300 страниц доносов. Армия агентов. Прослушка на даче и в постели. За Владимиром Высоцким КГБ следил так, как будто он собирался свергнуть режим.
Высоцкий не рвал плакаты, не размахивал манифестами. Он просто пел честно про жизнь — и за это оказался в центре многолетней спецоперации.
Почему в КГБ видели в нём угрозу? И зачем сам Андропов лично курировал дело «Бард»?
Как КГБ создал вокруг Высоцкого шпионскую сеть
История началась еще до того, как Высоцкий стал известен.
8 сентября 1965 года КГБ арестовал Андрея Синявского, писателя и педагога Высоцкого в Школе-студии МХАТ.
Синявский несколько лет публиковал свои произведения на Западе под псевдонимом Абрам Терц, что и послужило поводом для громкого дела. Приговор по временам оттепели был мягким - Синявского осудили на 7 лет.
При обыске у него нашли не только запрещённые рукописи, но и… магнитофонные плёнки с песнями молодого Владимира Высоцкого.
Уже к концу 1965 года на Лубянке появилось первое дело под кодовым названием «Гитарист», а в начале 1970-х оно перерастёт в секретную разработку «Бард». В ней — 300 агентурных карточек, десятки фотоальбомов, тома стенограмм прослушки и аналитика по «реакции публики».
В то время КГБ еще не понимал масштабов будущей популярности Высоцкого, но уже тогда его песни восприняли, как потенциально опасное явление.
Больше всего КГБ смутил «Рассказ о двух крокодилах», который декламировал Высоцкий на записи. Там он в юмористическом ключе представил Ленина и Крупскую. Также смутила спецслужбы блатная романтика, которая, между прочим, тогда была очень популярна в среде советской интеллигенции.
КГБ понимал, что такие песни могут формировать альтернативное общественное сознание, минуя официальные каналы.
Квартиру на Малой Грузинской и дачу под Одинцово стали прослушивать. Вокруг него - сплошное наружное наблюдение. В поездках за рубежом его сопровождали агенты. Всего, за 15 лет наблюдений в деле Высоцкого было задействовано около 900 (!) сотрудников КГБ.
Вся операция шла под личным контролем Юрия Андропова. И тот же Андропов в 1973 году помог Высоцкому получить первое разрешение на выезд за границу. А чуть позже и вовсе выдвинул его на звание Заслуженного артиста РСФСР.
Зачем? Потому что если человек попал в зону внимания КГБ, это вовсе не означало, что его непременно решат посадить.
Как выяснится позже, задача была не уничтожить, а контролировать.
«Раз ничего нельзя — то всё можно»: как Высоцкий отвечал КГБ
Впрочем, к Высоцкому относились уважительно. Частично, о том, что он под колпаком, поэта информировали.
Генерал КГБ Светличный лично предупредил его: «Ваш телефон некоторое время будет прослушиваться».
Агентов если он замечал (а за границей было трудно не заметить приставленных к нему персон), то игнорировал, угрозы высмеивал. Когда ему пытались запретить дружбу с художником Михаилом Шемякиным, Высоцкий ответил просто:
«Я с ним дружил в России и буду дружить. Даже не говорите мне об этом».
Он действовал на пределе: валюта в Госбанке, самовольные гастроли, незаконные подпольные концерты, наркотики - про всё это знали и разрешали.
И, конечно, ему разрешали ездить за границу. Хоть и под строгим надзором. Любопытно, что быть агентом в зарубежных поездках - это было поощрение со стороны КГБ.
Было такое правило в творческой среде:
«Если кто-то из ваших добрых знакомых регулярно ездил за рубеж руководителем группы туристов или его помощником, значит, успешно стучал».
Вокруг Высоцкого было несколько таких «доброжелателей».
При этом всё происходило в атмосфере скрытого давления. В парижском дневнике Высоцкий записал: «Занервничали мы. Как они, су...и, оперативны». А в последние месяцы жизни он вдруг понял, что в ближайшем кругу — «стукач».
Высоцкий называл его «Н» и знал кто это, но личности так и не была установлена. Известно лишь, что это был кто-то из близкого окружения поэта в «Театре на Таганке», с кем поэт регулярно общался.
Друзья вспоминали: «Сорвался по-крупному. Страшно запил».
Противоречие доходило до абсурда. С одной стороны — цензура, запреты, доносы, прослушка. С другой — дорогие машины, поездки в Канаду и Перу, концерты по спецзаказу сотрудников КГБ, защита от уголовных дел вроде «Ижевского». И всё это время у него был образ «борца с системой», который КГБ сознательно не разрушал. Почему?
Управляемая оппозиция: почему КГБ не закрыл Высоцкого
Если ты популярен - это можно использовать на благо страны! Например, оттянуть в твою сторону потенциально диссидентствующих, нелояльную аудиторию.
Вот в чём парадокс. КГБ рассматривал Высоцкого не как врага, а как «предохранительный клапан» — того, кого можно было показать в телевизоре как доказательство, что в СССР есть свобода.
Люди верили не партийным лозунгам, а его строкам верили.
Один человек с гитарой — страшнее, чем весь самиздат.
Что сдерживало силовиков от того, чтобы запретить Высоцкого:
- народная любовь,
- международные связи жены,
- понимание, что репрессии могут вызвать протест,
- возможность использовать поэта в качестве информатора косвенным образом (не обязательно добровольного).
Да и, на мой взгляд, какой-то жесткой антисоветчины в его песнях не было. Высоцкий пел о том, что актуально, что беспокоило многих вокруг. Но при этом не нес деструктивизм, как, скажем, Солженицын с его гиперболизацией «преступлений режима» и несвобод.
Высоцкий делал мир лучше. Снимал напряжение психологическое у народа. Развивал вкус, показывая мир с другого угла. Поэтому и не применяли к нему запретов. Жаль, только, умер так рано - не стало поэта в 42.
На канале Союза писателей России, где я сейчас работаю, мы тоже разбираем интересные истории из мира литературы, театра и кино. У нас много материалов, так что - подписывайтесь, если интересна история и современность нашей культуры!). Из последнего - разбирали интересную историю: