Это был 1997 год. Молодой журналист получил задание мечты — взять интервью у воссоединившихся Black Sabbath. Он и не подозревал, что ему предстоит столкнуться с Оззи Осборном в самый неподходящий для этого момент.
В декабре 1997 года оригинальный состав Black Sabbath отыграл два триумфальных концерта в родном Бирмингеме. Для многих, включая одного молодого музыкального журналиста, это были самые яркие и радостные шоу в жизни. Поэтому, когда его журнал предложил ему отправиться в уединенную студию в Уэльсе для интервью со всей группой, ответ был очевиден. План был прост: сначала беседа с Тони Айомми и Биллом Уордом, а затем — с Гизером Батлером и самим Оззи Осборном.
Честно говоря, журналист немного нервничал. Но, как ни странно, он опасался не Князя Тьмы, а Тони Айомми, чей суровый вид и грозные усы внушали трепет. Однако гитарист на деле оказался образцом дружелюбия. Чего, увы, нельзя было сказать о вокалисте.
Раздраженный Оззи — смешнее обычного Оззи
Скажем прямо: Оззи был в очень, ОЧЕНЬ скверном настроении. Причина была проста — он недавно бросил курить. Его руки были обклеены никотиновыми пластырями, а изо рта он не выпускал специальный ингалятор в тщетной попытке получить свою дозу.
Нехватка сигарет и перспектива отвечать на давно надоевшие вопросы молодого репортера создали взрывоопасную смесь. Ситуация была напряженной, но, как позже понял журналист, еще и уморительно смешной. Ведь единственное, что может быть забавнее обычного Оззи Осборна, — это раздраженный Оззи Осборн.
«Я сегодня чувствую себя особенно легендарно!»
Точный диалог стерся из памяти репортера, но два момента навсегда врезались ему в память. Первым был его, по собственному признанию, довольно глупый вопрос: «Каково это — быть легендой?».
Оззи посмотрел на него поверх своих круглых очков, и его рот открылся в той самой знаменитой манере, когда он обдумывает услышанное.
«Каково это — быть легендой?» — повторил он вопрос таким тоном, будто это была самая идиотская вещь, которую он слышал за всю историю человечества. «Я не чувствую себя гр**аной легендой. Я же не просыпаюсь утром со словами: „Шэрон, я сегодня чувствую себя особенно легендарно!“».
Журналист не смог сдержать смех — и от искреннего негодования Оззи.
«Пошел ты!»: Взрыв из-за Билла Уорда
Второй момент был уже не таким веселым. Репортер решил спросить о Билле Уорде. Ходили слухи, что на недавних концертах за кулисами дежурил барабанщик Винни Апписи — на тот случай, если с Биллом что-то случится. Когда журналист спросил Оззи, правда ли это, тот едва не выпрыгнул из кресла.
«Да пошел ты!» — взорвался он. — «Винни Апписи был там, потому что он наш друг. То, что он якобы должен был заменить Билла, — это полная чушь! С Биллом все в полном порядке. Билл — образец здоровья. Черт побери!»
Эта вспышка ярости длилась всего несколько секунд. Затем Оззи снова вернулся в свое привычное ворчливое состояние. Когда интервью закончилось, он встал, пожал журналисту руку, и вся злость мгновенно улетучилась. «Все в порядке?» — спросил он почти по-отечески, прежде чем ушаркать прочь в своих тапочках.
Ироничный и жуткий эпилог
У этой истории есть ироничное послесловие. На обратном пути в Лондон машина сломалась, и журналист добрался домой только под утро. Проснувшись через несколько часов, он узнал шокирующую новость: Билл Уорд — тот самый «образец здоровья», по словам Оззи — вскоре после их интервью перенес сердечный приступ. К счастью, барабанщик выжил и поправился.
В последующие годы журналисту еще не раз доводилось общаться с Оззи. Он встречал Веселого Оззи, Озадаченного Оззи и Задумчивого Оззи. Но того Ворчливого, Страдающего от Никотиновой Ломки Оззи он больше никогда не видел. Оглядываясь назад, он понял: ему выпала большая честь познакомиться именно с тем, самым настоящим и несчастным в тот момент парнем.