— Одну упаковку аскорбинки и это… два теста, — Даша покраснела, будто что-то опрометчивое совершила. Поежилась в куртке, сжимая и разжимая руки в кулаки. Качнулась на ботинках с носка на пятку.
«Кого стесняться? Замужем она! Не нагуляла, не взаймы взяла» — сгребла покупки из аптечного отдела и ни на кого не глядя, ринулась к выходу.
— А, сдачу? — крикнула ей вслед аптекарша, громче чем ожидалось. — Мне чужого не надо!
Дед Митрофан аж по слуховому аппарату пальцем постучал, думая, что он сбился. Соседка, протирая платком очки рассматривала на витрине средства от высокого давления, и та обернулась. Надев окуляры, посмотрела на Дашу подозрительно.
Пришлось отмерить несколько шагов обратно и высыпать мелочь из блюдца на ладонь. Стоило посмотреть на женщину в белом халате, и душа рухнула в пятки. Та уже схватила свой телефон, будто намеревалась кому-то звонить и докладывать.
— Спасибо, не заметила. Мама попросила ей купить, самой некогда… Ну, сами знаете, мероприятия всякие, — проблеяла Дарья, разлепив пересохшие губы.
И ведь не соврала. Тест ее просила купить мать. Зачем уточнять для кого-то, верно?
У тетки, что в очки на нее глядела, челюсть отвисла, стекла запотели от удивления. Эка невидаль! Вере Демидовне почти пятьдесят три года. Но, всякие чудеса, конечно бывают… Уж, не от гармониста ли нового, что из соседнего района недавно приехал забрюхатилась? Вот это но-о-овость! Вот это удачно она зашла…
Забыв про капли и свою гипертонию, тетка Галина выскочила, чуть двери аптечные не вынесла. Дед так ничего и не понял про тесты. Зато, телефон в руке аптекарши — Алькиной закадычной подружки перекочевал в карман. Надолго ли?
Дарья ушла, оставив странную недосказанность. Аптекарша пыталась отвлечься, да не отвлекается. Все мысли возвращаются к визиту зарубинской жены.
— А-а-аль? Давненько не заходила. Неделю назад Вовке покупала гематоген и все, дорогу забыла. Чего звоню-то? Так приходи, может и есть что сказать. Не по телефону, — закинула она «удочку», довольно скалясь.
За такой шикарный подгон с Алевтины точно коробка конфет полагается. Не меньше!
У аптекарши и настроение повысилось. Напевая, что-то себе под нос, она стала пересчитывать штучные пр.езервативы в коробке, не замечая осуждающего взгляда деда Митрофана. Он просто махнул рукой, забыв зачем пришел. Бабские сплетни его перебили. Пожалев, что не написал на бумажке название чудодейственного лекарства для памяти, подслушанного в рекламе по телевизору, старик пошаркал на выход. В дверях обернулся и сказал:
— Не многие из нас могут вынести счастье соседей.
— Сорок три, сорок четыре… — считала женщина, шелестя фольгой. — Ты что-то спросил, дед Митрофан? — подняла голову, не расслышав его реплики.
— Да, ну тебя! — махнул рукой старик. — Все равно не поймешь, пока самой не коснется.
Его бесцветные глаза через несколько секунд потеряли интерес к сплетнице. Дед забыл, что говорил. Помнил только дорогу домой, где его ждет жена, с которой прожито много лет. Хороших или плохих — не важно. Главное, она его ждет.
Земля наша не так велика, а в Майском и плюнуть некуда. Обязательно с кем-то столкнешься один или два раза за день. Вере оставалось дойти всего ничего — метров мять до своей калитки.
Вдруг, справа возникла «помеха». Алевтина выскочила из своей ограды, волоча за собой сына, который рыдал во весь рот, что не хочет в аптеку, хочет на качели и велосипед.
Они разошлись как вражеские корабли вдоль форматора. Без приветствия, гордо вскинув волосы, как «флаги»: темно-каштановые дашкины, против ядрено-рыжих. Ноздри раздули от волнения и злобы.
Даша прекрасно расслышала, что сказал сын Егора. Алька точно в аптеку собралась лясы точить с подружкой… Трепло.
На негнущихся ногах, Дарья закрыла за собой дверцу забора. Осталось немножко до двери. Ключ от дома врезался в кожу ладони. Что-то было не так…
Тотошка подозрительно ее не встречал, не выпрыгивал из будки, виляя хвостиком и сопровождая звонким лаем.
— Тоша? — издавая «поцелуйный» звук, стала подзывать щенка. — Тотошка, милый, ты куда спрятался? — голос осип от нехорошего предчувствия. Спазмы подкатили к горлу, пришлось сглатывать и дышать глубоко через открытый рот.
Даша, присев, заглянула в собачий домик, но там никого не обнаружила. Обвела взглядом двор. Тонкая цепь змеей уходит в кусты. Ухватившись за первое звено, она потянула… Как-то легко пошло.
На конце показался карабин, а собаки нет.
— Тотошка-а-а! — она разогнулась и стала орать визгливо. Ее зов расходился эхом во влажном осеннем воздухе.
Песик либо сбежал, либо его кто-то выпустил. Вдали поднимался над лесом туман. С крайнего двора завыла собака.
Продолжение следует! Автор Ольга Рог