Алла Борисова
— Без веры в Бога жить нельзя. Как тогда... С ума же сойдёшь от этой жизни...
Не особо смотрю передачу — мысли витают неизвестно где и не сосредоточиться, но эту фразу слух выловил и откликнулось злобненько:
«Можно! Ещё как можно».
Вот только и с ума сойти — это запросто. Чёрт его знает, во что я там верю, но уж точно не в того, что за нами с небес наблюдает и всё по воле его...
Ну их, эти передачи, хотя иногда Ткачёв по делу говорит.
Я ещё витала в облаках, и звонок в дверь прозвучал призрачно, будто сплетаясь с голосами с экрана. Ан, нет — ещё два раза звякнуло. Кто бы это в такое время?
На ходу сообразила — соседка снизу. Вот вы бы ей про «с ума сойти», а ещё и таким же, как она.
Слепая бабушка, когда-то была и сильная, и зрячая. Детей, внуков вырастила, а теперь они к ней раз в три дня приезжают. Каково одной-то? Но ничего, улыбается. На ощупь до моей квартиры, как всегда, добралась. Я уж и телефон достала детишкам звонить, а оказалось, ей яблок надо. Конечно, ей самой не позвонить... и не могу ли я...
Я всё могу, только что звонить — никто из её родни сейчас не примчится. Вот досада какая, и мне переться за яблоками влом. Влом — не влом, а что тут поделаешь.
На улице пары выпустила. Ох, эти верующие!... Верь, и всё будет! Ага. Если бы всё так просто. Человеками надо быть, тогда всё и станет нормальным. Или что, Татьяне Васильне молиться надо, дабы детки её к себе взяли или внуки рядом жили? Она и не просит. Знает, что без толку — проходили.
В овощном ларьке темновато, пустовато. Продавщица, азиатская красотка, скучает, товар подразобран, и где тут яблоки искать, непонятно.
Спрашиваю вежливо. Кивает на полупустые ящики на нижней полке.
— А получше нету? Помятые какие-то, мелкие.
Молчит, словно не слышит, или надоело всё до смерти. А мне тоже надоело. И она, и продукты, что впаривают полугнилыми по таким ценам, что мама не горюй. Но без яблок никак — ждёт человек.
Паренёк выскочил из чуть приоткрытой дверцы, прям под мою горячую руку. Нет, я его и пальцем не тронула, но высказалась от души. И про то, что коль приехали — язык учите, а ещё торгуйте по совести, чай, в чужом монастыре. Хотите своими стать, так будьте любезны...
Ой, чего я там только не наговорила. За три минуты всё то, что годами копилось, глядя на растущее заселение восточными лицами, или как их там по национальностям.
— Все люди братья?! Так вот, милый, что я тебе скажу. Лично я так не считаю. А после покупок в таких ларьках, как ваш, и...
А он мне яблоки протягивает. Хорошие, крупные, и сам улыбается.
Волшебник, что ли? Или я в ящике плохо смотрела?
Заткнулась, но ещё киплю молча, про себя, — сразу было нельзя? Девка та статуей так и сидела, пока я шла к выходу, а этот, вроде, и нормальный, или ненормальный, — улыбался. Спиной чувствовала какую-то приветливость и доброту.
Выкатилась с яблоками в пакете и пошла, остывая, подставив лицо ветру навстречу.
Укатала нас всех жизнь за последние десятки лет. Может, и им не так уж и здорово здесь живётся. Или не все из них одинаковые. Больно много всего сейчас изменилось, запуталось, переплелось. И толку орать, если даже не знаешь, что делать, чтобы жизнь стала нормальной у всех нас.
Иду и думаю: все люди братья и планета одна, и город вечерний на редкость красив. Звёзды не видны, а луна такая выкатилась, что я опешила. Пока шла и брюзжала, её не замечала — некогда было. То не я к ларьку разбежалась — вулкан рвался, начать плеваться лавой раскалённой.
Смыло всё посторонней, незнакомой милой улыбкой. Разгневанное, наболевшее растворилось, а лунная прохлада примирила со всем, что было под её властью нынче.
Поднялась пешком на пятый этаж, позвонила, сунула в руки яблоки, обняла и молча побежала к себе.
Дома рыжая морда выскочила, хвост трубой, и кругом так светло — забыла свет выключить. Вот растяпа.
Лучше в людей верить, а не в каких-то там свыше. Есть — хорошо, а нет — сами справимся. Да и родственники Татьяны Васильны может и не злыдни бессердечные. Не рассказывала подробности: как и почему — не за чем. Да и соседи есть, в конце концов — тоже не просто так однажды съехались в одном доме.
Луна заглянула в окошко.
— Всё нормально. Уже угомонилась, плыви остальных успокаивать.
И на пятый загляни обязательно. Если что, зови, — я улыбнулась и пошла чистить себе апельсин с яблочным запахом и вкусом.
Картинка из интернета
Алла Борисова. Из студенческих воспоминаний: