гулящие люди — разряд населения, состоявший из вольных, не приписанных ни к служилым, ни к посадским людей. Это были отпущенные на волю господами слуги, выходцы из плена и вообще не записанные в писцовые и переписные книги. Подобно холопам гулящие люди не несли никаких государственных повинностей и не платили податей. Пользуясь свободой передвижения, они занимались ремеслами, жили работой по найму, за чужим «хребтом», как говорили тогда. В таких случаях их именовали захребетники или подсоседники. Отследить эту группу по документам еще сложнее, чем бобылей. В крестоприводной книге 1645–1646 годов в Верхотурском уезде перечислено около шестисот гулящих людей. В том же документе только одна группа из пяти человек записана как «Невьянсково Богоявленсково монастыря бобылки». Но, возможно, какое‑то количество бобылей «затерялось» среди многочисленных гулящих. В переписи 1666 года в статье «Бобыли и захребетники, которые живут на Верхотурье, а ни в какую службу не верстаны» перечислено шестн
гулящие люди — разряд населения, состоявший из вольных, не приписанных ни к служилым, ни к посадским людей. Это были отпущенные на волю господами слуги, выходцы из плена и вообще не записанные в писцовые и переписные книги. Подобно холопам гулящие люди не несли никаких государственных повинностей и не платили податей. Пользуясь свободой передвижения, они занимались ремеслами, жили работой по найму, за чужим «хребтом», как говорили тогда. В таких случаях их именовали
захребетники или подсоседники. Отследить эту группу по документам еще сложнее, чем бобылей. В крестоприводной книге 1645–1646 годов в Верхотурском уезде перечислено около шестисот гулящих людей. В том же документе только одна группа из пяти человек записана как «Невьянсково Богоявленсково монастыря бобылки». Но, возможно, какое‑то количество бобылей «затерялось» среди многочисленных гулящих. В переписи 1666 года в статье «Бобыли и захребетники, которые живут на Верхотурье, а ни в какую службу не верстаны» перечислено шестнадцать семей. У одиннадцати из них отмечено «а двора нет». В Тагильской слободе записаны двое бобылей и один гулящий. В Ирбитской слободе показан единственный бобыльский двор, причем написан он раньше крестьянских. Это позволяет предположить, что речь здесь идет о промышленном человеке. Переписью 1680 года в Невьянской слободе показано трое захребетников, которые жили «своими дворами, а оброку на них положено вновь». В Арамашевской слободе написан единственный бобыль. В Ирбитской слободе после списка крестьян записаны «бобыли, живут своими дворами, промышляют всякими промыслы. И с нынешнего со 1880 года велено им платить денежной оброк». Таковых было восемь дворов, хозяин одного из которых назван захребетником. В Белослудской слободе двум семьям «велено быть в крестьянах из гулящих людей, а государев оброчной хлеб платить им безо льготы». В Пышминской слободе три двора «захребетники живут своими дворами и пашни на себя пашут… велено им быть во крестьянех». В Аятской слободе захребетников, которым велено быть «во крестьянах», оказалось 46 дворов. Там же показан один двор промышленных людей и три двора промышленных, на которые «вновь наложен оброк». Еще четыре двора захребетников, которые «живут своими дворами, пашен не пашут». Такое неравномерное распределение этих групп по слободам, очевидно, результат разного подхода при проведении переписи. То, что учтены далеко не все, видно из крестоприводной книги 1682 года. Например, в Ирбитской слободе принесли присягу новым царям те же восемь промышленных людей, которые написаны в 1680 году. Но, кроме них, также присягнули «ирбитцкие жилетцкие люди»: восемь человек (с детьми) и четырнадцать человек гулящих. Реформами Петра I эти категории были ликвидированы. Гулящих людей предписывалось: годных забирать в солдаты, а негодные к военной службе были обязаны записываться в подушный оклад за теми помещиками, на землях которых их застала перепись, или за теми, которые соглашались их записать за собою. Бобыли после введения подушной подати в 1718–1724 годах слились с крестьянами. В Нижне-Тагильском заводе в 1725 году присягали императрице Екатерине, кроме штатных работников, многочисленные бобыли156. Но, видимо, здесь уже этот термин имел несколько другое значение.
Фрагмент из главы - 1.4. Категории уральского населения в 17–19 веках (Ю. В. Коновалов) - Школа краеведческой генеалогии: Учебно-методическое пособие для начинающих родоведов. / сост. Е. Ефремова. — Москва ; Екатеринбург : Кабинетный ученый, 2017. — 246 с.
Категории уральского населения в 17–19 веках (Ю.В. Коновалов).