Найти в Дзене
Депрессии нет

Расслабление — это работа

Одна из сложностей в депрессии — невозможность не только двигаться, работать, но и расслабляться. Знаете, почему? То есть то, что для нас внешне выглядит как отдых — не отсутствие работы, а просто работа другого рода. 📍 у нас есть нейроны, их миллиарды, они сообщаются друг с другом с помощью разных нейромедиаторов, которые передают нейронам разные сигналы; 📍 сигналы могут быть о возбуждении или о торможении, — но и то и другое требует определенной деятельности нейронов; 📍 торможение нервной системы — это не угасание сигнала о возбуждении, не его отсутствие! Это отдельный сигнал и вызванный им отдельный процесс. 📍 от 30 до 45% нервных клеток обеспечивает торможение, то есть почти половина нашего мозга занимается торможением нервных процессов! Когда в депрессии ломается в том числе баланс нейромедиаторов, это касается не только серотонина, дофамина, адреналина и норадреналина, — это касается и глутамата (основного возбуждающего нейромедиатора), и ГАМК, основного тормозного нейромедиа
Оглавление
Автор иллюстрации - Платон Юрич
Автор иллюстрации - Платон Юрич

Одна из сложностей в депрессии — невозможность не только двигаться, работать, но и расслабляться.

Знаете, почему?

Потому что расслабление — это тоже работа для нашего мозга и тела.

То есть то, что для нас внешне выглядит как отдых — не отсутствие работы, а просто работа другого рода.

На уровне нейрофизиологии это выглядит так (очень-очень упрощенно):

📍 у нас есть нейроны, их миллиарды, они сообщаются друг с другом с помощью разных нейромедиаторов, которые передают нейронам разные сигналы;

📍 сигналы могут быть о возбуждении или о торможении, — но и то и другое требует определенной деятельности нейронов;

📍 торможение нервной системы — это не угасание сигнала о возбуждении, не его отсутствие!

Это отдельный сигнал и вызванный им отдельный процесс.

📍 от 30 до 45% нервных клеток обеспечивает торможение, то есть почти половина нашего мозга занимается торможением нервных процессов!

Когда в депрессии ломается в том числе баланс нейромедиаторов, это касается не только серотонина, дофамина, адреналина и норадреналина, — это касается и глутамата (основного возбуждающего нейромедиатора), и ГАМК, основного тормозного нейромедиатора.

К сожалению, мы никогда не можем точно оценить, что именно поломалось сильнее всего.

Препараты при депрессии подбираются методом проб и ошибок именно потому, что других методов здесь просто нет.

На глутаматэргическую систему, кстати, влияют некоторые новые антидепрессанты (к сожалению, в России пока не разрешенные и не имеющие качественных исследований).

Я пишу об этом, чтобы вы знали, что когда в депрессии вы лежите — вы не отдыхаете.

Скорее всего, вы, напротив, находитесь в постоянном возбуждении, в катастрофическом дисбалансе систем возбуждения и торможения.

Ваш мозг не может затормозить — и истощает тело.

Чтобы восстановить этот баланс, чтобы процессы возбуждения и торможения начали чередоваться, нужно много усилий и еще больше — внимания к себе, теплого, неосуждающего, искреннего внимания.

Готового увидеть то, что может нам не очень-то понравится, и не ужаснуться, не осудить самого себя, не отвернуться от себя.

Потому что депрессия — не вина, а болезнь.

И переживать её нужно не как вину, а как болезнь.

Запись на индивидуальную консультацию: @Nekotoraya

У меня есть группа чтения психологической литературы, где читаем книги о том, как помочь себе, вы можете написать, чтобы получить бесплатный гостевой доступ в группу на 1 день 🤗