Сражение при Голымине
Накануне кампании 1806 года против Наполеона Александр I создает новые соединения. 4 (16) мая 1806 года образована 7-я пехотная дивизия. Ее-то и возглавил генерал-лейтенант Дохтуров. С ней он и вступил в сражения зимы 1806/1807 годов.
14 (26) декабря 1806 года между русскими и французами произошло два сражения. Более крупное при Пултуске, и масштабом поменьше при Голымине. В статьях, посвященных Дохтурову, иногда можно встретить утверждение: «его дивизия отличается в деле под Голымином». Как мне кажется, это небольшое преувеличение. Но Дохтуров действительно принял несколько решений, повлиявших на ход боя.
В предшествующие сражению дни Наполеон вел наступление широким фронтом, заметно разбросав корпуса. Задачей отступающих русских частей было соединение. Одним из таких отходящих соединений стала 4-я дивизия генерала Д.В. Голицына. У него на плечах висел VII корпус Великой армии под командой маршала Ожеро.
В ночь с 25 на 26 декабря вымотанная дивизия Голицына (9 батальонов и 18 эскадронов) вошла в Голымин. Еще днем 25 декабря местечко занимала 7-я дивизия Дохтурова. Но она отошла по дороге на Маков.
Однако Дохтуров приказал задержаться четырем батареям. И это очень помогло Голицыну, вынужденному бросить свои пушки при отступлении. Кроме того, откликнувшись на просьбу Голицына Дохтуров с марша вернул к Голымину Московский мушкетерский и Московский драгунский полки. Они подошли к Голицыну в разгар боя.
Размещенные на холме в центре позиции пушки дивизии Дохтурова сыграли важную роль в сражении. Скорее всего, именно они спасли отряд Голицына. Французам приходилось учитывать их сокрушительное наличие.
Ожеро попытался обойти центральную батарею с фланга, но нарвался на сильный кавалерийский отпор. Одна из французских дивизий пошла на батарею в лоб, но завязла в грязи и попала под мощный огонь. Понеся большие потери, дивизия откатилась назад.
Пришлось французам ждать свою артиллерию. Но когда та подошла, на землю спускались сумерки. Под прикрытием темноты русские начали отход на Маков. Французы бросились в последнюю атаку. На улицах городка разгорелся рукопашный бой. Русским удалось оторваться. Правда, часть пушек пришлось оставить.
Таким образом, основную тяжесть боя вынес отряд Голицына. Однако без помощи Дохтурова он вряд ли бы устоял.
Сражение при Прейсиш-Эйлау
После вспышки русско-французского противостояния в конце 1806 года наступило небольшое затишье, но в январе 1807 года боевые действия вспыхнули с новой силой. 26 января (7 февраля) обе армии начали сосредотачиваться у прусского городка Прейсиш-Эйлау.
В составе русской армии генерала Беннигсена находились и 4-я с 7-ой дивизии, успешно отошедшие от Голымина. Общий же порядок русской армии был следующим.
При некоторой доле воображения в построении Беннигсена можно увидеть букву «Т». Верхняя «перекладина» обращена фронтом к французам, а «ножка» – это резерв. Фронт от правого фланга к левому составляли дивизии: 5-я Тучкова, 8-я Эссена, 3-я Сакена, 2-я Остермана.
За левым флангом стояла 14-я дивизия, а «ножку» буквы «Т» образовывали уже знакомые нам 4-я и 7-я дивизии. Резервом командовал старший из командиров этих дивизий генерал-лейтенант Дохтуров.
Собственно, ради этого упоминания я и затеял расписывать построение армии. Описать весь ход большого сражения в одном кратком очерке (даже в его половине) невозможно. Да он и так хорошо известен.
Интересующиеся подробностями (если еще не читали) могут прочесть о нем в массе книг. Мне, например, нравится пусть и не строго научное, но красочное описание Александра Морозова – книга «От Пултуска до Прейсиш-Эйлау», откуда я и взял авторские карты-схемы в этот очерк.
Я опять же отмечу участие в сражении Дмитрия Сергеевича Дохтурова. Остального коснусь вскользь.
Утром 27 января (8 февраля) заговорили пушки основной части большого сражения. Бой завязали артиллерия и отряды легкой пехоты. Около 11 часов дня сцепились более серьезные силы на правом русском фланге. Тогда же французы оттеснили выдвинутый впереди нашего левого крыла отряд Багговута.
Далее основной удар по левому русскому флангу должен был нанести корпус Даву. Чтобы облегчить ему задачу, корпус Ожеро получил приказ атаковать русский центр. Дивизии корпуса попали под плотный огонь русских пушек и откатились назад.
Несколько русских полков бросились преследовать отступающих французов и продвинулись далеко вперед, где были контратакованы гвардией Наполеона и французской кавалерией. К 12 часам русская импровизированная атака захлебнулась.
И тут же Наполеон бросает на русский центр кавалерийский корпус Мюрата. Кто-то говорит: чтобы помочь остаткам корпуса Ожеро, кто-то утверждает: чтобы помочь атаке Даву, кто-то: чтобы прикрыть едва не прорванный центр своей армии. Истину знал только сам Наполеон.
Конница французов прошла позиции русской артиллерии, первую линию русской пехоты и достигла второй линии пехоты и русских резервов. Тут-то и пришел черед Дохтурова вступить в бой.
Проскакав мимо линии батальонов второй линии (те уже успели свернуться в каре) французская кавалерия выскочила к холму, на котором стояли полки 4-й и 7-й дивизий в окружении орудий конной артиллерии. Ударившись об эту стену, французы откатились назад.
И вот, пока шло это противостояние, к русскому левому флангу наконец вышел долгожданный корпус Даву – три дивизии. Около часа дня он пошел в атаку.
Левый фланг русских подвергся мощному давлению. Дохтуров принялся высылать сюда подкрепления из состава резерва. Вскоре его возможности оказались исчерпанными. Даву продвигался дальше и дальше. К 15:30 левый фланг едва держался, русской армии грозило серьезное поражение.
И в этот момент Дохтуров был контужен в правую ногу. Поля боя он не покинул, но командование резервами или точнее войсками на этом месте принял Багратион.
Дальнейшее продвижение Даву остановили перебрасываемые с правого фланга части. Главную роль в этом сыграли 36 орудий конной артиллерии. А там подоспели пруссаки из корпуса генерала Лестока. Войска Даву уже были потрепаны да еще получили удар в неприкрытый правый фланг. И отступили.
В наступающей темноте к полю боя подходил французский корпус маршала Нея, но в этот день делать ему уже было нечего. Учитывая эти свежие силы противника, а также находящийся где-то поблизости корпус Бернадота, генерал Беннигсен решил отступить.
Наградой генерал-лейтенанта Дохтурова за сражение при Прейсиш-Эйлау стала украшенная бриллиантами шпага.
Продолжение:
------
Все материалы рубрики "Русские полководцы":