Да-да, дорогие читатели, в заголовке дата указана верно. В 1674 году в Москве при дворе царя Алексея Михайловича почти полгода провело посольство, направленное королем Швеции Карлом XI. Один из шведских дворян, входивших в свиту послов, Иоганн Филипп Кильбургер написал потом «Краткое известие о русской торговле, как она производилась в 1674 году вывозными и привозными товарами по всей России». И в этом сочинении упоминается и чай.
Вот что писал Кильбургер. «Я еще заметил в Москве несколько вещей, которыми хотя не производится никакой такой большой торговли, однако же, думается, стоит труда, чтобы их вкратце прибавить к этой главе... Чай есть трава, которую русские называют «чаем», и она растет в «Катае», или «Хине». Считают, что она укрепляет силы человека, отвращая припадки, которые могут с ним случиться от дурного воздуха и вообще. Особенно ее употребляют для отвращения опьянения, принимая ее перед питьем или для развеяния хмеля, происходящего от питья, если ее употребляют после опьянения. Индийское употребление этой травки заключается в том, что ее сушат при умеренной теплоте, потом кипятят в воде и при этом кладут для вкуса немного сахару и такой теплой прихлебывают. Японцы же растирают чай в порошок и принимают его тогда в теплой воде, или в их напитке. Для приготовления можно взять половину щепотки травки, воды – сколько зараз хотят выпить, а сахару – по желанию. Но для настоящего лечения берут травки еще раз столько же. И подобно тому, как у жителей восточных стран, этот напиток очень обыкновенен, так и у нас, европейцев, встречается в настоящее время много любителей его. Я купил в Москве фунт за 30 копеек».
Что же, чай в 1674 году для Москвы не был новостью. Еще в 1616 году русских послов у Алтын-хана (правителя государства в Северо-Западной Монголии, которому подчинялись территории современных Тувы, Алтая, Забайкалья, Прибайкалья и частично Бурятии) угощали топленым коровьим молоком с маслом и «неведомо каким листьем» – то есть чаем. В 1650-х и в1660-х годах побывавшие в Китае русские посольства привозили в Москву «траву чай». Англичанин Самуэль Коллинз, который с 1659 по 1666 год занимал должность придворного врача царя Алексея Михайловича, писал об «одном русском, торговавшим с китайцами»: «Он привез из Сибири чай... «Чай» это то, что мы называем the... Местные купцы пьют чай с сахаром, как и мы, и употребляют его, как прекрасное лекарство против болезни легких, против скопления ветров в животе и расстройства желудка. Его привозят в бумажных пакетах с китайскими надписями, и в каждом заключается 1 фунт». «Дохтур Самойла», как Коллинза называли в Москве, использовал чай как лекарство: известно, например, что в декабре 1665 году «трава» чай была отпущена среди прочих лекарственных средств для боярина князя Бориса Александровича Репнина. До эпохи потребления чая как напитка для удовольствия было еще долго.
Свидетельство же Иоганна Филиппа Кильбургера о покупке в Москве фунта чая за 30 копеек весьма интересно. Ведь по данным того же Кильбургера в 1674 году в Москве пуд лучшей соли стоил 20 копеек, пуд свежего сала – 24 копейки, пуд говядины – 28 копеек.