Глава 9(1)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Жесткая тряска и пронзительный скрежет металла резко выдернули меня из липкого забытья. Военно-транспортный корабль, натужно ревя двигателями, заходил на посадку, пробивая плотные слои атмосферы планеты Новгород-4. Он дрожал и гудел, словно неведомый зверь, пойманный в сеть чужой гравитации. По иллюминаторам барабанил ливень, хлеща по транспластилу тугими струями. За бортом клубился молочно-белый туман, обволакивая фюзеляж влажной удушливой ватой. Мрачные джунгли внизу напоминали бескрайнее изумрудное море - беспокойное, колышущееся, затягивающее в свои глубины.
Я с трудом разлепил опухшие веки, ощущая во рту мерзкий привкус протеинового концентрата, которым нас пичкали всю дорогу. Неделю мы тащились по бескрайним просторам русского сектора контроля, совершая бесконечные подпространственные прыжки через «врата» и все дальше удаляясь от моей родной Новой Москвы.
Дни и ночи смешались в бесконечную круговерть перегрузок, тошноты и лихорадочных снов. И вот теперь, приближаясь к цели нашего путешествия, я кожей ощущал ледяное дыхание чужой планеты. Похоже, здесь в колыбели русских колонистов-первопроходцев, ставшей нашей больше века назад, нас явно не ожидал радушный прием с хлебом-солью. Впрочем, чего хотели двое недотеп в серых робах, летящие на перевоспитание в штрафной батальон?
— Сглазил блин, — обреченно хмыкнул Толян, также как и я разбуженный после спячки, тыча пальцем в иллюминатор. — Все-таки на экватор тащат. Дождались, блин, райского уголка. Всегда мечтал сдохнуть в таком милом местечке.
Толик криво ухмыльнулся, но в его глазах плескалось неподдельное беспокойство.
— По крайней мере, мучиться долго не придется, — вяло отшутился я, разглядывая проплывающие мимо россыпи почему-то коричневых озер, похожие на оспины на теле прокаженного. Поверхность воды недобро пузырилась, выбрасывая вонючие газовые струи.
Неожиданно наш транспортник содрогнулся и накренился, заходя на очередной вираж. Створки грузового отсека лязгнули, едва не оторвавшись. Где-то в недрах стального чрева надсадно взвыл сигнал тревоги. Сердце вместе с душой рухнули куда-то вниз.
— Чего это он? — встрепенулся я, не ожидая что конец может настать настолько быстро и чувствуя, как желудок подкатывает к горлу.
— Не ссы, Санек, это просто вираж в потоках воздуха, — усмехнулся Толик со знанием дела. — Сейчас выровняемся. Кренделя выписывает, под шквальным ветром. Я такое уже ощущал...
Этому космодесантнику в прошлом видимо не раз приходилось падать камнем с орбиты на своих шаттлах. Я же действительно немного струхнул – это вам не от полиции на кабриолете убегать!
Внезапно корабль резко пошел на снижение, будто напоровшись брюхом на невидимый трамплин. Нас вдавило в кресла стальной рукой перегрузок. Кто-то истошно завопил, кого-то вырвало прямо на пол. Через проход блевал мой старый знакомый с выбитыми зубами, что кстати сильно помогало процессу, ибо лилось из него как из брандспойта. Зрелище было то еще. Глядя на него, у меня тоже начали возникать позывы.
— Эй, ты чего, братан? — посмотрев на мое позеленевшее лицо, гоготнул Толик, перекрикивая скрежет сминаемого металла и вой аварийки. Этот явно развлекался, наблюдая за нашими муками. — Прямо совсем зеленый стал, под цвет местной растительности. Ладно, держись, сейчас приземлимся, оклемаешься.
Половина салона блюет и матерится, а Толяну хоть бы хны, лыбится во весь рот, хлопая меня по плечу.
— Ну все, расслабься, приехали! — произнес Толян, когда транспортник, наконец, снизил скорость и уже куда более плавно заскользил в атмосфере чуть ли не срезая своим корпусом верхушки деревьев.
А деревья, кстати, хоть и казались из окна иллюминатора карликовым кустарником, на самом деле в сравнении с земными были исполинскими. Их кряжистые стволы, оплетенные лианами, вздымались на сотни метров вверх, теряясь в тумане. Впрочем, как и все на Новгороде-4 – здесь, как я слышал, любая букашка могла запросто сожрать человека...
Корабль замер над посадочной площадкой и начал медленно садиться, выбивая из-под себя снопы пламени маневровых двигателей. Шасси коснулись бетона с протяжным скрежетом. Корпус содрогнулся, вдавливая нас в кресла последней вспышкой перегрузки. Все, приехали! Добро пожаловать в ад. Выгружаемся...
Через минуту мы все с грохотом и руганью друг на друга вывалились из открытых створок десантного отсека, волоча за собой вещмешки с пожитками. Тяжелый влажный воздух, напоенный миазмами гнили и прели, ударил в ноздри, вышибая из легких остатки кислорода.
На трапе нас встретили два бугая в черной броне, недвусмысленно направив на толпу штрафников короткие стволы штурмовых винтовок.
— Живей, девочки! Это вам не Рублевка, это планета-каторга Новгород-4, мать ее! — пролаял один из солдат, кивая в сторону стоящих невдалеке бронетранспортеров. В его голосе звучало неприкрытое презрение и насмешка. Похоже, местный гарнизон не сильно жаловал новичков-штрафников.
У встречающих нас экзоскелеты поблескивали свежими царапинами и подпалинами. Видать, совсем недавно отбивались от очередной атаки тварей, кишащих в тутошних джунглях. Хищные зверюги так и норовили пробраться за Периметр базы, учуяв живое мясо. Не зря солдаты нервничали и зыркали по сторонам, держа пальцы на спусковых крючках.
Нас как стадо погнали к броневикам, грубо пихая прикладами винтовок. Тяжелые ботинки чавкали по грязи вперемешку с ошметками чего-то склизкого и омерзительно воняющего. Каждый шаг давался с трудом, будто к ногам привязали пудовые гири.
Несмотря на «погонщиков» тащились мы еле-еле. Я знал, что на планете двойная перегрузка, но не рассчитывал, что будет настолько тяжело. А ведь я только прибыл и сделал всего несколько шагов. Сердце колотилось, готовое вот-вот вырваться из груди. Легкие горели огнем. Пот заливал глаза. Казалось, еще немного - и я просто рухну замертво, не в силах противостоять чудовищной силе притяжения...
Забившись в тесное нутро бронированного «гроба» на колесах, мы с Толяном привалились друг к другу плечами. Места с трудом хватало, нас набили внутрь как селедку в консервную банку. Пропахший потом, грязью и машинным маслом транспортник грохотал и скрежетал на ухабах, подбрасывая на жестких сиденьях. Каждый толчок отзывался глухой болью в затекших мышцах.
Теперь главное, чтобы эта допотопная колымага не развалилась по ходу движения. Такое ощущение, что собирали ее на скорую руку из ржавого металлолома. Прочности конструкции явно доверять не стоило. Остальные штрафники мрачно зыркали по сторонам, тяжело дыша и периодически сплевывая на пол. Их изможденные, небритые лица блестели от пота. Некоторые бормотали себе под нос невнятные ругательства, кто-то бессильно сжимал кулаки.
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.