Книга II: Огонь над Биляром
Победа в инсценировке с караваном принесла в Биляр не облегчение, а еще большее напряжение. Трехдневное перемирие, купленное этой ложью, истекало.
Эмир Алмуш и его советники собрались в тронном зале. Они ждали двух вестей: ответа от генерала Булана и донесения от разведчиков о побеге Бека Завулона.
Первым прибыл гонец от пограничной стражи. Весть, которую он принес, была подобна удару грома.
— Повелитель! В хазарском лагере раскол! Бек Завулон бежал! Он собрал верные ему полки и ушел на восток, к Саркелу на Дону! Генерал Булан остался командовать основной армией!
В зале воцарилась тишина. Асфан и Юсуф переглянулись. Их игра, их «война шепота», принесла плоды быстрее и страшнее, чем они могли себе представить. Каганат, еще вчера бывший монолитной силой, раскололся надвое.
— Два тигра в одной степи, — прошептал Асфан. — Они начнут грызть друг друга.
— И это наш шанс, — сказал Алмуш. Его глаза горели. Он видел окно возможностей, которое открылось перед ними. — Они увязнут в междоусобице. Это даст нам время. Время укрепить стены, собрать урожай, заключить союзы.
В этот момент в зал ввели второго гонца. Это был хазарский воин, который прибыл под белым флагом. Он передал Алмушу костяную бирку от генерала Булана.
Асфан прочел послание.
— Он предлагает перемирие, — сказал он, и в его голосе было удивление. — Не на три дня. А на два месяца. Он просит гарантий ненападения, пока он будет «решать внутренние проблемы Каганата».
— Он хочет, чтобы мы сидели тихо, пока он будет разбираться с Беком, — понял Алмуш. — Он боится удара в спину.
Это было невероятное предложение. Вчерашний враг, стоявший у их стен, теперь просил их о перемирии.
— Мы должны согласиться! — воскликнул Юсуф. — Это даст нам мирную передышку!
— Нет, — ответил Алмуш, и все посмотрели на него. — Мы не просто согласимся. Мы сделаем новую, еще более высокую ставку. — Он посмотрел на Юсуфа. — Ты снова поедешь к нему. Ты передашь ему, что мы согласны на перемирие. Но у нас есть одно условие. Мы хотим получить торговый доступ к Дону через земли Кабаров. И мы окажем «помощь» его армии. Продовольствием.
Это был гениальный ход. Он не просто соглашался на мир. Он требовал торговых уступок и получал возможность под видом «помощи» легально отправлять свои караваны вглубь хазарских земель, чтобы снабжать армию Айдара и Бурчевичей.
— А что, если он откажется? — спросил Юсуф.
— Он не откажется, — ответил Алмуш. — У него нет выбора. Его армия голодает, а в спину ему дышит Бек. Он примет любую помощь.
Он смотрел на карту, и это была уже не карта обороны. Это была карта великой игры, в которой он, эмир маленького северного царства, начинал двигать фигуры на доске, охватывающей всю Великую Степь.
****
Генерал Булан стоял перед своим военным советом. Его лицо было серым. Новость о побеге Бека расколола лагерь. Командиры полков кричали, обвиняя друг друга в предательстве.
Одни требовали немедленно идти на Саркел и присягнуть на верность Беку. Другие — идти на Итиль и самим захватить власть. Третьи — просто грабить и расходиться по домам. Армия была на грани полного распада.
— Тихо! — рявкнул Булан, и его голос старого воина заставил всех замолчать. — Пока вы здесь спорите, как стая собак над костью, нас окружают волки! С запада — булгары и их союзники-бурчевичи, которые уже идут на Итиль! С востока — безумец Бек, который объявит нас всех предателями и казнит! А с юга — печенеги, которые ждут, чтобы вцепиться нам в глотку!
Он обвел командиров тяжелым взглядом.
— У нас только один путь. Мы идем на восток. Мы должны разбить Бека, пока он не собрал большую армию. Мы должны восстановить порядок. И только потом мы разберемся с булгарами.
Но в этот момент в шатер ввели булгарского посланника Юсуфа. Он принес ответ Алмуша.
Когда Булан прочел его, он долго молчал.
— Он предлагает нам продовольствие, — сказал он своим командирам. — В обмен на перемирие и торговый проход.
— Это ловушка! — крикнул один из генералов.
— Конечно, это ловушка! — ответил Булан. — Он хочет снабжать своих друзей-бурчевичей, пока мы будем драться с Беком. Он хитрый лис, этот Алмуш. Но, — он посмотрел на своих людей, — у нас есть выбор? Наши воины голодают. Нам нужно это зерно. Мы примем его предложение. Мы возьмем его хлеб. А когда разберемся с Беком, мы вернемся и заберем у булгар все остальное. С процентами.
Он принял унизительное, но единственно верное решение. Он заключил перемирие со своим врагом, чтобы пойти войной на своего царя. Великий Каганат трещал по швам
****
Айдар и Батур вели свое войско через земли Кабаров. Старый Казан-бек сдержал слово. Его воины не просто пропускали их, но и делились припасами. Победа в поединке чести оказалась сильнее старых клятв.
Они шли по бескрайней, волнистой равнине, покрытой густой травой и плодородным черноземом. Это была не пустыня. Это была земля, за которую стоило сражаться. Редкие рощицы дубов и берез цеплялись за склоны глубоких оврагов, где журчали чистые ручьи.
— Это и есть сердце степи, — сказал Батур, глядя на эти богатые пастбища. — Тот, кто владеет этой землей, владеет всем.
Их союз, рожденный в бою, креп с каждым днем. Они учились друг у друга. Айдар показывал, как выставлять дозоры и организовывать лагерь. Батур учил его читать степь, как открытую книгу — по полету птиц, по направлению ветра, по следам на траве.
На исходе третьего дня их догнал гонец от Арслан-аги. Он принес две вести, одна другой тревожнее.
Первая — о побеге Бека Завулона и начале гражданской войны.
Вторая — о том, что Булан, чтобы развязать себе руки, заключил перемирие с булгарами.
— Что это значит? — спросил Батур.
— Это значит, что все изменилось, — ответил Айдар. Он смотрел на карту. — Наш план ударить по беззащитному Итилю был хорош, когда вся их армия была на западе. Но теперь Булан поведет свои войска на восток, чтобы драться с Беком. И их путь лежит через Итиль. Мы можем опоздать. Мы можем прийти и обнаружить, что столица уже занята армией Булана.
— Или еще хуже, — добавил старый дипломат Ибрагим. — Они могут объединиться против нас.
Их дерзкий рейд превращался в отчаянную гонку со временем. Им нужно было добраться до столицы и захватить ее прежде, чем туда придет любая из двух хазарских армий.
— Мы не успеем, — сказал Батур, глядя на карту. — До Итиля еще две недели пути. Армия Булана быстрее.
— Армия — да, — ответил Айдар, и в его глазах загорелся знакомый огонек. — Но мы — не армия. Мы — летучий отряд.
Он снова собрал военный совет.
— Мы снова разделяемся, — сказал он. — Батур, ты поведешь основные силы, тысячу воинов, по этому пути. Медленно, не привлекая внимания. А я, — он посмотрел на своих булгарских «призраков» и на сотню лучших всадников Батура, — я возьму двести всадников на самых быстрых конях. Мы пойдем налегке. Без обоза. Мы полетим, как ветер. И мы должны добраться до Итиля за неделю.
— Двести воинов против столицы Каганата? — ахнул Ибрагим. — Это самоубийство!
— Мы не будем штурмовать Итиль, — ответил Айдар. — Мы войдем в него. — Он достал из-за пазухи костяной ключ и копию свитка. — Мы войдем в него из-под земли.