, что вы разговариваете с птицами. Меня просили вас проверить.»
«Проверить? На что?»
«Ну... на адекватность. Говорят, вы считаете воробьёв своими друзьями.»
«А разве это болезнь?»
«Нет, конечно. Но если это мешает окружающим...»
«Тамара Петровна, а хотите на них посмотреть? Они очень умные.»
Врач неохотно согласилась. Клавдия Семёновна позвала Кешу, и он тут же прилетел.
«Кеша, поздоровайся с тётей», — попросила хозяйка.
«Ке-ша!» — радостно прочирикал воробей.
Тамара Петровна удивлённо посмотрела на птичку.
«Он что, своё имя знает?»
«Знает. И ещё много чего понимает. Кеша, принеси веточку.»
Воробей слетел с подоконника и через минуту вернулся с маленькой веточкой в клюве.
«Удивительно», — пробормотала врач. «А как долго вы с ним занимаетесь?»
«Несколько месяцев. Сначала просто кормила, а потом заметила, что он очень сообразительный.»
«И других тоже дрессируете?»
«Не дрессирую, а общаюсь. Они все разные, у каждого свой характер.»
Тамара Петровна провела с Клавдией Семёновной полчаса, понаблюдала за воробьями и пришла к выводу, что никаких отклонений нет.
«Просто у вас необычное хобби», — сказала она. «Хотя соседям это может не нравиться.»
«А что я могу поделать? Не выгонять же их.»
«Конечно, нет. Но может, стоит как-то ограничить их количество?»
Клавдия Семёновна задумалась. Воробьёв действительно стало много. И она понимала, что соседи имеют право на покой.
«Хорошо, попробую кормить только своих любимых. Остальных постепенно отучу прилетать.»
Но оказалось, что это сложнее, чем казалось. Все воробьи уже привыкли к бесплатным завтракам и не хотели искать еду в других местах. Клавдия Семёновна начала давать корм только Кеше и ещё паре птиц, но остальные всё равно прилетали и требовали своё.
«Что же мне с вами делать?» — вздыхала она. «Люди ругаются, а вы не понимаете.»
Неожиданное решение пришло само собой. Клавдия Семёновна встретила во дворе молодую маму с коляской. Женщина стояла под деревом и с восхищением смотрела на воробьёв.
«Какие красивые птички», — сказала она. «Доченька, смотри, как они поют.»
Ребёнок в коляске радостно лопотал, протягивая ручки к птицам.
«Вы их кормите?» — спросила Клавдия Семёновна.
«Нет, а разве можно?»
«Конечно можно. Хотите, научу?»
Так у воробьёв появилась ещё одна кормилица. Молодая мама Светлана оказалась такой же птицелюбивой, как и Клавдия Семёновна. А её годовалая дочка Варя приходила в восторг от воробьиного щебетания.
«А можно, я тоже несколько птичек к себе переманю?» — спросила Светлана.
«Конечно. Кормите их у себя на балконе, они быстро привыкнут.»
Постепенно воробьиная стая разделилась. Часть птиц перебралась к Светлане, часть осталась у Клавдии Семёновны. Соседи успокоились — птиц стало меньше, и они не так сильно мешали.
А Кеша остался верен своей первой хозяйке. Он по-прежнему прилетал каждое утро, садился ей на плечо и говорил своё имя. Иногда он приносил ей небольшие подарки — красивые камешки, блестящие обёртки от конфет, сухие листочки.
«Спасибо, дорогой», — благодарила его Клавдия Семёновна. «Какой ты заботливый.»
Людмила, приехав в следующий раз, была удивлена переменами в матери.
«Мам, а ты как-то посвежела. И настроение у тебя лучше стало.»
«Конечно лучше. У меня друзья появились.»
«Эти воробьи?»
«Не только воробьи. Светлана молодая познакомилась, мы теперь часто общаемся. И Варя маленькая меня очень полюбила.»
«А птиц у тебя стало меньше.»
«Стало. Мы с Светланой поделились. Теперь у каждого своя стая.»
Дочь посмотрела на мать внимательно.
«Знаешь что, мам? Мне кажется, эти воробьи тебе действительно помогли. Ты стала общительнее, активнее.»
«Помогли. Они научили меня не бояться новых знакомств. Если я смогла подружиться с дикими птицами, то и с людьми найду общий язык.»
Кеша, словно понимая, что говорят о нём, гордо распушил пёрышки и прочирикал своё имя.
«Ке-ша! Ке-ша!»
«Да, ты у нас самый умный», — погладила его Клавдия Семёновна. «И самый любимый.»
Осень принесла новые заботы. Воробьям нужно было готовиться к зиме, и Клавдия Семёновна стала кормить их более питательной пищей. Покупала семечки, орехи, сало для синиц, которые тоже стали прилетать на её подоконник.
«Теперь у меня целый птичий ресторан», — смеялась она, рассказывая Светлане о новых постояльцах.
«А Кеша не ревнует к другим птицам?» — спросила подруга.
«Немножко ревнует. Всегда старается первым к кормушке подлететь.»
«Как люди», — засмеялась Светлана. «Тоже ревнуют к вниманию.»
«Вот именно. У птиц характеры такие же разные, как у людей. Просто мы обычно этого не замечаем.»
Зима выдалась суровой. Клавдия Семёновна волновалась за своих питомцев и кормила их особенно щедро. Кеша стал прилетать не только утром, но и в обед, и вечером. Иногда он оставался ночевать в тёплом углу балкона, который Клавдия Семёновна специально для него обустроила.
«Зимуешь у меня?» — спрашивала она его.
«Ке-ша», — отвечал воробей, устраиваясь поудобнее в своём гнёздышке.
Весна пришла с новыми сюрпризами. Кеша привёл подругу, и вскоре на балконе появилось настоящее гнездо с птенцами.
«Ну ты даёшь», — восхищалась Клавдия Семёновна. «Прямо семейное гнёздышко устроил.»
Она стала кормить уже целую воробьиную семью и наблюдать, как родители учат птенцов летать и добывать корм.
«Вот и внуки у меня появились», — шутила она, рассказывая соседкам о птенцах.
Теперь уже никто не возражал против воробьёв. Многие жители дома привыкли к птичьему щебетанию и даже начали сами иногда подкармливать пернатых соседей.
А Клавдия Семёновна поняла, что её жизнь изменилась к лучшему. Воробей на окне принёс ей не только радость общения с природой, но и новых друзей, новые интересы и ощущение нужности.
«Спасибо тебе, Кеша», — говорила она своему первому пернатому другу. «За то, что прилетел тогда весной и изменил мою жизнь.»
Воробей важно кивал головой, словно понимая каждое слово.
Спасибо что дочитали мою статью, мои хорошие.
Читайте еще: