Лена складывала последние вилки в сушилку, когда услышала, как Галина Петровна в третий раз за день шепчется в телефон. За две недели такого поведения она уже догадывалась — готовится что-то серьезное. — Елена, иди сюда, — голос свекрови прозвучал из гостиной торжественно. Вытерев руки, Лена прошла в комнату. Галина Петровна сидела в любимом кресле, на столике лежала папка с документами. Рядом устроился Андрей — пришел с работы на два часа раньше. — Садись, — Галина Петровна похлопала по дивану с той улыбкой, которой встречала сантехников. Лена осталась стоять у двери. — У нас новость, — Андрей крутил ручку в руках. — Важная. — Мы долго думали, — перехватила слово Галина Петровна, — и поняли: хватит жить во лжи. — В какой лжи? — В той, что ты здесь кто-то, — свекровь открыла папку. — Мы подали на развод. Документы в суде. Лена кивнула. Странно — никакого удивления. — А квартира моя, — добавила Галина Петровна, — так что до конца месяца освободи. — Понятно. — И все? — разочарованно прот
Лена складывала последние вилки в сушилку, когда услышала, как Галина Петровна в третий раз за день шепчется в телефон. За две недели такого поведения она уже догадывалась — готовится что-то серьезное.
— Елена, иди сюда, — голос свекрови прозвучал из гостиной торжественно.
Вытерев руки, Лена прошла в комнату. Галина Петровна сидела в любимом кресле, на столике лежала папка с документами. Рядом устроился Андрей — пришел с работы на два часа раньше.
— Садись, — Галина Петровна похлопала по дивану с той улыбкой, которой встречала сантехников.
Лена осталась стоять у двери.
— У нас новость, — Андрей крутил ручку в руках. — Важная.
— Мы долго думали, — перехватила слово Галина Петровна, — и поняли: хватит жить во лжи.
— В какой лжи?
— В той, что ты здесь кто-то, — свекровь открыла папку. — Мы подали на развод. Документы в суде.
Лена кивнула. Странно — никакого удивления.
— А квартира моя, — добавила Галина Петровна, — так что до конца месяца освободи.
— Понятно.
— И все? — разочарованно протянула свекровь. — Даже плакать не будешь?
— Зачем?
Андрей встал, прошелся к окну и вернулся.
— Лена, может, поговорим нормально? Обсудим...
— Что обсуждать, Андрей? — она наконец села. — Как я пятнадцать лет готовила на вас двоих? Стирала твои носки? Или как покупала лекарства твоей маме на свою зарплату?
— При чем тут лекарства? — поморщилась Галина Петровна.
— А при том, что вы меня выгоняете, как собаку.
— Не выгоняем, — возразил Андрей. — Просто... ситуация изменилась.
— Ситуация? — Лена усмехнулась. — А когда у твоей мамы были проблемы с долгами три года назад, ситуация тоже изменилась?
Галина Петровна дернулась.
— Откуда ты знаешь?
— Живу здесь пятнадцать лет. Думаете, я слепая?
— Лена, хватит вспоминать, — Андрей махнул рукой. — Говорим о сегодняшнем дне.
— О сегодняшнем? — она достала из сумочки телефон. — Хорошо. Давайте честно.
— О чем честно? — насторожилась Галина Петровна.
— Помнишь, Андрей, мою квартиру? Ту, что мама завещала?
Андрей замолчал.
— Куда делись деньги от продажи?
— На семейные нужды потратили, — пробормотал он.
— На какие нужды? — Лена открыла какое-то приложение в телефоне. — На погашение кредита твоей мамы?
— Это неважно уже.
— Очень важно. Потому что я помню каждую копейку.
Она встала, прошла к комоду, открыла ящик.
— А еще помню, как делала ремонт в ванной. На свои деньги. И на кухне. И меняла проводку. Все на свои деньги.
— Жила же здесь, — огрызнулась Галина Петровна. — Пользовалась.
— Пользовалась? — Лена достала из ящика папку. — А кто платил?
— Какая разница сейчас? — Андрей нервно засмеялся.
— Большая разница.
Лена открыла папку, показала первую страницу.
— Каждый чек. Каждую квитанцию. Пятнадцать лет собирала.
— Зачем? — прошептала Галина Петровна.
— Мама говорила: "Бумага терпит все". Вот я и слушалась.
— Что это за документы? — Андрей попытался заглянуть.
— Улучшение жилищных условий, — Лена перелистнула страницу. — За собственный счет. Знаете, что это означает?
Тишина.
— Право на компенсацию. Или на долю в квартире.
— Какую еще долю? — взвилась Галина Петровна. — Квартира моя!
— Была вашей. До того момента, как я в нее вложила половину ее стоимости.
— Половину? — Андрей побледнел.
— Сантехника, электрика, полы, потолки, окна. Считали когда-нибудь?
— Ты блефуешь, — сказал Андрей, но голос дрожал.
— Я уже была у юриста, — Лена закрыла папку. — И у оценщика. И у риелтора.
— У риелтора? — Галина Петровна схватилась за подлокотники кресла.
— Очень милая женщина. Говорит, квартиру с таким ремонтом разберут за неделю.
Лена встала, взяла ключи со стола. Муж и свекровь торжественно вручили развод, — произнесла она спокойно. — Но не ожидали: у меня припасен подарок куда покруче
— Что ты хочешь? — тихо спросила Галина Петровна.
— Ничего особенного. Развод — получите. Хотите, чтобы я ушла — уйду.
— И?
— И продадим квартиру. Поделим деньги честно.
— У нас нет таких денег, чтобы выкупить твою долю, — прошептал Андрей.
— Знаю. Поэтому продаем.
Лена положила ключи на журнальный столик рядом с документами о разводе.
— Покупатели уже есть. Молодая пара, очень приятные люди.
— Лена, — Андрей встал, — может, еще поговорим? Ну нельзя же так сразу...
— Пятнадцать лет говорили. Достаточно.
Она надела куртку, взяла сумочку.
— До конца месяца, говорили? Мне хватит недели.
У порога обернулась.
— А документы на развод можете забрать сами. В суде.
Дверь закрылась тихо. За ней остались два человека, смотрящие на ключи на столе.
Если понравилось, поставьте лайк, напишите коммент и подпишитесь!