- Заждался, милок?- в комнату вошла тетя Зина, держа в руках тарелку, покрытую чистым полотенцем, и литровую банку с парным молоком,- Садись, перекуси с дороги. Затем отдохнешь немного, у меня и обед поспеет, а вечером в баньке попаришься.
- Я, наверно, домой поеду,- неуверенно произнес Дмитрий и увидел, как старенькая тетя Зина сразу погрустнела.
- Дело, конечно, твое,- она пожала плечами,- Но переночевал бы хоть ночку в родном доме. Куда тебе торопиться?
- И правда,- подумал Дмитрий,- Торопиться мне некуда, дома меня никто не ждет,- он тяжело вздохнул и вслух ответил,- Ладно, останусь. Только вы, тетя Зина, не беспокойтесь. Я сейчас в магазин схожу, куплю себе чего нибудь поесть, да и баню не стоит топить, чего зря дрова жечь.
- Еще чего,- обиделась Зинаида Макаровна,- Ты же мне как сын и мне хочется о тебе позаботиться.
- Хорошо, хорошо,- быстро закивал головой Дмитрий,- Но до магазина я все же дойду, да и по деревне прогуляюсь, вспомню, так сказать, родные места.
Дмитрий медленно шел по улице и сердце его наполнялось радостными воспоминаниями о деревенском детстве. Раньше в деревне, практически в каждом дворе держали корову, у них с мамой тоже была — Зорька, черно-белая красавица. Сначала все стадо пас пастух, дядя Петя, а когда его не стало, то тут то и возникла проблема, никто не соглашался идти в пастухи. Тогда решили, что каждый двор, будет по очереди пасти всех коров. Как же Митя ждал своей очереди!
Рано утром они с мамой выходили из дома, гнали стадо в лес или на луг. Ближе к обеду приводили коров на водопой к пруду. Те пили воду, а Митя купался в свое удовольствие. Потом он ложился на траву, а мама принималась кормить его припасенным заранее обедом: отварная картошка, яйца, сало, хлеб. Ничего вкуснее Дмитрий уже не ел в своей жизни. Вечером они возвращались домой, уставшие и Митя снова с нетерпением ждал своей очереди.
А сенокос? Дмитрий даже потянул носом, чтобы почувствовать запах свежескошенной травы. Из сена делали большие копны и Митя с Лешкой любили с разбегу запрыгивать туда. Мать с тетей Зиной ругались на них, но не сильно, а так, для приличия.
Еще Дмитрий вспомнил, как они с мамой отправлялись на опушку леса за земляникой. Выходили рано, пока еще была роса и не пекло солнце. Сначала Митя до отвала наедался этой вкусной, теплой от солнца, ягодой, а потом уже собирал ее в эмалированный бидончик. Мать варила из нее варенье и зимой, намазав варенье на хлеб, Митя вспоминал лето, лесную опушку и аромат маленьких ягодок.
Незаметно он дошел до здания из красного кирпича, в котором находилась библиотека и сельский клуб. Дмитрий потянул на себя деревянную дверь и оказался внутри прохладного помещения. В клубе тоже особо ничего не изменилось. Посреди, на бетонном полу, стоял бильярдный стол, покрытый зеленым сукном, кое где уже потертым.
На скамейке, возле двери расположился огромный бак с водой, на крышке которого стояла алюминиевая крышка. Дмитрий набрал воды в кружку и сделал глоток. Вода была холодная, из колонки и такая же вкусная, как в детстве.
Он вошел в кинозал, куда частенько бегал смотреть кино. Деревянные скамейки сменились на кресла, покрытые светло-коричневым дерматином, на сцене, под потолком, висели все те же портьеры из зеленого бархата. Они с Лешкой любили смотреть кино, фильм «Неуловимые мстители» пересматривали раз десять и мечтали быть такими же храбрыми и бесстрашными, как герои кинокартины.
Выйдя из клуба, Дмитрий отправился в сторону речки. Сейчас ее берега заросли травой, да сама река стала совсем маленькой. А раньше через нее был перекинут деревянный мост, с которого они с Лешкой ныряли в воду и долго плавали, разглядывая каждый камешек, потому что вода в реке была прозрачная, как слеза. Зимой, когда река затягивалась льдом, мальчишки устраивали там игру в хоккей самодельными клюшками.
Да, зимой на улице были свои забавы. Рыли тоннели в снежных холмах, прыгали с крыши в сугробы. Домой возвращались затемно, вся одежда была в
снегу, а мокрые варежки долго сушились над печкой.
А когда ударял мороз и на улице становилось очень холодно, Митя любил разглядывать морозные узоры на окнах. Он до сих перед ним стоит картинка из детства: ярко цветущая герань на подоконнике и затейливые узоры на окне.
Это было самое счастливое деревенское детство, да и, наверно, не только детство, а самые счастливые воспоминания всей Митиной жизни.