Когда Платон с дядей Максом и с Юлей забрали Нину Григорьевну и Лёву из монастыря, то первым делом они повезли Лёву к Эсфири Марковне.
Пожилая учительница уже стала переживать, что Лёва такой впечатлительный, и не хочет домой возвращаться. Именно поэтому Эсфирь Марковна расстаралась и приготовила внуку его любимый слоёный пирог с вишней.
Эсфирь Марковна не так давно опять обрела семью - её семьёй стали Злата, Лёва, и Василий. И она, хоть себе не признавалась, но боялась потерять их и опять остаться одна.
Но приехавший домой Лёва сразу бабушку успокоил, он уже справился с магнетизмом жизни в монастыре, которая его так очаровала своей размеренностью, спокойствием и проникновенным неземным хоровым пением. Пока ехали, Лева смотрел в окно машины, и мирская жизнь вновь завладела его воображением. Он ведь ещё совсем мальчишка, не познавший жизнь, рано ему о монастырской обители грезить.
Поэтому Лёва с радостью в квартиру вбежал и так крепко обнял Эсфирь Марковну, что сразу же развеял все её ссомнения,
- Бабушка Эсфирь, там было хорошо, но я так рад, что домой вернулся! Я по тебе очень-очень соскучился, а чем так вкусно пахнет?
- Это твой любимый слоёный пирог, - обрадовалась его объятиям Эсфирь Марковна.
- С вишней, айвой и грецкими орехами? - восхищённо завопил Лёва.
После довольно постной еды и умеренного общения с людьми в нём проснулась жажда ярких впечатлений и аппетит к вкусной еде,
- Бабушка, а курицу ты тоже пожарила?
Как ты догадался? - умильно улыбнулась ему Эсфирь Марковна, - А ещё у твоего друга Пети появился щенок, и Петя ждёт тебя в гости!
- Классно, я поем и к нему побегу, ладно, бабушка моя любимая? - в восторге просиял Лёва, а Эсфирь Марковна снова ощутила себя по прежнему нужной и любимой.
Платон с Максимом, Юлией и её бабушкой тоже попили чай с пирогом и Платон предложил Юле сразу отвезти их домой, не заезжая в дом престарелых.
- А то Нина Григорьевна устала наверное, зачем ей лишний раз в это не очень приятное место возвращаться? Ведь я верно понял, что это тот самый старший брат Юлии - Стас, который задался целью поскорее вашей квартирой завладеть, и насоветовал вам именно этот дом престарелых? И, по моему, он там был с кем-то в сговоре, и не только заговор на смерть так подкосил силы Нины Григорьевны. Но и ещё кто-то из персонала мог не те препараты ей давать специально.
- А что, я не против поехать сразу домой, а ты, бабушка? - обрадовалась Юля.
Но Нина Георгиевна совсем неожиданно с каким-то подозрением на Платона взглянула,
- Скажу честно, я даже не знаю, кому и верить, Юлечка. Мы ведь Платона без году неделя знаем, он нам так эффектно всё преподнёс. Но вот мне сегодня Стас звонил и переживал, что я лечение в доме престарелых прервала и в монастырь уехала. Стас говорит, что это от пребывания в монастыре у меня временное улучшение. Но без постоянной медицинской помощи персонала дома престарелых я могу внезапно умереть.
- Бабушка, ты что, опять ему веришь? - расстроилась Юля.
- Не обижайтесь, вы все тут люди приятные, но я всю жизнь ни в какие заговоры, ни снятия порчи на смерть, ни в молитвы не верила. Меня уже теперь не переделать, да и Юле со мной будет много лишних хлопот. Да и потом странно мне такое пристальное внимание незнакомых людей, вы уж не обессудьте, но лучше отвезите меня обратно в тот дом престарелых, старая я, больная, мне уже мало осталось...
- Бабушка, ну что ты такое говоришь? Тебе же так помогли, а ты... такая неблагодарная! - до слёз расстроилась Юля, но Платон её остановил.
- Юля, не торопи события, дай бабушке самой разобраться, она имеет на это право!
Платон повернулся к Нине Григорьевне, - Я так понял, что это Стас вам когда звонил, всё вот это наговорил?
- Да, он звонил мне, и я подумала, что и правда витала в облаках, а он меня на землю вернул, - согласно кивнула Нина Григорьевна.
- Хорошо, давайте просто всё ещё раз проверим, - согласился с ней Платон, и посмотрел на часы, - Может быть, если я приведу вам доказательства, вы мне тогда поверите больше, чем Стасу?
Лицо бедной Нины Григорьевны выражало растерянность, она уже не молода, и запуталась совсем.
Но Платон предложил Юлии сделать так, как хочет бабушка, чтобы ей больше не думалось, что её все обманывают. А там пусть сама Нина Григорьевна решает.
- Вот смотрите, через восемь минут вам позвонит Стас, и проверит, вернулись ли вы в дом престарелых. Потом он скажет, что к вам зайдет медсестра Арина Романовна, и скажет, что вам назначено очень действенное дорогое лечение, которое поставит вас на ноги. Вы же понимаете, что я с вашим Стасом не знаком? Так что давайте проверим, кто хочет добра, а кто - зла?
Нина Григорьевна удивлённо на Платона взглянула, но... согласилась.
Ровно через восемь минут на её телефон поступил звонок от Стаса. И тот сказал буквально слово в слово всё то, что предвидел Платон.
- Мы ещё в пути, не доехали до дома престарелых, - ответила Стасу Нина Григорьевна, а он попросил её поторопиться.
- Юля, Нина Григорьевна, поехали и доведём дело до конца, чтобы развеять все сомнения, - предложил Максим. Они попрощались с Эсфирь Марковной и Лёвой, за чай и угощение поблагодарили, сели в машину и поехали в тот дом престарелых.
- Только время теряем, - сидя за рулём, тихо возмущался Максим.
- Нормально, дядя Макс, зато до конца разберемся, чтобы никто не сомневался, - и Платон Юле улыбнулся, ведь именно ей в первую очередь Платон хотел показать свою честность, правоту, да и свой дар ясновидца, что уж тут скрывать.
Ведь когда девушка нравится, хочется своими способностями поразить её воображение...
Им повезло, до дома престарелых они доехали без пробок.
Нину Григорьевну проводили в её комнату и сказали, что завтра будет обычный режим и традиционные процедуры.
Но вскоре к её комнате подошла медсестра, она огляделась, словно боялась, что её заметят, и вошла в комнату к Нине Григорьевне.
А через пару минут туда вошли Платон, Юлия и главный врач дома престарелых, которого Платон предупредил.
Арина Романовна уже ставила пожилой женщине капельницу, и говорила, что это лечение ей прописали сразу по возвращении.
- Вы что тут самовольничаете? - громогласно возмутился главврач, и у Арины Романовны чуть не выпал из рук флакон с лекарственным раствором, который она собиралась вводить Нине Григорьевне...
Вызванная полиция задержала новую медсестру, которая устроилась в дом престарелых лишь два дня назад. И Арина Романовна тут же призналась, что это Стас за хорошее вознаграждение предложил ей ввести Нине Григорьевне в капельницу лекарство, от которого она через день умрёт. Но которое никто не обнаружит в её организме и Арину Романовну никто не заподозрит.
Женщину тут же задержали, а потом взяли и Стаса, предъявив ему обвинение в покушении на жизнь человека...
Зато теперь Нина Григорьевна больше не сомневалась ни в чём, что ей советовал Платон.
- Простите меня, старую, что не не верила ни в людей, ни в то, что всякое бывает, даже то, чего не видал никогда, быть может. А теперь поверила, ведь сама своими ушами слышала, как Платон всё наперёд предвидел и спас меня, - даже прослезилась Нина Григорьевна.
Платон был доволен, что смог её убедить не на словах, а на деле. Да ещё и нехороших людей к ответственности привлекли, и они теперь уже никому не смогут навредить!
Юлия и Нина Григорьевна теперь уже с удовольствием домой вернулись. Тем более, что Платон для бОльшей убедительности пообещал Нине Григорьевне, что она в полном порядке. И ещё и на свадьбе у своей внучки погуляет, да и правнуков понянчит.
Это предсказание вдохновило Нину Григорьевну, ведь теперь она уже ни капли не сомневалась ни в порядочности намерений Платона, ни в его даре ясновидения...
Платон договорился с Юлей, что они с бабушкой немного дома отдохнут, а потом он их к себе в деревню на каникулы приглашает, ведь отдых в их чудесной деревне пойдёт им на пользу дополнительно.
Но Юля по его глазам конечно поняла, что Платон не просто так о ней и её бабушке заботится. И вся зарделась, понимая, что слова про свадьбу и правнуков Платон говорил тоже не спроста, а про них.
Они конечно ещё слишком молоды, но Платон ей очень нравился, и по её глазам он это тоже понял.
Хотя Платон и так уже понял, что Юлечка - его судьба.
Что ж поделаешь, это был минус ясновидца, но о себе он уже знал больше, чем ему хотелось бы...
Вернувшись с дядей Максом наконец-то в его квартиру, где он жил во время учёбы, Платон мысленно вернулся к будущей поездке отца и Максима.
Его многое смущало в этой поездке. А уезжая из монастыря и взглянув на Илью, который взялся быть в этой поездке проводником отца и дяди Макса, Платон вдруг понял, что этот Илья - не жилец.
Он понял это так же, как его прабабка Нюра задолго, заблаговременно видела тех, кого ей обмывать придётся вскоре. И это пугало Платона, ведь значит эта поездка таит в себе опасность и для дяди Макса, и для его отца, а этого нельзя допустить...