Предыдущая часть:
Павел откинулся назад, и лицо его осветилось белозубой улыбкой. На следующий день Наталья сделала всё, как сказал Павел. Она собрала небольшую сумку, сдержанно попрощалась с Михаилом и Людмилой Петровной и закрыла за собой дверь.
— Ну всё, не дёргайся и жди моего звонка! — услышала она в трубке голос Павла и вдруг поняла, что улыбается, как, впрочем, почти всё время с тех пор, когда он оторвал её от подсохшей лавочки в сквере.
Потом Павел, конечно, рассказал ей о событиях этого странного дня, но пока она сидела, подпрыгивая, как на иголках, пыталась работать или хотя бы делать вид, что чем-то занимается, и, не отрываясь, смотрела на телефон. "Ну надо же, опять завис. Как же мне всё это надоело!" — услышал Михаил, как только вышел из дома. Он посмотрел в сторону, откуда раздавались слова, и завистливо вздохнул. Неподалёку от обочины стоял припаркованный автомобиль, за рулём которого сидел взлохмаченный молодой мужик и с перекошенным лицом тыкал пальцами в монитор на приборной панели.
— У вас что-то случилось? — поинтересовался Михаил, подходя к открытой двери машины.
Не то чтобы он сильно проникся проблемами незнакомца, просто хотелось поближе рассмотреть отличную тачку, цена на которую, как знал Михаил, улетала в такие заоблачные дали, которые были недоступны не только ему, но и, пожалуй, той же Наташке. Во всяком случае, в ближайшие лет десять точно.
— Да. Вот дурацкий агрегат, понатыкали систем, как будто любой обязан быть компьютерным гением! — сердито буркнул незадачливый водитель. — Требуют заразы от меня что-то ввести, и, видите ли, пока я не введу, движение дальше невозможно. Но вы можете себе это представить?
— Ну, вообще-то могу, — кивнул Михаил. — Если хотите, я могу посмотреть, что тут у вас за проблема. Я дипломированный инженер по компьютерным системам.
Правда, мужчина в машине так обрадовался, словно Михаил оказался не только специалистом по компьютерам, но и заодно его давним, потерянным и внезапно обретённым братом, и от радости чуть не вывалился из салона.
— Ой, слушайте, я вас умоляю, посмотрите!
— А, ну на самом деле ничего особенного, — отметил Миша после нескольких минут. — Просто нужно отменить пару последних операций и перезагрузить систему. Вот так и так. Вот и всё.
Он с явным удовольствием потрогал сенсорный экран на панели и со вздохом полез из салона.
— Ой, как же я вам благодарен! — воскликнул водитель чудо-машины. — Мне вас просто судьба послала. Сколько я вам должен?
— Да ну что вы! — вдруг смутился Михаил. — Тут работы-то на полминуты было. Да, в самом деле.
Мужчина снова пристукнул пальцами по рулю.
— А знаете, когда в последний раз у меня случилось что-то подобное, меня полдня продержали в сервисе. А сколько я за это заплатил, мне и вспоминать не хочется. Вот жульё. А пользуются тем, что большинство из нас ну просто ничегошеньки не смыслят во всех этих наворотах. Да и вообще, это же так трудно найти хорошего специалиста, вот такого, как вы. Я это очень хорошо знаю, уж сколько времени мучаюсь без хорошего компьютерщика.
Михаил немного постеснялся и отметил:
— Ну, я, конечно, далеко не лучший, хотя, в общем-то, кое-что соображаю. У меня вполне приличный опыт.
— Слушайте, мне в голову пришла просто потрясающая идея! — вдруг ещё больше оживился хозяин машины. — Может, мне вас действительно судьба посылает и не только из-за машины. Вам нужна работа? Нет, вы не думайте. Я не предложу вам какой-то ерунды за копейки. У меня действительно есть к вам серьёзное предложение. Работы много, но и плачу я достойно.
— Ну, это как-то неожиданно. Надо подумать, — замямлил Михаил.
Так было с ним каждый раз. С одной стороны, он понимал, что нужно всё-таки рано или поздно устраиваться на работу, а с другой, как только появлялся более-менее достойный и, главное, конкретный вариант, как весь его трудовой пыл куда-то растворялся. А тут ещё извольте, пожалуйста, работы много. Как бы не влипнуть, но и упустить такой шанс не хотелось бы. Деньги тут, судя по всему, серьёзные. Достаточно взглянуть на тачку, на которой разъезжает этот пижон в белом свитере.
— Эх, обсудить бы с вами всё это как можно быстрее! — отметил мужчина. — Жаль, я через несколько часов улетаю и надолго. Слушайте, а где бы нам с вами посидеть, поговорить? В машине как-то неловко, а так хочется вам рассказать о моём деле. Пока я в разъездах, вы бы подумали.
— Ну что ж, раз мало времени, давайте поднимемся к нам. Я живу в этом доме, — решился Михаил.
— О, отлично! — ещё больше оживился автовладелец. — Откровенно говоря, вы уж извините, но если бы вы меня не пригласили, мне бы всё равно пришлось к вам напроситься, понимаете? Я просто больше уже никуда не доеду.
Он скорчил шутливую гримасу.
— О, да, конечно, пойдёмте! — спохватился Михаил.
— Отличный дом, — отметил мужчина, пока они поднимались в лифте. — Вы с семьёй живёте? Извините, — спохватился он. — Но не хотелось бы кого-то побеспокоить?
— Да некого особо беспокоить. Дома только моя мать, а жена в командировке, — махнул рукой Михаил.
— А матушку вашу я не сильно напрягу? — озадачился мужчина.
— Нет, всё в порядке. Ей полезно отвлечься, а то одичает скоро! — усмехнулся Михаил.
Открыв дверь, он сделал гостю приглашающий жест в сторону гостиной и громко отметил:
— Мам, давай, вставай, заканчивай ломать комедию. Главный зритель в отъезде. У меня гость, сделай нам чайку, кофейку, ну и чего там ещё.
Людмила Петровна возникла на пороге незамедлительно, очень бодро перебирая своими напрочь отнятыми, частично парализованными и почти отсохшими ногами.
— Ой, здравствуйте, Мишенька. Что же ты не предупредил? Я бы пирог испекла. Это вы меня простите. Я в таком виде, мадам!
Мужчина подскочил, галантно пожал Людмиле Петровне руку, а она кокетливо засмеялась, демонстрируя на редкость яркий для сердечницы румянец.
— Простите, один срочный звонок, — отметил вдруг гость и заговорил в трубку мобильника. — Здравствуй, дорогая. Да, да, всё в порядке, не беспокойся. Настолько в порядке, что ты будешь очень удивлена. Да, поезжай, конечно, но прямо сейчас. Адрес ты знаешь? Да, всё верно. Именно этот. Хорошо, буду ждать.
— Любимая женщина, — объяснил он с улыбкой, отключая вызов. — Не верит. Хочет во всём убедиться лично, проводить, так сказать, в дальний путь.
— Да, женщины эти! — сочувственно покачал головой Михаил, не особо вникая в разговоры незнакомца.
Минут через двадцать Михаил недовольно поморщился.
— Мам, не слышишь, что ли? Дверь открой!
А потом началось что-то совсем уж комическо-трагическое. В гостиную каким-то странным прихрамывающим шагом втиснулась изрядно побледневшая мать Михаила, а за ней шагнула Наталья.
— О, Людмила Петровна, я смотрю, вы резко пошли на поправку! — произнесла она с улыбкой, очень нехорошей улыбкой. — И ведь всего-навсего для этого мне нужно было уехать в командировку. Понимаете, что это значит? Вам категорически противопоказано моё общество. Чем дальше от меня вы будете, тем лучше будет ваше драгоценное здоровье. Так что собирайтесь и чтобы до конца дня духу вашего не было в моей квартире, и сыночка своего любимого с собой забирайте. Можете использовать его вместо грелки!
Наталья эффектно повернулась и посмотрела на Михаила, а с дивана раздался громкий хохот Павла. Через несколько дней Наталья и Павел сидели на той самой судьбоносной лавочке на парковой аллее. Заново перекрашенная, она давно уже высохла. И всё же, прежде чем опуститься на неё, Наташа несколько раз осторожно тронула блестящую поверхность кончиком пальца.
— Садись, садись, не бойся! — приободрил её Павел. — Кати, я тут подумал, когда меня будут спрашивать, как я с тобой познакомился, я со спокойной совестью могу говорить, что просто склеил тебя в прямом смысле этого слова.
Он затрясся от хохота.
— Всё шуточки твои! — покачала головой Наташа, тоже невольно улыбаясь. — Ой, Паш, если серьёзно, спасибо тебе. Хотя, разве я могу выразить, как я тебе благодарна на самом деле?
— Но, вообще-то можешь, — вдруг отметил Павел, — и очень даже легко.
Он взял Наталью за руки, притянул её к себе, обнял за плечи и нежно поправил прядь волос.
— Просто ты забыла, как сказка про зайчика и его избушку заканчивается. После того, как лишних из избушки выкинули, зайчик и петушок стали вместе жить, поживать да добра наживать.
Павел и Наташа поженились через полгода. Свадьба была весёлой и шумной, с танцами до упаду и тостами от друзей, которые радовались за пару, нашедшую друг друга в такой неожиданной ситуации, а Михаил с матерью уехали в деревню, где, по слухам, продолжили жить своей жизнью, не тревожа больше Наталью. Особым удовольствием для Натальи было наблюдать за отцом, степенно ведущим в танце свою пухленькую румяную Надежду. А потом Сергей подошёл к дочери, приобнял её и легко закружил под тихую музыку.
— Я так счастлив за тебя, доченька! — отметил он.
— И я за тебя, папа! — кивнула Наталья, прижимаясь к отцу.
— Знаешь, мне кажется, мы с тобой поняли наконец одну важную вещь.
Она чуть отстранилась и взглянула Сергею в глаза. Оказывается, настоящая любовь не требует жертв, а дарит сама