Представь себе такую картину. Включаешь на выходных старую добрую комедию «Иван Васильевич меняет профессию», и вот он, самый смешной момент: царь Иван Грозный в халате, за столом у инженера Тимофеева. На столе вареная колбаска, соленая килька и бутылка беленькой. Иван Васильевич берёт рюмку, пробует и вдруг морщится: «Ключница водку делала?» Ну разве не шикарная сцена? Но ведь за этой фразой — целая история.
Иван Грозный и его любимая анисовая водка
По сюжету, когда Шурик спрашивает царя, пьёт ли он водку, тот отвечает: «Пью. Анисовую». И это не выдумка сценаристов. В XVI веке под словом «водка» имели в виду не то, что мы пьём сегодня. Тогдашние напитки были скорее настойками, мягкими, пряными на травах.
Анисовая водка — это как раз такая штука. Делали её на хлебном вине, настаивали семена аниса, иногда добавляли бадьян или тмин. Получался напиток крепостью 35–38 градусов, но вкус и запах у него были мягче, сладше. Для царя, привыкшего к такому «аперитиву», современная сорокаградусная «Столичная» оказалась настоящим ударом.
Неудивительно, что он скривился. Для его вкусовых рецепторов это не благородный напиток, а суровый самогон.
Что же за водка у Шурика стояла в холодильнике
Леонид Гайдай был мастером деталей. Он никогда не вставлял в кадр случайные вещи. Та самая бутылка на столе — «Столичная». В 70-е это был напиток не рядовой, а элитный, почти символ страны. На экспорт её отправляли ящиками, американцы и европейцы за неё чуть ли не дрались, а в СССР обычный человек мог спокойно её купить в ближайшем ликеро-водочном магазине.
У «Столичной» была особая репутация. Ещё в 1950-х во время слепой дегустации в США она «порвала» популярный тогда «Smirnoff». После этого советская водка стала мировой звездой. Этикетка с видом отеля «Москва», белые буквы на красном фоне, ну настоящий плакат в советском стиле. Вкус же получился классическим, крепким без яркой горечи, такой, чтобы пить «залпом», не смакуя. А вот Ивану Васильевичу Грозному этот вкус, мягко говоря, не зашел.
«Ключница водку делала?» — почему эта реплика так смешна
Чтобы понять эту фразу, надо вспомнить, кто такая ключница в царском хозяйстве. Это была женщина, которая ведала всеми припасами: зерном, овощами, фруктами, мёдом и т.д. Она хранила ключи от кладовых, отсюда и название. Если продукты портились, из них перегоняли алкоголь. Получался напиток жёсткий с неприятным привкусом. Ну, короче говоря, пойло.
Вот Иван Васильевич и сравнил «Столичную» с таким вот «кладовочным самопалом». Получилось смешно, но и исторически верно. Гайдай любил подобные точные штрихи. Смеёшься, но где-то в глубине понимаешь: так оно и могло быть.
Почему Гайдай так заморочился с деталями
Комедия комедией, а в сценарии куча исторических отсылок. Гайдай и сценаристы не ленились поднимать хроники. Царь Иван Васильевич в фильме действительно ведёт себя так, как мог вести себя настоящий Грозный: любит крепкое слово, настороженно относится к новшествам, пьёт «своё, привычное». Даже сцена с ключницей это не просто прикол, а маленькая лекция по истории быта XVI века. И при этом зритель смеётся — потому что всё это подано легко.
Немного про советскую водку и её «вкусы»
Интересный момент: в СССР водка была не только напитком, но и культурным символом. «Московская особая» сначала стоила 2 рубля 87 копеек, «Русская» — 3р.12коп, а «Столичная» плюс-минус столько же. Позже появилась просто «Водка» по 3р.62коп. Для сравнения: килограмм колбасы — рубль двадцать, билет в кино — двадцать копеек. Так что бутылка «Столичной» на столе Шурика выглядела вполне убедительно, он же инженер, человек с хорошим образованием, мог себе позволить.
Кстати, у водки всегда был свой «запах времени». «Московская» пахла зерном, «Столичная» отдавала спиртовой чистотой без посторонних ноток. А анисовая водка, любимая царём, пахла травами, сладким анисом. И вот на этом контрасте Гайдай и построил шутку.
Настойка горькая "Анисовая" из СССР
Кстати, мало кто знает: в СССР тоже выпускали и анисовую водку. Её можно было встретить в магазинах вплоть до 90-х. Была «Анисовая горькая», стоила как и другие горькие настойки. Она отличалась мягким, но специфическим вкусом с травянисто-лекарственным оттенком, её даже женщины пили охотнее, чем обычную водку. Но, конечно, найти её было чуть сложнее, чем «Столичную».
И да, гурманы пили её не абы как, а по правилам. Маленькими рюмками, охлаждённую под рыбу, мясо, а третью уже под сладкое. Вот такая вот культура застолья.
Что осталось после
После распада СССР «Столичную» начали делать все, кому не лень. Качество падало, вкус терялся. Анисовка же почти исчезла с прилавков. Но сцена из фильма Гайдая осталась, и она лучше любой исторической статьи рассказывает, как менялось отношение к водке за века.
Иван Грозный морщится от «Столичной» и вспоминает ключницу. Мы смеёмся, но за смехом слышен тихий спор двух эпох — XVI и XX века. О вкусах, о запахах, о том, что мы называем словом «водка».
Ну а вопрос напрашивается сам собой: если бы царь Грозный оказался у нас сегодня, что бы он сказал, попробовав нынешнюю водку из супермаркета?