МОСКВА — В стенах одного из старейших храмов Москвы прозвучала проповедь, которая вышла далеко за рамки духовного наставления и вбросила новую искру в тлеющий конфликт между наукой и религией в России. Протоиерей Андрей Ткачев, известный своими резкими высказываниями, обвинил образование и целый пантеон интеллектуальных гигантoв, включая Чарльза Дарвина и Адама Смита, в том, что они «отдаляют человека от Бога» и являются источником «беды» для современного мира.
«Мы живем в это время, когда беда пришла давно уже. Беда пришла от образованных, от таких, как Чарльз Дарвин, от таких, как другие всякие биологи, "болтологи", всякие экономисты. Адам Смит и другие. Они все насытили этот мир теориями о том, что можно жить без Бога, что главное в человеке – это экономика, что главное в человеке – это телесное здоровье»
Наука и образование как козел отпущения
Отец Ткачев, ссылаясь на пророчество греческого святого XVIII века Космы Этолийского, заявил, что «беда пришла от образованных». Его мишенью стали не только биологи-«болтологи» и экономисты, но и сами основы научного мировоззрения: идея о том, что вселенная познаваема через наблюдение, доказательство и разум.
Историческая ирония заключается в том, что и Дарвин, и Смит, чьи имена он использовал как ругательства, были людьми своего времени, чьи работы не обязательно отрицали божественное. Дарвин, обучавшийся теологии, изначально предполагал, что естественный отбор является божьим замыслом. Смит был крещенным христианином, который, помимо экономики, глубоко изучал природу этики и симпатии в человеческих отношениях.
Сводить наследие этих мыслителей к упрощенному лозунгу «можно жить без Бога» — значит не просто искажать историю, но и отрицать саму суть интеллектуального прогресса: сложность, нюанс и постоянный поиск истины.
Достижения образованных людей
Риторика протоиерея, кажется особенно диссонирующей на фоне триумфов современной биологии, которые спасают жизни и углубляют наше понимание самой сущности жизни.
Теория эволюции, которую так яростно атакуют, является не просто «теорией о обезьянах». Это — фундаментальная, объединяющая основа всей современной биологии. Именно она позволила:
- Расшифровать геном человека, открыв дорогу для персонализированной медицины и понимания генетических причин тысяч заболеваний.
- Разрабатывать мРНК-вакцины, которые спасли миллионы жизней во время пандемии COVID-19. Их создание было бы невозможно без понимания эволюции вирусов и механизмов мутации.
- Бороться с устойчивостью к антибиотикам, отслеживая, как бактерии эволюционируют, чтобы выжить под нашим лекарственным натиском.
- Создавать новые сорта сельскохозяйственных культур, способные накормить растущее население планеты в условиях меняющегося климата.
Отрицать эволюцию — значит добровольно ослепнуть перед красотой и сложностью естественного мира, который, по убеждению многих верующих, и является творением Бога.
Проблема возникает не тогда, когда вера ищет ответы на вопросы «зачем» и «почему», а когда она претендует на монополию в ответах на вопросы «как» и «что», являющиеся прерогативой науки. Кампания по исключению теории Дарвина из школьной программы, поддержанная некоторыми публичными фигурами и представителями РПЦ, является ярким примером такого перехода границ.
Аргумент о том, что эволюционная теория «способствует абортам» или ведет к «духовному разложению», является спекулятивным и не имеет доказательств. Это попытка подменить научную дискуссию идеологической, а образование — индоктринацией.
Стране, подарившей миру Ломоносова, Менделеева и Павлова, устами протоиерея предлагается выбор: руководствоваться просвещением и развивать критическое мышление, которые являются двигателями прогресса, или отступить в изоляцию, где догма превалирует над доказательствами, а риторика страха заменяет собой рациональный диалог.
Время, когда можно было противопоставлять «образование» и «веру», давно прошло. Вызов современности заключается не в том, чтобы выбрать одно вместо другого, а в том, чтобы найти мудрость для их сосуществования. Ослепление, по иронии судьбы, и есть та самая «беда», против которой так яростно, но столь ошибочно, пытаются бороться.