Грузовой отсек «Возрожденца» больше походил на желудок механического пирата, наглотавшегося железа. Повсюду громоздились ящики с запчастями, катушки с оптическим кабелем и непонятные агрегаты, находившиеся в состоянии вечного «почти отремонтированы». В центре этого хаоса, залитый аварийным светом, сидел Игорь. Его лицо было измазано машинным маслом, а в руках с тихим скрежетом повиновался многофункциональный ключ.
ИГОРЬ
(с силой дотягиваясь до скрытого крепления гермозатвора)
— Ну, держись, красавец... Сейчас мы тебе нервы поправим.
В нескольких шагах, абсолютно неподвижно, стоял Платон. Его идеальное хромированное тело киборга отражало копошащуюся фигуру инженера, словно насмехаясь над окружающим хаосом. Оптические сенсоры холодно мерцали, отслеживая каждое движение.
ПЛАТОН
(ровным, лишенным эмоций голосом)
— Очаровательная методика. Использование грубой физической силы для калибровки пьезоэлектрического контура. Прямая аналогия — настройка скрипки ударом кузнечного молота по деке.
Игорь вздрогнул и чуть не выронил ключ. Он злобно повернулся к киборгу.
ИГОРЬ
— А тебя кто спрашивал? Я тут не эстетикой занимаюсь, а чтобы мы все тут не задохнулись в следующем прыжке! И вообще, если ты такой умный, взял бы и помог, а то стоишь как памятник самому себе!
ПЛАТОН
(его голос обретает легкую язвительную нотку)
— Мое вмешательство потребовало бы предварительной полной разборки узла с последующей правильной сборкой. Время, которое ты пытаешься «сэкономить» своим примитивным методом, ты в итоге потратишь на исправление последствий. Наблюдение за этим процессом представляет определенный... антропологический интерес.
В проеме входного люка появилась Света. Она оперлась о косяк, скрестила руки на груди и с усталой улыбкой наблюдала за привычным действом. Ее взгляд скользнул по перепачканному Игорю, потом по безупречной металлической фигуре Платона.
СВЕТА
— Так, хватит. Платон, отстань со своими нравоучениями. А то он так ничего и не починит, а будет всю ночь спорить с тобой о квантовых что-там-нунациях.
Платон медленно повернул голову в ее сторону, сервоприводы издали тихий шелестящий звук.
ПЛАТОН
— Я просто констатирую факты. Но, как всегда, твое желание сохранить видимость мира превыше технической эффективности.
Света шагнула в отсек, ее ботинки четко стучали по металлическому полу.
СВЕТА
(обращаясь к обоим, но глядя на Игоря)
— А у меня есть к вам предложение. Обсудим на мостике? Пока вы тут меряетесь... интеллектами, корабль сам по себе летит.
Игорь с облегчением швырнул ключ в ящик с инструментами.
ИГОРЬ
— Да ради бога, лишь бы этот ходячий учебник отстал.
Платон издал что-то вроде короткого шипящего звука, что у него заменяло вздох, и плавно развернулся, чтобы следовать за ними. Его металлические ступни бесшумно ступали по полу, составляя разительный контраст со стуком сапог Светы и шаркающей походкой Игоря.
Мостик «Возрожденца» был его мозгом — тесным, напичканным приборами, но живым. Мерцание голографических дисплеев отбрасывало синеватые блики на лица. Света заняла кресло пилота, повернув его к центру помещения. Игорь прислонился к штурманской консоли, с недоверием поглядывая на Платона, который замер у входа, словно монумент.
СВЕТА
— Вопрос на засыпку. Как мы будем лететь к Облаку Ориона, если на пятой прыжковой точке у нас треснула рама компенсатора? А треснула она потому, что кто-то...
(бросает взгляд на Игоря)
...решил, что паспортная прочность — это «для слабаков», и перегрузил систему на тестах нового бустера.
ИГОРЬ
— Эй, он же выдержал! Почти... И бустер работал великолепно!
ПЛАТОН
— «Великолепно» — это когда система выполняет задачу без последующего разрушения смежных узлов. В противном случае это называется «наглядное пособие по инженерной безответственности».
Света подняла руку, прерывая начинающийся спор.
СВЕТА
— Суть не в этом. Суть в том, что ваши вечные споры «гений против кустаря» каждый раз ставят под удар корабль. Нам нужно канализировать этот... энтузиазм. В мирное русло.
Она провела пальцем по сенсорному экрану своего кресла. В центре мостика возникла голограмма — сложное, многоуровневое сооружение с чистыми линиями, обозначенное как «Медико-биологический лабораторный модуль M III».
ИГОРЬ
(заинтересованно подходя ближе)
— Это... чертежи того медлаба? Которые Сыч скачал с сервера лаборатории ?
СЫЧ
(голос , сухой и безэмоциональный)
— Я не «утянул». Я произвел архивацию данных с неохраняемого узла связи. И да, это они.
ПЛАТОН
(сделал шаг вперед, его оптические сенсоры сфокусировались на голограмме)
— Конструкция... имеет недостатки. Но в основе заложена здравая логика. Для чего вы это показываете?
СВЕТА
— Потому что я предлагаю его построить. У нас есть свободная каюта-склад на нижней палубе. Та самая, куда Игорь сносит всё, «что еще пригодится».
ИГОРЬ
(всплескивает руками)
— Да это же гениально! Представь, Платон: своя лаборатория! Мы сможем синтезировать медикаменты, проводить анализы, усиливать импланты...
ПЛАТОН
— Мы? Надеюсь, ты не планируешь применять свой «метод кувалды» к био сенсорному оборудованию?
СЫЧ
— Если позволите вставить расчёт вместо эмоций. Анализ: оснащение медицинского модуля повысит выживаемость экипажа на 8.3%. Снизит временные затраты на ремонт биологических и кибернетических компонентов на 15%. Также это позволит перенаправить... творческую энергию части экипажа на конструктивную деятельность.
Игорь смотрел на Свету с восторгом, словно ей только что предложили полететь к центру Галактики.
ИГОРЬ
— Свет, это же идеально! Мы сможем...
СВЕТА
(перебивает, но с улыбкой)
— Я знаю, что идеально. Вопрос в главном. Платон?
Все взгляды устремились на киборга. Тот смотрел на голограмму, его процессор оценивал перспективы. Наконец, он медленно кивнул.
ПЛАТОН
— Наличие собственного исследовательского комплекса соответствует моим целям. Я согласен. При условии, что я буду осуществлять технический надзор за проектом.
ИГОРЬ
— Ура! То есть... отлично. Команда пришла к консенсусу!
СВЕТА
(встает с кресла, голограмма гаснет)
— Вот и славно. Значит, решено. Сыч, займись предварительной планировкой. А вы двое...
(она смотрит на Игоря и Платона)
... попробуйте хотя бы день не спорить. Начните с малого.
Место: Каюта-склад на нижней палубе.
Дверь в каюту-склад с скрипом отъехала в сторону, пропуская облако пыли. Воздух был густым и пахлом машинным маслом, озоном и чем-то забытым органическим.
ИГОРЬ
(гордо расставляет руки)
— Ну вот! Пространство для творчества! Видишь, какие возможности?
Платон плавно переступил порог. Его оптические сенсоры медленно скользили по грудам металлолома, стопкам старых дисплеев, ящикам с безымянными болтами и катушкам с проводами. Он замер посреди этого хаоса, его идеальная форма выглядела инородным телом в этом царстве творческого беспорядка.
ПЛАТОН
— Я вижу... наглядное пособие по теории хаоса в её прикладном, разрушительном значении. Ты уверен, что здесь не произошло небольшого взрыва, о котором ты забыл сообщить?
ИГОРЬ
— Да брось! Здесь всё систематизировано! Вот здесь, например, детали систем навигации...
(ковыряется в куче)
... или нет, двигателей. В общем, я точно знаю, где что лежит!
ПЛАТОН
(поднимает с пола обугленную плату)
— Поздравляю. Ты только что уничтожил прототип сканера атмосферы пятого класса. Редкий экземпляр. Теперь его место в мусороперерабатывателе, а не в лаборатории.
ИГОРЬ
— Эй, не трогай! Это мой запасной вариант для...
Внезапно из динамика над дверью раздался ровный голос Сыча.
СЫЧ
— Протокол прерывания. Игорь, Платон. Ваше присутствие требуется на мостике. Обнаружена помеха в реализации проекта.
Игорь выдохнул с облегчением от необходимости оправдываться, и они вдвоем направились к мостику.
На мостике Света изучала данные на главном экране. Она обернулась, когда они вошли.
СВЕТА
— Ну что, провели инвентаризацию творческого беспорядка? Ладно, это потом. Сыч, докладывай ситуацию.
СЫЧ
— Большинство компонентов для сборки модуля доступны для приобретения в системе GL-715, на планете «Глория». Стандартные логистические маршруты, умеренные цены.
На экране появился список: металлоконструкции, композитные панели, стандартные сенсоры.
ИГОРЬ
— Отлично! Значит, летим на «Глорию»!
СЫЧ
— Я не закончил. Ключевой элемент — биосенсорная матрица третьего поколения. Без неё медицинский модуль будет не более чем стерильным чуланом. Это технология военных крейсеров класса «Паладин». На гражданском рынке не продаётся.
ПЛАТОН
— Предполагаю, что нелегальные каналы также исключены. Кража у флота — самый быстрый способ сменить статус с «авантюристов» на «пиратов» со всеми вытекающими.
СЫЧ
— Верно. Однако, есть альтернатива. Туманность NGP-7, известная как «Призрачный Клинок». Место крупного сражения. Сканирование показывает, что среди обломков находится крейсер класса «Паладин» — «Архангел». Его корпус цел, системы отключены. Он считается погибшим. Координаты и предполагаемый маршрут проникновения у меня есть.
На экране появилось изображение гигантской сине-фиолетовой туманности, внутри которой угадывались скелеты кораблей.
ИГОРЬ
(загораясь)
— Кладбище кораблей! Паладин! Да это же мечта! Мы сможем не только матрицу снять, там же целые склады уникального оборудования!
СЫЧ
— Следует учесть сопутствующие риски. Зона характеризуется энергетическими аномалиями...
СВЕТА
(резко поднимает руку, прерывая его)
— Стоп. Координаты и маршрут есть. Остальное — детали.
(Она переводит взгляд с восторженного Игоря на невозмутимого Платона, а затем на экран с туманностью. Её голос тверд, без тени сомнения.)
— Так чего же мы ждём? Сыч, рисуй маршрут: сначала «Глория», закупаем всё что можно. Потом — туманность. Все по местам!
Место: Планета GL-715 («Глория»)
«Глория» сияла в иллюминаторах «Возрожденца» как драгоценный камень. Зеленовато-голубая планета, опутанная мерцающими нитями орбитальных станций и потоками кораблей. Воздух в коммерческом секторе станции «Олимп» был свежим, с легким запахом озона и ароматизаторов. Здесь царила чистая, отлаженная цивилизация. Богатые торговцы, подтянутые пилоты корпоративных челноков, техники в одинаковых комбинезонах.
Игорь, ведомый Сычом через навигационное приложение, быстро и деловито закупал необходимые компоненты. Процесс был стерильным: сканирование, перевод кредитов, погрузка.
У одного из складов их взгляд привлекла группа девушек в струящихся белых с золотом одеждах, с замысловатыми символами на челе. Они двигались с какой-то неземной грацией, вызывая любопытство и восхищение.
ИГОРЬ
(притормозив и проводя взглядом за одной из девушек)
— Смотри-ка, красота-то какая... Интересно, это какой-то новый культ? Никогда таких не видел.
Света, шедшая рядом, незаметно ткнула его локтем в бок.
СВЕТА
(притворно-сладким тоном, с саркастической улыбкой)
— Так-так, инженер, куда это мы посматриваем? Кажется, наш главный механик отвлекся от критически важных конденсаторов на исследование местной... эстетики.
ИГОРЬ
(вспыхнув, поспешно отворачивается)
— Да я так, мимоходом! Просто... экзотика.
ПЛАТОН
(ровным голосом, глядя прямо перед собой)
— Наблюдение за представителями местных религиозных течений действительно может представлять культурологический интерес. Но в данный момент приоритетом является приобретение биметаллических креплений, а не изучение антропологии.
Игорь проворчал что-то невнятное, и команда двинулась дальше, завершив закупки без лишних происшествий.
Вихрь прыжка закончился, и звезды за иллюминаторами сменились зловещим зрелищем. Перед ними раскинулась туманность «Призрачный Клинок» — гигантское клубящееся облако фиолетовых и синих газов, пронзенное молниями тихой энергии. Внутри, как скелеты доисторических чудовищ, плавали обломки кораблей: искореженные корпуса линкоров, остекленевшие ребра истребителей, призрачные очертания чего-то огромного и мертвого. Вдали мелькали крошечные огоньки — другие корабли. Мародеры? Собиратели? Конкуренты.
Тишину на мостике нарушил только ровный гул систем корабля. Давление ожидания стало почти физическим.
СВЕТА
(тихим, собранным голосом)
— Сыч. Полное сканирование. Активное и пассивное. Ищем наш «Паладин».
СЫЧ
— Сканирую. Помехи от туманности значительны. Цель обнаружена. Координаты загружаю на главный экран. Крейсер «Архангел». Корпус имеет значительные повреждения, но сохранил целостность. Энергоподписей нет.
На экране появилась схема мертвого корабля.
СЫЧ
— Предупреждение. Фиксирую множественные энергетические аномалии в непосредственной близости от курса. Они могут вызвать отказ сенсоров и систем навигации. Также регистрирую неопознанные корабли на периферии сканера. Вероятность враждебного контакта...
Света резко подняла руку, глядя на устрашающую панораму за иллюминатором. Она не хотела слышать цифры. Не сейчас.
СВЕТА
(еще тише, отчеканивая каждое слово)
— Включаем маскировку. Тихий ход. Ложимся на курс к «Архангелу».
Она взялась за штурвалы, ее пальцы сжали рукоятки так, что кости побелели.
«Возрожденец», словно призрак, скользил в тени гигантского обломка эсминца. Света вела корабль с предельной концентрацией, лавируя между молчаливыми энергетическими бурями, которые Сыч обозначал на карте алыми метками. Каждая такая аномалия могла на несколько минут оставить их слепыми и глухими в этом склепе.
СВЕТА (по внутренней связи)
— Положение?
СЫЧ
— Стабильное. Аномалия «Тетис-2» миновала. Маркеры других кораблей не активны в нашем секторе. Можно начинать.
СВЕТА
— Хорошо. Команда высадки — на выход. Я остаюсь на мостике. Будьте на связи. Каждые пять минут — контрольный сигнал.
В шлюзовом отсеке царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь шипением скафандров. Игорь проверял крепление болгарки, Платон держал в руках портативный сканер, а Сыч, словно тень, замер у самого шлюза.
Перелет до гигантской пробоины в борту «Архангела» занял несколько минут. Внутри царил леденящий душу мрак, прорезаемый лишь лучами их фонарей. Воздуха не было. Повсюду, в жутком балете невесомости, плавали обломки панелей, обрывки проводов и... тела.
Десятки тел в форме флотских офицеров застыли в последних судорожных позах. Одни сжимали лица руками, другие тянулись к заклинившим гермодверям. Лица, сохранившиеся под забралами шлемов, были искажены гримасами панического ужаса. Это была не быстрая смерть в взрыве, а медленное, мучительное удушье.
ИГОРЬ
(голос прерывался от волнения)
— Господи... Никакие записи не передадут этого... Эй, Платон, смотри.
ПЛАТОН
(его голос в наушниках звучал неестественно ровно, будто он специально подавлял какие-то модуляции)
— Я не «смотрю», я фиксирую. Трагедия, безусловно. Но наша задача — найти матрицу, а не составлять каталог смертей. Сыч, сканируй внутреннюю структуру. Нам нужен главный мед отсек.
СЫЧ
(его красный сенсорный глаз скользил по переборкам)
— Сканирую. Наличие множественных органических останков создает помехи... Есть. Путь относительно свободен. Следуйте за мной.
Они поплыли за роботом по бесконечным темным коридорам, обходя жуткие неподвижные фигуры. Игорь старался не смотреть по сторонам, сосредоточившись на показаниях своего сканера. Платон, казалось, был полностью поглощен данными, но его металлическая рука иногда непроизвольно сжималась в подобие кулака.
Внезапно Сыч остановился перед массивной дверью с полустершейся маркировкой «Медицинский сектор. Секция хранения и диагностики».
СЫЧ
— Цель за этой дверью. Взлом механических затворов не представляет сложности. Однако, есть нюанс.
ИГОРЬ
— Какой еще нюанс? Давай, открывай!
ПЛАТОН
(внимательно изучив панель)
— Резервное питание. Система аварийной блокировки активна. При попытке несанкционированного доступа может сработать локальное охранное поле. Или сигнализация.
ИГОРЬ
— Сигнализация? В этом склепе? Да кому она нужна!
ПЛАТОН
— Нам. Потому что если она сработает, она может быть уловлена теми самыми «неопознанными кораблями», о которых предупреждал Сыч. Нам нужен аккуратный, тихий взлом. Без твоей любимой кувалды, Игорь.
Игорь вздохнул, но кивнул. Он достал набор тонких инструментов, а Платон подключил свой сканер к панели управления. Начиналась самая сложная часть.
Тишина в коридоре стала еще более зловещей. Давление невесомости и парящие неподалеку тела замерших в агонии людей делали каждое движение неестественно громким. Игорь осторожно снял защитную панель с консоли управления дверью, обнажив клубок оптоволоконных жил и силовых шин.
ИГОРЬ
(шепотом, хотя в скафандре это было бессмысленно)
— Вижу блок управления. Платон, какие контакты?
ПЛАТОН
(его сканер издавал тихое гудение, луч света скользил по схеме расположения проводов)
— Желтый и синий проводники — основное питание. Красный — линия сигнализации. Её нужно изолировать в первую очередь. Но будь осторожен, любое резкое изменение сопротивления может быть воспринято как саботаж.
СЫЧ
(беззвучно переместился так, чтобы прикрыть их своим корпусом со стороны коридора)
— Констатирую: временной лимит сокращается. Вероятность патруля мародеров в этом секторе возрастает на 0.5% каждую минуту.
Игорь, сжав губы, взял микро-зажимы. Его пальцы в толстых перчатках двигались с неожиданной ювелирной точностью. Он не был хакером, но с «железом» у него была своя магия.
ИГОРЬ
— Отключаю красный... Есть. Подаю обратное напряжение на силовой замок... Тихо, красавец, тихо...
Раздался глухой, едва слышный щелчок внутри толстой брони двери. Массивная плита на несколько сантиметров отошла от рамы.
ПЛАТОН
— Процедура... успешна. Поздравляю, Игорь. На сей раз твой метод оказался точен.
ИГОРЬ
(с облегчением выдыхая)
— Видишь? А ты говоришь — кувалда...
Они вплыли в медицинский отсек. Помещение было меньше, чем они ожидали. Стеллажи с препаратами разворочены, плавали разбитые ампулы и упаковки. Видимо, здесь тоже была паника. Но в дальнем конце, за бронированным стеклом, мерцала сложная панель с множеством индикаторов — та самая биосенсорная матрица.
ИГОРЬ
— Вот она! Цель в зоне видимости!
Платон подплыл к панели доступа.
ПЛАТОН
— Замок сложнее. Биометрический. Но без питания... это просто кусок пластика и кремния.
Он вставил в щель тонкий щуп, подключенный к его собственному интерфейсу. На этот раз взлом занял секунды. Бронестекло бесшумно отъехало.
Игорь уже протянул руку, чтобы извлечь драгоценный модуль, когда Сыч, остававшийся у входа, резко повернулся.
СЫЧ
(голос потерял обычную сухость, в нем появилась сталь)
— Прервать операцию. Обнаружена энергетическая активность.
ПЛАТОН
— Это невозможно. Корабль мертв.
СЫЧ
— Активность не корабельная. Исходит от одного из... органических останков в коридоре.
Все замерли. Игорь и Платон медленно развернулись к выходу. В луче фонаря Сыча они увидели то, от чего кровь стыла в жилах. Одно из тел в форме офицера, неподвижно висевшее в нескольких метрах от них, вдруг неестественно дернулось. Его шлем медленно повернулся в их сторону. За забралом, в темноте, зажегся тусклый красный огонек.
Это был не труп. Это был часовой. И он только что проснулся.
Время замерло. Красный огонек за забралом шлема мерцал, как глаз адского насекомого. Механическое тело в форме офицера развернулось к ним с неестественной, роботизированной плавностью. Рука в перчатке начала подниматься, и в ладони заблестел ствол встроенного импульсного оружия.
СЫЧ
(его голос прозвучал мгновенно, без единой лишней модуляции)
— Боевой кибер-пехотинец. Модификация «Страж». Протокол «Тишина» отменен. Отступать. Немедленно.
Игорь, не раздумывая, рванулся к матрице, выдернул ее из слота.
ИГОРЬ
— Добыча у меня!
ПЛАТОН
— Не поворачивайтесь к нему спиной! Его система нацеливание вычисляет траекторию по движению!
Первый выстрел был беззвучным в вакууме, но сноп синих искр на бронегруди Сыча, который резко выдвинулся вперед, прикрывая их, говорил сам за себя. Робот-сапер дёрнулся от удара, но устоял.
СЫЧ
— Моя броня выдержит несколько попаданий. Ваша — нет. Отход по маршруту следования. Я прикрою.
Они вылетели из медотсека в коридор, отталкиваясь от дверных косяков. Сыч пятился за ними, его корпус принимал на себя следующие выстрелы. Гул от энергетических разрядов сотрясал их скафандры.
ИГОРЬ
(задыхаясь)
— Света! Света, ты нас слышишь? У нас компания! Готовь корабль к отбытию!
СВЕТА
(голос напряженный, но собранный)
— Слышу! Что за компания?!
ПЛАТОН
— Автономный боевой кибер. Он поднял тревогу! Если на корабле есть еще такие...
Как будто в ответ на его слова, из бокового ответвления коридора показалась еще одна фигура в форме, с таким же горящим красным глазом.
СЫЧ
— Впереди блокировка. Ускоряйтесь.
Робот развернулся и дал короткую очередь по новому противнику, отбросив его в сторону. Искры и расплавленный металл заполнили проход.
ИГОРЬ
— Сыч!
СЫЧ
— Не останавливаться! Я следую.
Они неслись по лабиринту мертвого корабля, теперь уже не замечая жутких деталей, видя только путь к спасению. Свет их шлюза виднелся впереди, освещенный аварийными огнями «Возрожденца», который уже развернулся к ним стыковочным узлом.
СВЕТА
— Вижу вас на сканерах! Входите быстро! Я фиксирую энергетические всплески по всему корпусу «Архангела»! Он просыпается!
Они влетели в шлюз. Игорь и Платон схватились за поручни. Сыч вплыл последним, его корпус был исчерчен опаленными полосами. Он тут же ударил лапой по кнопке, и внешняя дверь начала закрываться. В последний момент в щели мелькнула фигура стража, но тяжелая бронедверь захлопнулась, отсекая погоню.
ИГОРЬ
(снимая шлем)
— Фух... Все живы?
ПЛАТОН
— Физически — да. Но рекомендую покинуть зону немедленно. Если активировались системы охраны, следующей может проснуться ПВО.
СВЕТА
— Держитесь! Отстыковываюсь! И готовьтесь к резким маневрам!
«Возрожденец» рванулся прочь от гигантского крейсера, как пуля. Света вела его, не прячась больше в тенях, выжимая из двигателей все возможное. Позади, на темном силуэте «Архангела», начали вспыхивать огоньки — просыпались другие стражи, а возможно, и что-то похуже.
Они уходили из склепа, прихватив с собой свою добычу. И разбудив его вечный покой.
«Возрожденец» рванулся прочь от «Архангела», оставляя за собой лишь след возмущенного пространства. Света, бледная, но собранная, вела корабль, ее пальцы летали по панелям управления.
СВЕТА
(по связи)
— Доклад по повреждениям! Игорь, Платон, как вы?
ИГОРЬ
(голос прерывистый, он закрепляет матрицу в защищенном контейнере)
— Все целы! Сыч немного пострадал, но функционален. Добыча при нас!
ПЛАТОН
— Поздравляю с успешным приобретением. Теперь настоятельно рекомендую сосредоточиться на выживании. Я фиксирую множественные энергетические подписи на периферии.
СВЕТА
— Вижу их. Мародеры. Почти дома, ребята, почти...
В этот момент все приборы на мостике погасли. Гул двигателей стих, сменившись зловещей тишиной. Иллюминаторы потемнели. Корабль, словно погасшая свеча, замер, продолжая движение по инерции вглубь туманности.
СВЕТА
(ударяя кулаком по безжизненной панели)
— Нет! Аномалия! Я проглядела ее!
ИГОРЬ
(выбегает на мостик, за ним — Платон)
— Что случилось? Почему мы остановились?
ПЛАТОН
(холодно констатирует)
— Энергетическая буря. Она вызвала полный отказ систем. Мы — беззащитная мишень.
В тишине, через главный иллюминатор, они увидели, как из-за крупных обломков выползли три корабля-моллюска — быстрые, уродливые, с приваренными лазерными пушками. Мародеры. Они сразу начали сходиться, словно стая акул, почуявших кровь.
ИГОРЬ
(с горькой усмешкой глядя на приближающиеся корабли)
— Так вот почему это место еще не растащили... Здесь не только призраки кусаются.
Света сжала штурвалы так, что пальцы побелели. Ее лицо выражало не страх, а яростную решимость. Она была инициатором этой авантюры, и она вытащит их отсюда.
СВЕТА
(сквозь зубы)
— Всем держаться. Сыч, как только системы оживут, я дам тебе управление турелями. Игорь, будь готов к резким маневрам.
Прошло несколько вечных минут. Мародеры уже открыли огонь. Первые снаряды просвистели мимо, осветив мертвый корпус «Возрожденца». Вдруг панели мостика мигнули и зажглись. Гул двигателей вернулся, наполняя корабль жизнью.
СВЕТА
— Пошли!
Она рванула штурвалы на себя. «Возрожденец», казалось, совершил невозможное — развернулся на месте, проскользнув между двумя сближающимися мародерскими кораблями. Выстрелы мародеров попадали в аномалии, вызывая каскадные энергетические разряды, которые разрывали их же корабли.
СВЕТА
— Сыч, огонь по тому, что слева! Игорь, стабилизируй импульсные стабилизаторы на 30 процентов!
ИГОРЬ
(поражаясь, бросается к консоли)
— Да... делаю!
Он смотрел на Свету, как завороженный. Он видел ее мастерство раньше, но такое... Она не просто уворачивалась. Она использовала туманность как оружие, заманивая преследователей в смертельные ловушки, лавируя между аномалиями и обломками с ювелирной точностью. Это был не просто побег, это был танец со смертью, и Света вела.
СЫЧ
(его голос звучал почти... удовлетворенно)
— Цель уничтожена. Остальные отступают. Повреждения корабля минимальны.
Когда последний мародер скрылся в глубинах туманности, на мостике воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным гудением систем. Света медленно отпустила штурвалы и обернулась. Ее лицо было мокрым от пота, но в глазах горел огонь.
ИГОРЬ
(смотря на нее с нескрываемым восхищением)
— Я... я даже не знаю, что сказать. Это было... невероятно.
ПЛАТОН
(после паузы)
— Присоединяюсь. Мастерство пилотирования... на грани возможного. Вы спасли корабль и экипаж.
Света слабо улыбнулась.
СВЕТА
— Лабораторию будем строить? Тогда летим домой.
«Возрожденец» лег на курс, оставляя за спиной «Призрачный Клинок». Они получили больше, чем просто матрицу. Они вновь доказали, что являются командой.
Место: Каюта-склад на нижней палубе «Возрожденца», несколько дней спустя
Каюта-склад преобразилась. Весь хлам был аккуратно (по меркам Игоря) сложен в углу, а центр помещения занимал каркас будущей лаборатории. Были смонтированы силовые рамы, проложены первые жгуты проводки. В воздухе пахло озоном и свежим металлом.
Игорь, снова в машинном масле, но на этот раз с сияющими от восторга глазами, устанавливал мощный энергораспределительный щит. Рядом, безупречный и неподвижный, стоял Платон. Его оптические сенсоры внимательно следили за каждым движением.
ПЛАТОН
— Сдвиньте центральный контактор на два миллиметра влево. Точность на данном этапе критична для стабильности питания чувствительного оборудования.
Игорь, к собственному удивлению, не стал спорить. Он молча взял инструмент и аккуратно подправил установку.
ИГОРЬ
— Так лучше?
ПЛАТОН
— Приемлемо.
В дверном проеме появилась Света. Она прислонилась к косяку, скрестив руки на груди, и наблюдала за их совместной работой. На ее лице играла легкая, почти невесомая улыбка.
СВЕТА
— Ну что? Уже не деретесь? Я по коридору иду — тишина, спокойствие. Даже непривычно.
Игорь обернулся, широко улыбаясь.
ИГОРЬ
— А не за что тут драться! Он говорит — я делаю. Выходит идеальное сочетание.
ПЛАТОН
— Я бы не стал преувеличивать насчет «идеального». Но синергия, безусловно, присутствует. В отличие от прошлого раза.
Света кивнула, ее взгляд упал на защищенный кейс, стоявший на видном месте. Внутри мерцала та самая биосенсорная матрица.
СВЕТА
— Оно того стоило? Все эти призраки, мародеры, десять минут в полной темноте?
Игорь вытер руки об тряпку и посмотрел на каркас лаборатории, потом на Платона, и, наконец, на Свету.
ИГОРЬ
— Каждый испуганный вздох. Знаешь почему? Потому что это не просто лаборатория. Это наше. Мы ее добыли, мы ее строим. И она спасет нам жизни. Может, даже завтра.
ПЛАТОН
(после короткой паузы)
— И позволит проводить исследования, которые были невозможны в прежних условиях. Это... правильное вложение ресурсов.
СЫЧ
(его голос доносится из динамика над дверью)
— Констатирую: коэффициент конфликтности в радиусе десяти метров от лаборатории упал на 70%. Производительность труда выросла на 45%. Рекомендую продолжать. И сообщаю, что мы выходим на орбиту станции «Ковчег».
Света усмехнулась, услышав доклад Сыча. Она обвела взглядом каркас лаборатории, двух таких разных, но нашедших общий язык гениев, и почувствовала непривычное спокойствие.
СВЕТА
— Ладно, на сегодня хватит. А теперь — все наверх. Приведем себя в порядок.
Игорь с надеждой поднял бровь.
ИГОРЬ
— Это... куда?
Света улыбнулась, поворачиваясь к выходу.
СВЕТА
— В бар . Настоящий ужин. И чтобы без разговоров о двигателях. Наше путешествие точно заслуживает того, чтобы его отметить.
Она вышла, оставив их в своем новом, общем пространстве. Игорь с облегчением отложил инструмент и посмотрел на Платона.
ИГОРЬ
— Ну что, профессор? Пропустим по стопке за удачное возвращение?
Платон медленно повернул к нему голову.
ПЛАТОН
— Мой метаболизм не предполагает употребления этанола. Но... наблюдение за вашими попытками его переработать может представлять определенный научный интерес.
Игорь рассмеялся и, похлопав киборга по металлическому плечу, направился к выходу. Лаборатория «Возрожденца» обретала форму. И вместе с ней — их команда. А впереди был вечер, который обещал быть по-настоящему своим.
Место: Бар «Тихий стыковочный порт», станция «Ковчег»
Вечер в баре был в самом разгаре. Приглушенный гул голосов, переливы неоновой вывески и сладковатый запах синтетического жаркого создавали ту самую иллюзию уюта и безопасности, ради которой и летают в космосе. За своим привычным угловым столиком собралась, без преувеличения, самая странная компания на станции.
ИГОРЬ откинулся на спинку стула, с наслаждением потягивая темное пиво. Его лицо, обычно озабоченное или одухотворенное очередной безумной идеей, сейчас выражало редкое, глубокое удовлетворение. Напротив него СВЕТА играла длинной соломинкой в своем коктейле, ее взгляд, мягкий и уставший, блуждал по залу, время от времени возвращаясь к Игорю.
Напротив них, занимая два стула, восседал ПЛАТОН в своем новом, идеальном теле . Он не пил, конечно, но его поза — расслабленная, с одной рукой, лежащей на столешнице, — была поразительно человечной. Рядом, прислонившись к стене, неподвижно стоял СЫЧ, его оптический сенсор медленно поводил по залу, анализируя все вокруг с привычной методичностью.
За столиком царила непринужденная, теплая атмосфера. Даже Платон, обычно язвительный, на этот раз ограничился парой замечаний о неэффективной расстановке мебели в баре, которые прозвучали скорее как фон, чем как критика.
ИГОРЬ
(поднимая бокал)
Ну, что можно сказать? Лаборатория почти готова. «Архангел» остался позади. И мы все тут. Целые и невредимые. Ну, почти.
(Он с ухмылкой посмотрел на Сыча, на корпусе которого еще виднелись следы от плазменных попаданий.)
Я предлагаю выпить. За нас. За самую пронырливую, упрямую и гениальную команду в этом секторе.
СВЕТА
(улыбаясь, чокается с ним своим бокалом)
За то, чтобы следующие полгода наш самый большой риск заключался в выборе между синтетическим стейком и синтетической котлетой.
ПЛАТОН
(его голосовой модулятор воспроизвел нечто, отдаленно напоминающее легкий смех)
С учетом наших совместных достижений, подобная перспектива кажется мне почти идиллической. Согласен.
СЫЧ
Статистически, вероятность спокойного периода длиной в шесть месяцев составляет 3.2%. Однако, с финансовой точки зрения, он был бы крайне полезен для пополнения запасов моющего средства для моих сервоприводов. Я присоединяюсь к тосту.
Все рассмеялись. Даже Сыч издал короткий, одобрительный щелчок.
В этот момент из динамиков барной стойки полилась медленная, лирическая мелодия — редкая для этого заведения.
Игорь посмотрел на Свету. Нежность и благодарность, которые он обычно скрывал за маской бравады, сейчас были видны в его глазах как на ладони.
ИГОРЬ
(тихо, почти шепотом)
Свет... Спасибо. За все. За то, что не дала мне сгинуть на той помойке. За то, что верила. Даже когда я тащил на борт очередную развалюху или мозг в банке.
Света посмотрела на него, и ее улыбка стала мягче, теплее. Она положила свою руку поверх его.
СВЕТА
Кто же еще будет за тобой приглядывать, если не я? Без меня ты бы ПЛАТОНА собрал из жестяных банок и энтузиазма.
Он сжал ее пальцы. Шум бара, смех, музыка — все это отступило на второй план, оставив их в своем маленьком, невидимом кругу.
ИГОРЬ
Может... станцуем? Для разнообразия. А то все полеты да перестрелки.
Света с легким смущением кивнула. Они поднялись из-за стола и вышли на площадку. Игорь обнял ее за талию, она положила руку ему на плечо. Их танец был неуклюжим, лишенным грации — они оба были пилотами и инженерами, а не танцорами. Но в этой неуклюжести была неподдельная, глубокая нежность. Они просто медленно покачивались, прижавшись друг к другу, забыв на время о кораблях, схемах и опасностях.
Платон наблюдал за ними своим безэмоциональным, но внимательным «взглядом».
ПЛАТОН
(обращаясь к Сычу)
Любопытно. Их двигательные паттерны абсолютно неэффективны с энергетической точки зрения. Однако, судя по биосканером, уровень окситоцина и эндорфинов у обоих зашкаливает. Поразительная иррациональность биологической жизни.
СЫЧ
Согласен. Но именно эта иррациональность позволила им найти вас на заброшенной станции, а мне — не быть разобранным на запчасти. Я начал ценить эту переменную в своих расчетах.
На танцплощадке Игорь наклонился к Свете, его губы почти коснулись ее уха.
ИГОРЬ
Знаешь, а ведь это и есть наш главный трофей. Не матрицы, не кредиты. А вот это. Все мы. Вместе.
Света прижалась к нему чуть сильнее, закрыв глаза.
СВЕТА
Просто пообещай, что в следующий раз, прежде чем лезть в грузовой отсек незнакомого корабля, ты хотя бы на меня посмотришь.
ИГОРЬ
Обещаю.
Они закончили танец и вернулись к столу, к своей необычной, но настоящей семье — гениальному киборгу, саркастичному роботу и друг другу. «Возрожденец» ждал их на доке, полный планов на будущее. Но сейчас все были здесь и сейчас. И это было идеально.
КОНЕЦ ИСТОРИИ
🔥 Дорогие читатели! 🔥
Ваше внимание — это топливо для творчества, а каждая прочитанная история — шаг в мир новых приключений. Но, к сожалению, системы не видят вашей поддержки, если вы читаете без подписки.
📌 Пожалуйста, подпишитесь — это бесплатно, займёт секунду, но для автора значит очень много:
✅ Дзен поймёт, что рассказ вам понравился
✅ У меня появится мотивация писать ещё больше крутых историй
✅ Вы не пропустите новые главы и эксклюзивы
💬 Ваша подписка — как аплодисменты после спектакля. Даже если не оставите комментарий, алгоритмы скажут: «Эту историю стоит показывать другим!»
Спасибо, что вы здесь! Пусть наши приключения продолжаются. 🚀
✍️ Ваш автор Александр Ильин