План, который Люба выстроила вместе с Леной, работал безупречно. Люба стала не просто идеальным сотрудником, а своего рода продолжением мысли Кирилла Олеговича. Он собирался запросить данные по старому проекту, а Люба уже раскрывала перед ним папку с аккуратно подшитой историей переписки и выводов. Он ещё не успевал понять, что ему нужно кофе покрепче, а на его столе уже стояла дымящаяся чашка именно того сорта, который он предпочитал.
Предыдущая глава:
https://dzen.ru/a/aN1fI4CLYA4XUL1X
- Благодарю вас, Любовь Сергеевна, - кивал начальник. – Но кофе мне приносит секретарь, а у вас другие функции, более важные и ответственные. Вы не должны тратить своё рабочее время на подобную ерунду.
- Ну что вы, Кирилл Олегович, - улыбалась Люба. – Мне совершенно несложно сделать вам кофе, порой глаз замыливается на всех этих бесконечных цифрах и просто необходимо сделать перерыв. Вот в этот вынужденный перерыв я и делаю для вас кофе.
- Спасибо ещё раз… и за кофе, и за вашу работу. Вы знаете, я собираюсь повысить вам зарплату. Да, это будет справедливо – вы работаете гораздо эффективнее остальных сотрудников. Я бы с удовольствием рассмотрел вопрос о вашем повышении в должности, но, увы, вы же знаете наши корпоративные правила: чтобы пойти на повышение, нужно отработать не менее года. Если я нарушу это правило, боюсь, моё решение будет неверно истолковано другими сотрудниками.
- Да-да, я прекрасно понимаю, Кирилл Олегович, - кивала Люба. – Я не рвусь прямо сейчас на более высокую должность, я готова ждать.
- Не сомневаюсь, что когда-нибудь вы займёте моё место, - сказал начальник и уткнулся в бумаги.
«Я не хочу занимать ТВОЁ место, я хочу занять место РЯДОМ с тобой», - подумала Люба, пристально глядя на Кирилла Олеговича, ожидая встретиться с ним взглядом, но он так и не оторвался от своих бумаг.
- Я пойду, Кирилл Олегович, - тихо произнесла Люба после непродолжительного молчания.
- Да-да, конечно, идите, Любовь Сергеевна…
«Чёрствое бревно! – бесилась Люба, выскочив из его кабинета. – Перед тобой стоит красивая женщина, а ты – ноль эмоций! Говоришь только про «работу, функции, эффективность»… Ты можешь думать о чём-нибудь другом? Ну же, посмотри на меня, наконец!»
Порой Любе казалось, что всё напрасно, но опускать руки она не собиралась. Она с удвоенной энергией продолжала доказывать свою незаменимость – и эта новая роль поглотила её целиком.
Дни сливались в череду рабочих задач, вечера уходили на подготовку к следующему дню. Звонки от Андрюши она принимала на бегу, отмахиваясь стандартными фразами: «Я на работе, сынок, перезвоню позже», «Слушаю тебя, Андрюша… только недолго, через десять минут у меня совещание». «Позже» никогда не наступало.
На день рождения к сыну, который Павел устроил в детском кафе, Люба заглянула буквально на полчаса, подарила велосипед и умчалась, сказав, что у неё неотложные дела.
Когда Павел, обеспокоенный тем, что сын неделями не видит мать, предложил привезти Андрюшу к ней в офис на обед, Люба пришла в ужас.
- Абсолютно исключено! – отрезала она в трубку. – У нас здесь не детский сад, а серьёзное финансовое учреждение. К тому же, мой начальник, Кирилл Олегович, ненавидит любые проявления частной жизни в стенах офиса.
Однажды вечером, засидевшись допоздна над сложным отчётом, она услышала шаги в коридоре. Дверь распахнулась, на пороге стоял Кирилл Олегович.
- Я увидел, что в кабинете горит свет, - сказал он. – Вы сегодня очень задержались, Любовь Сергеевна. Уже десятый час.
- Завершаю отчёт по квартальной аналитике, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и устало, но не измождённо. – Хотела разобраться до конца, чтобы завтра у вас уже было готовое решение.
Он кивнул, его взгляд скользнул по её лицу. Впервые за долгое время ей показалось, что он смотрит на неё не как на функцию, а как на человека.
- Вы слишком много работаете, Любовь Сергеевна. Так нельзя. Вам нужно взять паузу. Я готов предоставить вам несколько отгулов за переработку. Проведите свободное время с сыном. Полагаю, что вам не удаётся уделять ему достаточно внимания.
Сердце Любы ёкнуло. Это был шанс. Первый проблеск интереса к её персоне.
- Да, из-за работы я почти не вижу родного сына, – с нотками трагизма в голосе ответила она, заранее отрепетировав эту фразу. – Сын подрастает, недавно ему десять лет исполнилось, но, увы, его взросление проходит мимо меня… Но, поймите, я так много работаю исключительно ради сына, я хочу, чтобы он ни в чём не нуждался. Мой бывший муж не в состоянии полностью обеспечить Андрюшу.
Люба ждала ответа, надеясь на продолжение разговора, на вопросы о сыне, о её жизни. Но Кирилл Олегович лишь коротко кивнул.
- Завтра и послезавтра можете не выходить на работу… Отдыхайте, Любовь Сергеевна. Желаю хорошо провести время с сыном…
И он ушёл, оставив её в гулкой тишине офиса.
«А кто же эти два дня будет варить вам кофе и приносить отчёты?» - едва не крикнула Люба. Победа снова оказалась призрачной. Начальник ценил её труд, но продолжал упорно не замечать её, как личность, как женщину.
Тем временем, жизнь Андрея шла своим чередом без её участия. Павел, видя, что бывшая жена полностью погрузилась в свои дела, перестал настаивать и звонить. Он взял на себя все родительские обязанности. В одну из суббот, когда Люба в очередной раз отменила их встречу под предлогом срочной занятости, Павел повёз сына в аквапарк. Андрей, сидя в автобусе, позвонил матери с личного телефона, который Павел подарил ему на день рождения.
- Мама, мы с папой едем в аквапарк! Помнишь, как ты возила меня туда? Помнишь, как нам с тобой было весело? Мамочка, приезжай туда. Я очень по тебе скучаю и хочу, чтобы ты приехала!
Голос сына звучал так восторженно и полным надежды, что у Любы на мгновение сжалось сердце.
- Милый, я не могу, – ответила она, находясь в это время в кафе и ожидая встречи с Леной.
- Но почему, мама? Ты опять работаешь? Сегодня же суббота!
– У мамы очень важное дело…
- Мама, я хочу, чтобы ты видела, как я буду спускаться с горок в аквапарке!
- Андрюша, ты попроси папу снять видео в аквапарке. А потом это видео перешли мне, хорошо?
В трубке воцарилась тишина.
- Хорошо, – тихо ответил Андрей и сбросил вызов.
Отчётливо услышав короткие гудки в трубке, Люба почувствовала острое жжение стыда. Но тут же отогнала эту слабость. «Всё это ради него, ради его будущего», — мысленно повторила она коронную мантру, глядя на своё отражение в тёмном экране телефона.
В кафе появилась Лена. Подруга, взглянув на не самое радостное выражение лица Любы, покачала головой:
— Что с тобой? Ты выглядишь так, будто не отчёты сводила, а целый вагон угля разгрузила.
— Андрюша звонил. Зовёт в аквапарк, — с трудом выдавила Люба.
— Ну, и съездила бы туда, развеялась.
- Как ты не понимаешь, Лена? Там будет Паша! Я вовсе не хочу с ним встречаться, тем более в таком месте, как аквапарк. Со стороны мы будем выглядеть, как семья, но мы уже давным-давно не семья.
- Ну, а с твоим боссом что? Подвижки есть? Думаю, неспроста он тебе целых два отгула пожаловал!
— Похоже, он дал мне эти выходные не потому, что пожалел, а чтобы отвязаться, - вспыхнула Люба. – Это не интерес, это — вежливое отстранение. Если я сейчас исчезну, он просто вздохнёт с облегчением и забудет о моем существовании до понедельника. А в понедельник я снова буду для него идеальным и безликим сотрудником.
Лена покачала головой, но спорить не стала. Их «план» был для неё увлекательной игрой, а для Любы — битвой за счастье и безбедную жизнь.
В понедельник, после четырёх дней отдыха, Люба вернулась в офис, сияющая и отдохнувшая, хотя всё воскресенье провела, лихорадочно готовясь к новой неделе. Она принесла Кириллу Олеговичу кофе и стопку свежих отчётов.
— Хорошо отдохнули, Любовь Сергеевна? — вежливо поинтересовался он, не отрываясь от монитора.
— О, просто замечательно! Сынуля был безмерно счастлив, — со слащавой улыбкой соврала она.
- Это замечательно, что вам удалось порадовать своего сына, - ответил начальник и погрузился с головой в отчёты.
В отчаянии Люба решилась на безумный шаг. В пятницу, ближе к концу дня, она зашла в кабинет Кирилла Олеговича с папкой в руках и самой обаятельной улыбкой.
— Кирилл Олегович, я хотела бы пригласить вас на ужин. В знак благодарности за ваше доверие и… за вашу заботу.
Он поднял на неё удивлённый взгляд. В его глазах она прочла не интерес, а лёгкую растерянность и даже раздражение.
— Любовь Сергеевна, я ценю вашу преданность делу. Но я строго придерживаюсь правила не смешивать профессиональные и личные отношения. Это неэтично по отношению к другим сотрудникам. Надеюсь, вы меня понимаете.
В этот момент её телефон завибрировал. На экране загорелась фотография Андрюши. Она смахнула вызов, не глядя.
И тут случилось то, чего она никак не ожидала. Кирилл Олегович нахмурился.
— Любовь Сергеевна, если я не ошибаюсь, это звонил ваш сын?
— Да, но это ничего срочного, я ему позже перезвоню, — заспешила она.
— Вы только что отклонили звонок собственного ребёнка, чтобы продолжить этот абсолютно неуместный разговор со мной? — его голос стал холодным и острым, как лезвие. — Я ценю ответственных сотрудников, но при этом я категорически против, когда ради карьеры люди готовы переступить через самое главное – своих детей. Мне кажется, вам стоит пересмотреть свои приоритеты.
- Значит, у вас детей нет, раз вы каждый день допоздна задерживаетесь на работе? - сделала вывод Люба и тут же спохватилась, увидев, как изменился в лице начальник. – Ой, простите, я глупость сказала… - закрыла она лицо рукой.
- Идите, Любовь Сергеевна и… поменьше болтайте, - резко ответил он.
Он взял со стола следующий отчёт и погрузился в чтение, ясно дав понять, что разговор окончен.
Люба вышла из кабинета, не чувствуя под ногами земли. Её план, такой безупречный, дал фатальную трещину. Она пыталась стать идеальным сотрудником и тенью начальника, а он в итоге увидел в ней бездушного карьериста и плохую мать. Она пыталась завоевать его внимание, а оттолкнула его окончательно.
«Похоже, я окончательно проиграла» - подумала Люба, идя по коридору.
На следующий день, когда она принесла Кириллу Олеговичу вместе с отчётами кофе, он отодвинул бокал от себя подальше и, не глядя на Любу, сказал приказным тоном:
- Благодарю, Любовь Сергеевна, ещё раз за вашу заботу, но, если я захочу кофе, я обращусь к своему секретарю. Надеюсь, вы меня хорошо поняли? – он взглянул на неё холодным, отстранённым взглядом.
- Да, я поняла, Кирилл Олегович, я больше не стану приносить вам кофе…