Я проснулась от скрипа половиц в коридоре. Три часа ночи. За дверью моей комнаты кто-то стоял. Я слышала дыхание — тяжелое, неровное.
— Дядя Миша? — позвала я тихо.
Тишина. Потом шаги — медленные, удаляющиеся к кухне.
Я натянула одеяло до подбородка и лежала с открытыми глазами до самого утра. Это был уже пятый раз за две недели.
Дядя Миша — младший брат моего отца. Ему сорок пять, он никогда не был женат, последние годы снимал комнату на окраине. Работал где-то грузчиком, жил один.
Месяц назад папа позвонил мне вечером:
— Наташ, у Миши проблемы. Его выгоняют из съемной квартиры. Хозяйка продает.
— И что?
— Ему негде жить. Я подумал... может, временно к вам? У вас же двушка, а вы с Лёшей вдвоём. Комната свободная есть.
Я замялась. Свободная комната была. Моя бывшая мастерская — я работала дизайнером одежды, шила на заказ. Но полгода назад заказов стало меньше, я перешла на удаленку в офис, а комнату превратила в склад тканей и гардеробную.
— Пап, там вещи...
— Наташа, это мой брат! Ему правда некуда идти! Ну на месяц, максимум два, пока не найдет жилье!
Я посмотрела на Лёшу. Муж пожал плечами:
— Твой отец. Твоё решение.
Я вздохнула:
— Хорошо. Но только на месяц.
— Спасибо, доченька! Ты золотая!
***
Михаил приехал через три дня. Высокий, с залысинами и усталым взглядом. Всегда был тихоней — стеснительным и неразговорчивым. На семейных праздниках держался в сторонке, больше молчал.
— Наташа, спасибо, что приютила, — пробормотал он, протягивая мне пакет с яблоками. — Это тебе.
— Не за что, дядя Миш. Проходите, располагайтесь.
Он прошёл в комнату, осмотрелся. Я освободила шкаф, убрала часть вещей, поставила раскладушку.
— Тут нормально, — кивнул он. — Спасибо.
Первые дни было тихо. Михаил уходил рано утром на работу, возвращался поздно вечером. Ужинал на кухне, молча кивал нам и шёл к себе.
— Вроде нормальный, — сказал Лёша. — Тихий, не мешает.
Мне тоже так казалось. Первые три дня.
На четвертую ночь я проснулась от странного звука. Кто-то ходил по коридору. Медленно, осторожно.
Я приоткрыла дверь. В полутьме различила силуэт дяди. Он стоял у нашей спальни, прислушивался.
— Дядя Миш? Вам что-то нужно?
Он вздрогнул, резко обернулся.
— А... нет. Просто в туалет ходил.
— Туалет в другой стороне.
— Да, я... запутался. Извини.
Он быстро ушёл к себе. Я закрыла дверь и легла обратно.
— Что там? — сонно пробормотал Леша.
— Ничего. Дядя в туалет ходил.
Но сон не шёл. Что-то было не так.
***
На следующий вечер я заметила, что мои вещи в ванной переставлены. Крем стоял не там, где я оставила. Расческа тоже.
— Лёш, ты трогал мою косметику?
— Нет, зачем?
— Просто она не на месте.
Он пожал плечами:
— Может, сама переставила и забыла?
Может. Но я помнила точно — крем стоял слева, а теперь справа.
Вечером, когда дядя Миша был в комнате, я зашла в ванную. На полочке заметила волос. Длинный, тёмный. Мой.
Но он лежал странно — будто кто-то его положил, а не просто упал.
Я стряхнула его в раковину и ушла. Но осадок остался.
Через несколько дней я работала дома. Дядя был на работе, муж тоже. Я сидела за компьютером, когда услышала звук ключа в замке.
Дверь открылась. Зашёл Михаил.
— Вы рано сегодня, — я обернулась.
— Да, отпустили пораньше, — он прошёл к себе, не глядя на меня.
Я вернулась к работе. Но через десять минут почувствовала — он стоит в дверях. Просто стоит и смотрит.
— Дядя Миш, что-то случилось?
— Нет. Просто смотрю, как ты работаешь.
— Я... занята. Извините.
— Продолжай, продолжай. Я не мешаю.
Он стоял еще минуту, потом ушёл.
Я почувствовала холод по спине. Почему он так смотрел? Почему молча стоял?
***
В выходные Михаил никуда не ушёл. Сидел дома, смотрел телевизор. Мы с Лёшей планировали провести день вместе, но с дядей в квартире было неловко.
— Дядя Миш, вы не хотите прогуляться? Погода хорошая, — предложила я.
— Нет, я дома посижу.
Мы ушли одни. Гуляли по парку, но я всё время думала о нём. О том, как он смотрел. О том, как стоял ночью у двери.
— Лёш, мне кажется, или дядька мой странно себя ведёт?
— В каком смысле?
— Ну... он ночью по квартире ходит. Стоит у дверей. Смотрит на меня.
Лёша нахмурился:
— Смотрит как?
— Просто... пристально. Долго. Молча.
— Может, ему скучно? Он один живёт, не привык к людям.
— Может...
Но я чувствовала — дело не в этом.
***
Ночью я проснулась снова. Скрип в коридоре. Я осторожно встала, приоткрыла дверь.
Михаил стоял прямо у порога моей спальни. Спиной ко мне. Замер.
— Дядя Миш!
Он медленно обернулся. Лицо было странным — отсутствующим, будто он не здесь.
— Я... просто прошёл мимо.
— Мимо? Вы стояли у двери!
— Нет, шёл в туалет.
— Дядя Миш, туалет в другой стороне! Что вы делаете у моей спальни?!
— Ничего. Я ничего не делаю, — он быстро ушёл к себе.
Я закрыла дверь и прислонилась к ней, сердце колотилось.
— Лёша, просыпайся!
— Что? — он открыл глаза.
— Дядя снова стоял у двери! Уже третий раз!
— Наташ, может, он лунатик?
— Какой лунатик?! Он смотрел на меня! Осознанно!
Лёша сел на кровати:
— Хорошо. Завтра поговорю с ним.
***
Утром Лёша попытался поговорить.
— Миша, Наташа говорит, вы ночами по квартире ходите. Что-то не так?
— Нет, всё нормально. Просто плохо сплю. Бессонница.
— Может, к врачу сходить?
— Не надо. Само пройдёт.
Разговор не помог. Той же ночью я снова проснулась от скрипа. На этот раз я не стала открывать дверь. Просто лежала и слушала.
Он стоял за дверью минут десять. Просто стоял. Я слышала его дыхание.
Потом ушёл.
На следующий день я позвонила отцу.
— Пап, а дядя Миша... он всегда был таким странным?
— В каком смысле?
— Ну... он ночью ходит, стоит у дверей. Смотрит.
Отец замолчал.
— Пап?
— Наташа, — голос стал серьёзным, — а ты не знала?
— Что не знала?
— У Миши были... проблемы. Психологические. Он лежал в больнице. Лет десять назад.
Меня затошнило.
— Какие проблемы?
— Не помню точно. Что-то связанное с... навязчивыми состояниями. Он за соседкой следил. Она заявление написала, его на лечение отправили.
— Папа! Почему ты мне не сказал?!
— Я думал, это в прошлом! Он же нормальный был последние годы!
— Нормальный?! Он по ночам у моей спальни стоит!
— Наташ, успокойся. Я с ним поговорю.
— Нет! Я хочу, чтобы он съехал! Сейчас же!
— Но ему некуда...
— Мне всё равно! Ищи ему место сам! Я не могу так жить!
***
Вечером отец приехал. Разговаривал с Михаилом за закрытой дверью. Я слышала обрывки:
— ...ты обещал... нельзя так... людей пугаешь...
Потом дядя Миша вышел. Посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
— Я не хотел тебя пугать, Наташа. Просто... мне одиноко. Я просто хотел быть рядом с людьми.
— Рядом — это не значит стоять ночами у спальни!
— Я знаю. Извини.
Он собрал вещи и уехал с отцом. Я осталась стоять в коридоре, дрожа.