Продолжалась долго и закончилась неожиданно
Война продолжалась бесконечно долго. Мы успели вырасти и стать взрослыми, некоторые уже задумывались о брачных узах или об исполнении долга по защите родины.
Победное окончание длинной войны наступило как-то внезапно. Гуляя 2 мая по улице Горького, мы услышали о взятии Берлина, а под утро 9 мая радио передало радостную весть о полной капитуляции немцев.
Началось все часов в шесть утра, когда первый раз прозвучало сообщение об окончании войны и победе. В нашей много населенной квартире на улице Грановского все забурлило. Соседи высыпали в коридор, многие, полуодетые, собрались у нашей двери, так как возле нее висел репродуктор, по которому повторяли сообщение ТАСС. Радовались все чрезвычайно, женщины-соседки (даже те, кто не особенно дружил) обнимались и целовались в это майское утро, поздравляя друг друга с окончанием войны.
Я с утра созвонился с друзьями - Башканихиным и Родькиным. Мы договорились встретиться и наметить на этот важный день план праздничных мероприятий.
Праздничные мероприятия
Родькин первым делом предложил навестить его дядюшку, Георгия Дмитриевича - "дядю Жоржика", - который жил где-то в районе Верхней Масловки, за метро «Динамо».
Сказано - сделано. Дядя Жоржик, большой любитель выпить, был рад нашему раннему визиту и сразу же вытащил из-за печки двадцатилитровую немецкую канистру с бражкой, которую он, предчувствуя близкую победу, загодя поставил бродить.
Посидев у него и несколько раз приложившись к пойлу, мы, прилично захмелев, отправились в центр Москвы. Народ высыпал на улицу. Пришли на Манежную площадь, где уже было не протолкнуться. При виде любого военного, особенно с орденами-медалями или нашивками за ранения, люди набрасывались на него, подхватывали на руки и начинали качать, подбрасывая вверх.
Видно было, что не всем такое нравилось, но большинство чествуемых с удовольствием принимали такие знаки выражения людской любви и благодарности.
Американцы кричали и смеялись
Американское посольство располагалось в то время на Манежной площади, между зданиями Геологоразведочного института и гостиницы «Националь», в доме с колоннами.
На балконах верхних этажей посольства и у открытых окон толпились американцы и бурно выражали свой восторг. Было видно, что многие из них тоже в состоянии хорошего подпития. Они кричали, смеялись, многие бросали в толпу конфеты, жевательную резинку. Один хорошо набравшийся товарищ в военной форме снял с ноги и выбросил в толпу ботинок, чем вызвал у всех представителей союзных государств новый прилив смеха. "На бис" он выбросил и другой ботинок.
Слегка протрезвев и нагулявшись, мы отправились в Елисеевский магазин, где народ запасался в основном винно-водочной продукцией. Скинувшись, мы купили бутылку «Английской горькой» и отправились к нашим девушкам-подружкам, собравшимся у одной из них на улице Семашко (Большой Кисловский). Там мы еще выпили с девчонками и договорились встретиться вечером для совместного гулянья, а пока отправились к себе, на улицу Станиславского (Леонтьевский переулок), пообщаться с другими приятелями. Пообщались.
Могли бы и посадить за хулиганство
На углу улицы Станиславского и Гнездниковского переулка Родькин встретил какого-то знакомого. Не успели мы с Виктором оглянуться, как он вступил с этим парнем в драку. Причем тот ударил его так, что Юрка свалился и не мог подняться. Мы с Башканихиным бросились на помощь приятелю. Тут набежала еще целая ватага ребят. Мы отбивались, как могли. Родькин мирно лежал на тротуаре. Kто-то вызвал милицию - 83-е отделение было всего в квартале от места «битвы».
Основная масса дерущихся разбежалась. Остались только мы с Башканихиным у лежащего «тела» приятеля. Милиционеры cкaзали: «Ваше счастье, что такой праздник, а то бы посадили за хулиганство». Мы пытались как-то оправдаться, но было велено забрать Юрку и отправляться по домам. Потащили нашего друга к нему домой в Шведский тупик.
Там до полусмерти перепугали его мать Лидию Дмитриевну, Она нас отруraла, но по-матерински пожалела и уложила всех спать. Мы моментально отключились. Это было часов в шесть вечера.
Грустное пробуждение
Проснулись мы в два часа ночи 10 мая, не понимая, где мы и как здесь очутились. Утром выслушaли отповедь от Лидии Дмитриевны и утешение от Андрея Ивановича (Юркиного отца). Девчонки, которые долго нас ждали да так и не дождались, тоже нам высказали свое «фэ».
Вот так безобразно и бездарно я «отпраздновал» первый день Победы. Еще много лет после этого мы, встречаясь, сокрушались по этому поводу, вспоминая свои похождения в тот день и их глупое завершение.
В августе того же 1945 года вновь замаячила военная гроза - СССР объявил войну Японии. Это совпало с. американской бомбардировкой Хиросимы. Сначала показалось: все начинается снова. Но меньше чем через месяц война на Дальнем Востоке закончилась. Этот победный салют мы уже не пропустили. Хотя, конечно, он не казался таким значимым.
Предыдущее: