Белая вспышка озарила всё кругом, и Грин-де-Вальд рухнул на землю, ощущая, как из лёгких вышибло воздух. Он едва ощущал, как кто-то заводит его руки назад, а запястья сковывают. Он старался задержать взгляд на Альбусе. В синих глазах последнего мелькнуло сострадание и жалость. Хуже пощёчины.
Его привели во временную камеру - останется здесь перед судом. Суд. Словно был шанс, что он сможет выиграть дело. Но правила есть правила. Решётка закрылась, и мракоборец с щетиной плюнул себе под ноги.
— Не утруждайтесь, мой друг, - Грин-де-Вальду удалось улыбнутся. И право, это был его самый настоящий талант! — Вы видите зло во мне, а должны боятся тех тварей, что не обладают магией.
— Я вижу лишь ничтожество, что истребило кучу невинных жизней.
— Увы, - и мужчина откинулся на стену.
***
Добрая часть присутствующих на суде громыхало, точно озлобленное стадо быков при раскате грома. Вой заполнял купольное помещение.
— Мразь!
— Подонок!
— Мой брат погиб из-за тебя!
— Моя жена магл!
— То здание, что ты разрушил, там же были дети!
Грин-де-Вальд сидел прикованным к металлическому креслу с высокой спинкой, издалека чем-то напоминающий трон. Ему было всё равно, что думают эти люди. Признаться, внутри он даже испытал скуку. Но ему не нравилось, когда на него кричат. А потому направил свой взгляд на первый ряд, сосредоточившись на слабом креплении трибуны.
— Вы признаёте свою вину о содеянном?
— М, подробнее, пожалуйста, - проговорил он, не отрывая глаз от цели. Ещё чуть-чуть. - Кажется, список не полный.
И именно в этот момент раздался треск древесины. Две женщины в чёрных мантиях с криком рухнули вперед.
***
— Ужасно! - вздохнула Гермиона.
— Ты сделал это без палочки? - воскликнул Том. В его глазах сквозило недоверие, но лишь на мгновение всё же восхищенно блеснули.
— Да, - Грин де-Вальд довольно улыбнулся. — Мы и есть источник магии. Палочка… лишь инструмент. Но признаюсь, это отнимает много сил.
— С мисс Грейнджер происходило подобное, - Том посмотрел на девушку, и та печально кивнула.
— Расскажите!
— Тогда я испытывала сильную боль и ярость. Мне казалось, что даже моя кровь кипит. Вода в кране, лампочки, предметы… Я не могла контролировать это. Некоторые практики успокоили меня.
— Вам было страшно?
— Да, - Гермиона кивнула.
— Понимаю, - он явно над чем-то задумался.
— Так как ты попал сюда?
***
Его, конечно же, осудили. На следующий день за ним должны были выслать отряд для сопровождения в тюрьму. В этом и заключалась ирония. Сидя в темноте, где тусклым лучом свет исходил лишь из конца коридора, Грин-де-Вальд испытывал навалившуюся тоску. Все его труды и старания рухнули. Плакать не хотелось, пусть от ярости и наворачивались слёзы. И чем сильнее ты становишься, тем больнее признать, что есть кто-то сильнее тебя. Альбус… паршивый ублюдок, сострадавший ему. Ему не хватило силы забрать себе величие. Он мог бы править, но выбрал роль учителя. И его рука сразила его, Грин-де-Вальда, даже несмотря на то, что он получил ту самую палочку. Теперь она у него, и его крючковатый нос свисает к ней, любуясь.
Именно тогда он услышал шаги. Тихие. Они были различимы лишь потому что других звуков не было. Всё его тело напряглось. Шаги прекратились, и у решётки возникла едва заметная фигура. Во рту пересохло. Мужчина ощутил холод, словно к нему подплыл дементор. Но это был не он, пусть фигура также была скрыта за чёрным балахоном. А затем что-то проснулось сквозь решётки и рухнуло на каменный пол. Книга? Геллерт не решался коснуться её: признаться, он застыл как статуя, в ожидании.
— Я решил, что это будет забавно, - раздался насмешливый голос, но смешно не было от слова совсем. — Внутри лежат спички. Надеюсь, ты быстро читаешь.
И фигуры исчезла так же тихо, как и появилась.
***
— Эта книга ещё у вас? - голос Гермионы напрягся и немного сел.
— Да, конечно, - Геллерт притянул к себе ветхую книжку.
Им не нужно было её открывать, чтобы узнать. Том и Гермиона переглянулись.
***
Пламя от спичек обжигало пальцы, но глаза быстро бегали по строчкам. Да, он понимал, что от него просят. Но нужно зеркало. Зеркало… Потухшая спичка выскользнула их пальцев, и мужчина уставился перед собой в темноту. Ему таковое здесь не достать. Но можно исхитриться.
У него был кувшин с водой, который он почти не тронул. Закрыв глаза и сосредоточившись, он также медленно приоткрыл их, и вылил воду на пол. Та не стала впитываться - она застыла точно озеро. Геллерт ощущал, как много сил у него уходит. Голова начинала идти кругом. Нащупав спички, он зажёг одну и уставился на своё отражение, где часть лица скрывала тень. Задержав дыхание, он окунул своё лицо.
***
— Гениальное всегда просто, - усмехнулся Том.
— А мы проникли в Хогвартс, чтобы воспользоваться волшебным зеркалом, - девушка ощутила, как смех, смешанный с неловкостью, подкрадывается к горлу.
— Вы поступили верно, - Геллерт тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам. - Такой переход сильно меня пошатнул.
***
Он выкашлял воду и перевернулся на спину. В ушах не прекращался писк, но даже сквозь это до него доносились голоса. Кто-то подбежал к нему, вдалеке звали на помощь.
— Где я? - просипел он, а затем над ним возникло лицо женщины. Тогда он и отключился.
Темнота. Тишина. Никаких чувств, никаких ощущений. А затем прорывается боль, сначала слабая, но быстро нарастающая. Грудная клетка горела ровно как и горло. Мыслей он своих не слышал - что-то в черепной коробке дико кричало. И этот пикающий звук… откуда он?
— Он очнулся! - раздался голос. — Доктора Бишепа в палату 34-д!
Веки, казалось, были налиты свинцом, но Геллерт всё же смог приоткрыть их. Свет ударил в глаза, и поморщившись, он отвернулся.
— Не волнуйтесь, - над ним вновь появилось лицо той же женщины. Её бронзовые кудри были аккуратно убраны под белую повязку. Лишь одна выбилась и спадала на лоб. — Уже всё хорошо.
— Я… я видел вас… - говорить было больно. От слов горло воспламенилось ещё сильнее.
— Да, - она улыбнулась. На щеках ее появились ямочки.
— Помфри, вижу ,спасённый вами очнулся, - голос доктора раздался откуда-то сбоку, а затем показалось и его лицо с высокими скулами и седеющей бородой. — Здравствуйте, - его запястье взяли для измерения пульса. — Как самочувствие?
— Ужасно, - процедил он, пытаясь найти глазами Помфри, но та уже скрылась.
— Само собой, вы ведь чуть не утонули. Перелом рёбер, сотрясение…
— Так дайте же мне какое-нибудь зелье чтобы избавить от агонии! - холодный стетоскоп уже коснулся его груди.
— Хорошо, что чувство юмора осталось при вас. Оно вам поможет, пока вы будете выздоравливать. А теперь вдох… Выдох.
— Нет зелья? - в хриплом голосе послышалась неподдельная растерянность.
— Такое еще не изобрели, но как будет готово, я сообщу вам первым. Отлично, хрипы в лёгких прошли. Значит, антибиотик начал действовать.
— Что… я… - наконец-то пазл сложился в его голове. — Я в больнице маглов? - Геллерт попыталась встать, но капельница больно вонзилась в вену.
— Тш! Сестра! Успокоительное в палату…
— Отстаньте! Не смейте трогать меня!
Помфри уже вбежала с металлическим подносом. Крепкие руки доктора прижали его тело к больничной койке, не давая вырваться. Мягкие руки медсестры уже ставили укол. Геллерт бы издал вопль ярости, но всё утонуло в новом отоке темноты и покое.
Очнулся он глубокой ночью. Во рту совсем пересохло. Губы спеклись точно на солнце.
— Воды…
— Минуту, - раздался из темноты голос, и к его рту приставили стакан.
Напившись, Геллерт с удивлением разглядывал молодую женщину.
— Почему вы здесь?
— Это моя работа, - робко заметила она, присев на стул около кровати. — К тому же, я чувствую за вас ответственность. Знала, что вы вот-вот должны проснуться.
— Так значит это вы меня спасли?
— Ну, - она пожала плечами. — Оказала первую помощь. Сделала искусственное дыхание. В целом, да, можно и так сказать.
— Невероятно…
— Да нет, бывают вещи гораздо более странные.
***
— Это уж точно! - Гермиона больше не могла сидеть, и встала, начав ходить по комнате. — Мадам Помфри! Ох! - она остановилась. — Она… она волшебница?
Лицо Геллерта превратилось в маску боли и горечи.
***
Так и завязался их роман. Она была легка, задорна. А руки её легко угадывали боль. Он знал, что где-то под этой магловской шкурой прячется чародейка с явным даром целительницы. Иначе никак. Первые недели после выписки, он наслаждался ее обществом, забыв на какое-то время обо всём другом.
Как выяснилось, в этом мире он когда-то был банкиром, что был пойман после проведения очередных махинаций. Отсидев несколько лет и потеряв хорошую квартиру, он смог приобрести на оставшиеся копейки небольшую квартиру в неблагоприятном районе, где сейчас и осел. Не он, уж сам бы в этом месте Геллерт бы не поселился. Но как выяснилось, это было даже удачно.
Теперь он работал на полставки техником в кинотеатре. Но оттуда его выперли, так как та работа не предполагала долгого больничного.
— Нужно теперь тебе найти работу, - промурлыкала Помфри одним вечером, когда он остался у неё. Они лежали в постели после любовного акта. Из пальцы переплелись. Женщина подняла их руки, и разглядывала, точно видела там нити. — Я смотрела твои документы. Прошло достаточно времени. А на прошлой работе у тебя не было инцидентов. Можно пройти курсы и стать библиотекарем. Там вечная нехватка людей из-за низкой зарплаты.
— Не думаю, что мне это интересно.
— Тогда что-то другое.
— Ты не поняла, Поппи. Я не хочу на вашу… на обычную работу.
Она высвободила пальцы и села. Одеяло чуть сползло, едва не оголив пышную грудь, но Поппи тут же его поправила.
— Что ты имеешь ввиду? - её серые глаза, которые порой казались мерцающими камнями, холодно взглянули на него.
— То что, - Геллерт тоже сел. — Такие как мы с тобой должны идти к более высоким целям.
— Я помогаю лечить людей… - с легким подозрением возразила Помфри.
— И делаешь это прекрасно! Но не чувствуешь ли ты, что могла бы больше?
Повисла тишина. Женщина внимательно и долго смотрела на него.
— Вот оно что, - медленно проговорила она. — Вот как ты потерял всё.
Резко встав и оказавшись ненадолго обнажённой, Поппи накинула халат и заколола кудри.
— Нет, не так, - но его ответ прозвучал жалко.
— Лучше тебе сегодня уйти.
***
— И вы ушли? - Гермиона вновь села в кресло. Даже Луи, тихо сидевший в углу, озадачено смотрел на него.
— Да, - Геллерт качнул головой. — Какое-то время мы не общались. Я наконец-то погрузился в более детальное изучение мира. Стал выискивать в СМИ разные случаи. И вот, спустя месяц или около того, она пришла сама.
***
Стук в дверь оторвал его от чтения. Рука машинально дернулась к палочке, которой не было. Тихо выругавшись, мужчина открыл дверь и увидел Поппи. Стоя в плаще, который промок от дождя, она смотрела на него слезящимися глазами.
— Геллерт! - воскликнула она, и больше не сдерживаясь, разрыдалась в голос.
— Заходи, - он впустил ее, и взял за плечи, заглянул в лицо. — Что случилось?
— Много чего… Мне так страшно!
***
— Случилось это через несколько дней после нашей ссоры, - теперь уже сам Грин-де-Вальд не мог усидеть, и принялся ходить взад-вперед. - Поппи рассказала, что была совсем не своя. Призналась, что влюбилась в меня, а потому не совсем могла контролировать эмоции в те дни. А тут ещё и бывший муж, некий Аргус Филч, явился к ней. Обзывал дрянью, испинал дверь под алкоголем. Полный неудачник, завидовавший её талантам и работе. Это окончательно выбило её. У неё случилась истерика и все лампочки в больничном коридоре лопнули. И вот, на работе привезли мужчину после аварии. Поппи помогала. Его остановилось. И она не смотря на врачебный вердикт, она ринулась делать массаж сердца. И сердце запустилось.
— Магия! Она всё-таки волшебница?
— Да… - его губы скривились. — Ему поставили клиническую смерть, но это казалось чудом. И после работы её подловил один мужчина. Сказал, что есть разговор. Он оказался из этой самой организации, заинтересовался этим случаем. Подвёз её на машине и чётко дал понять, что если подобное повторится, они предпримут меры, — Геллерт поднял лицо к потоку и закрыл глаза. — Она пропала. Исчезла…
Предыдущая часть