Тут в сумке подруги зазвонил телефон. Я уже подумала, что это несчастный Арсен с претензиями относительно машины, но Танька сняла трубку со спокойным, даже довольным видом.
- Да, Нина Васильна, - так звали ее соседку по даче. На том конце принялись эмоционально что-то говорить, а Танька начала меняться в лице. - Хорошо, хорошо, говорю, скоро буду, - буркнула она в трубку и мрачно воззрилась на меня. - Арсен заявился на дачу, взломал гараж и устроил там погром. Машины-то там нет. Еще и бабку перепугал, сказал, что ее дом сейчас подожжет. Надо ехать туда, а то не ровен час рна полицию вызовет. Извлекай потом Арсенчика оттуда. Валера еще узнает. Одни проблемы.
- А ехать ты туда, к нему, не боишься? - скривилась я и тут же пожалела о своем вопросе.
- Конечно, боюсь, потому ты поедешь со мной, - радостно кивнула Танька. - Он при тебе себя будет прилично вести. Я ж его знаю.
- Давай просто никуда не поедем, - попробовала я отбиться, хотя и знала тщетность этого мероприятия.
- Не дай бог он и правда чего бабке сделает. На нервах может, он же мужчина горячий. Нет, надо ехать, - Танька с тоской посмотрела на бутерброды. - Поехали.
Она схватила кусок хлеба с тарелки, шлепнула сверху колбасу и сыр и потащила меня к выходу. Я только рюкзак успела на ходу подхватить. На парковке перед моим подъездом стояла расписная рабочая машина подруги. Прямо на месте, которое считали своим соседи сверху. Рядом ястребом вился сосед. Они с женой хоть и выглядели как парочка стопроцентных интеллектуалов, но вели себя как распоследнее быдло. Иметь дела я с ними не любила, а вот они обожали приходить ко мне с претензиями по поводу и без. Они жаловались, что моя машина стирает слишком громко и при этом еще имеет наглость вибрировать. Жаловались, что будильник на телефоне играет слишком громко. Жаловались на звук фена. Жаловались, что я громко хожу по квартире. Теперь же, поняв, кому принадлежит машина, которая заняла облюбованное ими место, он решительно направился к нам.
- Олеся Владимировна, это что же такое получается? Кто вам дал право занимать чужое место?
- Уважаемый, а кто за вами закрепил данное парковочное место? - грудью встала между нами Танька. Ростом она была чуть выше меня, потому сосед, который едва доставал мне до плеча, слегка смутился. Снял кепочку из твила и обтер лысину рукой. - У вас, может быть, договор на аренду есть или вы его вообще купили?
- Я живу здесь тридцать лет, - взвился сосед. - У меня есть моральное право..
- Про свои моральные права рассказывать будешь там, - Танька воздела к небу указательный палец. - А Олесе Владимировне ничего высказывать не надо. Вы меня поняли?
К моему величайшему удивлению сосед смог только кивнуть в ответ. После чего мы гордо и с достоинством уселись в автомобиль и отбыли, провожаемые его злобным взглядом. Дорога до дачи была не слишком долгой, а с Танькиной манерой водить и вовсе заняла минут двадцать.
По дороге металась соседка. Зря Танька назвала ее бабкой: женщине было едва больше пятидесяти пяти.
- Танечка, это вопиющее неуважение не только ко мне, но и ко всему поселку, - заголосила женщина, едва мы покинули машину. - Я спокойно относилась к тому, что ты в доме бордель устроила. Каждый божий день новый мужик. Делайте там у себя, что хотите. Но когда ко мне врывается тип бандитской наружности и начинает угрожать...
- Да что вы городите! - уперла по привычке руки в бока подруга. - Я мужиков как перчатки не меняю. И все вы врете: Арсена прекрасно знаете. Он вам еще помогал с крыши кота вашего снимать. Как за помощью - то замечательный мальчик. А тут бандит!
- Не лютуй, - пошла Нина Васильевна на попятный, - Страшный он у тебя. Меня тоже пойми.
- Такое больше не повторится, - заверила я, увлекая подругу за собой.
Во дворе ее дома фонарь не горел, а свет от ламп не доходил сюда из-за высоких елей, посаженных вдоль забора. Пришлось немного подождать, пока глаза привыкнут к темноте. Но и сад, и дом казались необитаемыми.
- У Арсена есть ключ от дачи? - почему-то шепотом спросила я.
- Я тебя умоляю! Арсенчику ключ без надобности. Он и так спокойно везде зайдет. Вон, что он с моим гаражом сотворил.
Подруга повела рукой в сторону от дома. Присмотревшись я поняла, о чем именно она говорит: двери кирпичного одноэтажного домика с треугольной крышей были распахнуты настежь, а на траве перед входом вались инструменты, канистры и какая-то ветошь. Самого виновника погрома не было ни видно, ни слышно.
Вот ведь паразит! Ведь знает, что у меня здесь много ценного инструмента. От Димарика остался. Ведь все же попортил, черт харизматичный!
- Сам-то он где?
- Да черт его знает! Есть у него такое: выместит злость и энергию, а потом такой ласковый котик. Сидит в каком-нибудь баре и очередную богиню клеит.
Мы обошли разбросанные предметы и вошли в гараж. Танька чем-то чиркнула и под потолком зажглась одинокая лампочка. В свете этой лампочки мы сразу же увидели Арсена, он распластался на полу лицом вниз.
Я мгновенно впала в панике и только чудом подавила желание немедленно заорать как можно громче. Танька решительно шагнула к возлюбленному и пощупала пульс на шее.
- Закончился Арсенчик, - вздохнула подруга и внезапно начала заваливаться в сторону.
Пришлось взять себя в руки и поддержать Таньку. В конце концов это ее недавняя любовь лежит здесь бездыханная. На тело я старалась не смотреть.
- Что с ним случилось? Сердечный приступ?
- Да может и сердечный, но нож в боку явно не способствует здоровью, - Танька угрюмо кивнула в сторону возлюбленного. Пришлось и мне обернуться.
Теперь мне стало видно, что на Арсене была не бордовая кофта, а это его белая одежда насквозь пропиталась кровью. В боку виднелась рукоятка обыкновенного кухонного ножа.
- Это же не ты его?
- Да ты что?! Я у тебя была, когда он с соседкой скандалил. Так что у меня свидетель есть, - она нахмурилась и снова коснулась тела. - Ой, как все плохо: его же совсем недавно грохнули. Это ты знаешь, что я с тобой была. А соседка может показать, что мы приехали и убили его. Нож-то мой, с моей кухни.
- Полиция в такое не поверит! - не слишком уверенно возразила я. - Зачем нам его убивать? А сам он не мог себя ножом...?
- Что ты городишь? Сам взял и пырнул себя моим ножом со спины! Зато мотив у нас с тобой, то есть у меня, налицо: скандалил, угрожал, буянил.
- За это же не убивают...
- Еще и не за это убивают, дорогая моя, - утешила меня подруга. - Так, на дворе ночь, никто ничего не узнает. Нам надо избавиться от тела.
- Что значит избавиться? Как ты себе это представляешь? Может растворим его прямо здесь серной кислотой? Прости, но я забыла ее в другой сумочке.
- А жаль, это было бы просто чудесно. Но если у нас нет кислоты, воспользуемся альтернативным методом: вывезем в багажнике и закопаем на карьере. Здесь в километре заброшенный карьер. Лопата у меня есть. Еще и кладбище поблизости. Если его найдут через какое-то время, могут подумать, что с кладбища тело
- Ушло случайно прогуляться, - злобно зашипела я. - Вот за такое нас точно по головке не погладят. Надо вызывать полицию просто.
- И они нас под белы рученьки со свежим покойником радостно в КПЗ препроводят, - возмутилась Танька. - С моей биографией только трупы возлюбленных и находить на своей дачи.
- А что не так с твоей биографией? - насторожилась я. До этого момента мне казалось, что все подноготную подруги я знаю от и до.
Да был у меня привод за вещества, легкие, ты не думай. Ну и пару раз за проституцию брали, когда в борделе работала. Ничего особенного, но нарываться не хочется.
- Час от часу не легче! - простонала я. - Какие еще сюрпризы от тебя ожидать?
- Да никаких сюрпризов, - Танька вроде как даже обиделась. - Но знаю, что нельзя нам органы привлекать. Сейчас по быстрому затолкаем его в багажник да и прикопаем в лесочке. Там никто не найдет в ближайшие лет двадцать. Только надо быстрее соображать, а то он задервенеет, хрен его потом в багажник затолкаем.
При одной мысли о подобном мне стало дурно. Однако, в Танькиных словах однозначно был резон. Доказать, что не подруга в пылу ссоры убила Арсена, а я ей помогла, будет сложно.
Танька же уже нарыла в углу гаража лопату и зачем-то отправилась в дом. Оттуда вернулась с огромным брезентовым мешком.
- Я листья в них складываю во время осенней уборки. Арсен бедный как раз поместится в него. Хватай его за ноги.
Мне вновь стало дурно. Но подруга сунула под нос ватку, смоченную чем-то мерзким. Нашатырь! Мерзкая вонь мгновенно привела меня в чувства да еще и придала сил.
Поддержать автора можно здесь