- Теперь все эти люди смотрят на меня как на ту, кто унаследовал не только его квартиру, но и все проблемы, что Андрей оставил после себя.
Сергей тихо выругался, стараясь не повышать голос.
— Послушай, может, тебе стоит куда-то уехать? К родным? В другой город, хотя бы на время?
Я покачала головой:
— У меня нет ни единого родственника, — только долги остались, да и квартира, которую в любой момент могут отобрать.
— Тогда... Тогда даже не знаю, что тебе посоветовать, — он замялся, тяжело вздохнул. — Это серьёзные люди, Кристина. Связываться с ними опасно.
— А если они уже впутали меня против моей воли?
— В таком случае остаётся одно — делай, как прикажут, и молись, чтобы всё закончилось благополучно.
Он оборвал разговор, бросив ее наедине с тревогами. Кристина поняла окончательно: даже старые друзья Андрея теперь держатся от нее подальше. Никто не хочет рисковать ради чужой беды, все трясутся за собственную шкуру.
К половине первого она вернулась домой. До встречи оставался час — этого времени хватало, чтобы собрать всё нужное. То, что требовал Роман. Свернутые в полотенце фальшивые деньги лежали на самой дальней полке шкафа. Записная книжка уже давно лежала в сумке. И ничего больше у нее не было.
Она переоделась: тёмные джинсы, невзрачная куртка, волосы спрятала под капюшон — на случай, если вдруг что-то пойдёт не по плану, лучше не выделяться из толпы.
В кармане нащупала перцовый баллончик — купила год назад "для спокойствия", а теперь он стал последней опорой. Место встречи — старая заброшенная фабрика далеко на окраине, там в будни пусто и даже птицы не поют. В былые времена здесь кипела жизнь: гул машин, людской смех, движение… Сейчас же — одни мрачные корпуса, стены в трещинах, заросшие сорняком территории.
Пришла заранее, минут за тридцать до назначенного времени. Надеялась осмотреться, понять, не ждет ли засада, прикинуть путь для отступления. Но стоило выйти из автобуса, как стало ясно — все эти меры напрасны. Если Роман решил избавиться от нее, никакая осторожность уже не поможет.
Главный корпус фабрики нависал мрачной пустотой, оконные проемы зияли чернотой, словно пустые глазницы черепа. Дверь держалась на одном ржавом шарнире, и через неё внутрь затягивало осенний ветер, кружились жёлтые, сухие листья.
Кристина вошла внутрь и огляделась. Пустой цех, заваленный мусором пол, граффити на стенах. Идеальное место для убийства: вокруг — никого, если закричишь, не услышит никто.
В два часа ровно послышались шаги. В цех вошли двое мужчин. Один — постарше, лет сорока пяти, с уверенными манерами и в дорогой одежде. Второй — молодой, нервный, тот самый, что следил за ней утром.
— Кристина? — спросил старший.
— Я Роман.
— А это Игорь, — кивнул он на второго.
— Здравствуйте, — её собственный голос прозвучал удивительно спокойно. — Я принесла то, о чём вы просили.
Кристина достала из сумки пачки денег и записную книжку.
— Это всё, что было в гараже, — сказала она.
Роман забрал деньги, бегло пересчитал, покачал головой:
— Мало. Здесь тысяч, может, тридцать от силы. А эту книжку… я её и так давно знаю наизусть.
— Больше у меня нет, — сжала руки Кристина.
Роман усмехнулся:
— Кристина, ты же понимаешь, что я не благотворительный фонд? Мне, честно говоря, плевать, есть у тебя деньги или нет. Долг остаётся долгом.
— Но я не брала эти деньги! Я вообще ничего не знала!
Роман пожал плечами:
— Это уже твои проблемы. Ты жена Андрея? Значит, наследуешь все его обязательства.
— А если я откажусь платить?..
Игорь сделал шаг вперёд, в его руке что-то блеснуло. Нож.
— Тогда мы найдём другие способы получить свои деньги, — совершенно спокойно сказал Роман. — У тебя есть квартира, она что-то стоит. Есть вещи, которые можно продать.
Пауза.
— И есть ты сама.
Кристина почувствовала, как кровь застыла в жилах.
— Что вы имеете в виду?..
— Молодая, симпатичная женщина всегда может достойно заработать. Есть места, где за таких, как ты, хорошо платят.
— Вы сошли с ума…
— Нет. Это ты сошла с ума, если думаешь, что можешь просто так не платить долги мужа.
Игорь неотрывно приближался — нож в его руке поблёскивал в тусклом свете из окна.
— Роман, давайте договоримся иначе! — быстро выпалила Кристина. — У меня есть информация, которая может вас заинтересовать.
— Какая ещё информация? — Роман остановил Игоря жестом.
— Я знаю, кто ещё был в курсе дел Андрея… Люди, которые пользовались его деньгами и знали, откуда они берутся!
Роман прищурился:
— Рассказывай.
— Его мать. И сестра… Они годами получали от него деньги — и знали, что они фальшивые. У них дома наверняка остались крупные суммы.
— И что ты предлагаешь?
— Идите к ним, — чуть дрожащим голосом сказала Кристина. — Пусть они заплатят свою долю.
— А я найду способ выплатить остальное.
Роман задумался. Кристина видела, как в его глазах мелькают расчёты: стоит ли связываться с пожилой женщиной и матерью-одиночкой — или проще заставить её одну расплачиваться за всех?
— Интересное предложение, — наконец сказал он. — Но есть одна проблема.
А что, если ты просто хочешь выиграть время? Сейчас расскажешь им, они спрячутся, а сама исчезнешь.
— Тогда поставьте мне условия, — тихо ответила Кристина.
— Срок, например. Месяц на то, чтобы собрать деньги…
— Две недели, — отрезал Роман. — И никаких исчезновений. Будешь на связи каждый день.
— Хорошо…
— И запомни ещё одно. Если через две недели денег не будет — расплачиваться будешь не только ты, но и вся семейка твоего покойного мужа.
Кристина кивнула, хотя внутри всё сжалось от ужаса. Она только что подписала смертный приговор всем, кто был ей дорог…
Но выбора не было: либо они все погибнут сейчас, либо у неё есть две недели, чтобы найти выход.
Кристина вернулась домой как в тумане — ноги подкашивались от пережитого стресса. Две недели! Смехотворно короткий срок для человека, у которого нет ни денег, ни связей, ни малейшей возможности их раздобыть. Двести тысяч могли бы показаться суммой всей жизни в прежние времена, а теперь — это цена её существования.
Она налила себе воды дрожащими руками и села на кухне, пытаясь привести мысли в порядок. Нужен план. Нужна стратегия. Нужно хоть малейшее понимание, как выжить в ситуации, которая кажется совершенно безвыходной.
Первым делом она позвонила Светлане. Заловка ответила не сразу, в голосе слышалась настороженность.
— Кристина? Что случилось? Ты как-то странно вчера трубку бросила…
— Света, мне нужно с тобой встретиться. Срочно. Речь идёт о жизни и смерти.
— О чём ты говоришь? Что за драма такая?
— Не по телефону. Приезжай ко мне, или я к тебе.
— Хорошо, приеду через час. Дети у няни, время есть.
Кристина использовала этот час на подготовку. Она нашла в интернете информацию о человеке: фамилию, адрес, даже фотографии… Тот не особенно скрывался — а это значило либо полную безнаказанность, либо крайнюю самоуверенность. Скорее всего, и то и другое.
Светлана приехала взволнованная — с красными пятнами на щеках от холода и тревоги.
— Ну, рассказывай, что стряслось?
— Мама вчера звонила, сказала, что вы с ней поссорились…
— Света, садись. То, что я сейчас скажу, изменит твою жизнь.
Кристина рассказала всё — про встречу с Романом, про долг, про угрозы. Лицо Светланы становилось всё бледнее с каждым словом.
— Ты шутишь? — прошептала она, когда Кристина закончила. — Скажи, что это розыгрыш.
— Хотела бы я шутить. У нас две недели, чтобы найти двести тысяч, иначе Роман придёт за всеми нами.
— Но при чём тут мы? Это же долги Андрея.
— При том, что все эти годы вы пользовались его деньгами, прекрасно зная, откуда они берутся. Роман считает это соучастием.
Светлана встала и заходила по комнате, заламывая руки.
— Кристина, у меня нет таких денег. Я мать-одиночка, работаю продавцом. Откуда у меня двести тысяч?
— А у мамы?
— У мамы что? Пенсия и небольшие накопления. Может, тысяч тридцать, ну, сорок всего.
Кристина почувствовала, как в груди разгорается злость. Светлана говорила так, словно это её проблемы, словно она жертва обстоятельств.
— Света, ты понимаешь, что происходит? За нами охотятся преступники. Они могут убить или покалечить нас! А ты думаешь только о том, что у тебя нет денег…
— А о чём ещё думать? Я не знаю, как решать такие проблемы. Я обычная женщина с детьми.
— Тогда придумай что-нибудь. У тебя есть знакомые, связи, может, кто-то поможет?
Светлана остановилась, внимательно посмотрела на Кристину.
— А почему это я должна что-то придумывать? Ты — жена Андрея, тебе и разбираться с его наследством.
— Потому что ты его сестра. Потому что ты знала про его дела и пользовалась этими деньгами!
— Я не просила его заниматься этим… Он сам предложил помочь с кредитами.
Кристина не поверила своим ушам: Светлана всерьёз считала себя невиновной.
— Света… когда Андрей покупал твоим детям игрушки по цене твоей месячной зарплаты, ты не спрашивала, откуда деньги. Думала, он хорошо зарабатывает? А когда он погасил твой кредит за машину — сто пятьдесят тысяч, — ты тоже думала, что это от зарплаты менеджера?
Светлана отвернулась к окну:
— Я не хотела знать подробности. Мне нужна была помощь, и я её получила.
— Значит, пользоваться было не стыдно, а отвечать теперь не хочешь?
— Кристина, я понимаю, что ты злишься… Но я правда не знаю, что делать. У меня нет таких денег, взять их тоже негде.
Кристина вдруг ясно поняла: толку от Светланы не будет. Золовка привыкла, что за неё всё решал брат — и теперь, когда его не стало, растерялась и ждёт, что кто-то другой найдёт выход. Что ж, значит, остаётся ещё один шаг.
— Хорошо. Поедем к маме, расскажем ей всё как есть. Может, у неё найдётся выход.
— Мама будет в шоке… — пробормотала Светлана. — У неё сердце больное… Такие новости могут плохо кончиться.
— А если мы ничего не скажем, а через две недели к ней придут головорезы? Это, по-твоему, полезно для её сердца? — выдохнула Кристина, не выдержав.
Вера Петровна встретила их настороженно. По глазам было видно: неприятностей она ждала с тех самых пор, как Кристина начала расспрашивать про Андрея.
— Что случилось, девочки? Зачем приехали вместе?
Кристина коротко изложила суть. Свекровь слушала молча. С каждым словом всё сильнее бледнела, пальцы дрожали на подлокотнике.
— Двести тысяч… — тихо повторила она, когда Кристина закончила. — Господи, откуда ж такие деньги взять?
— Вера Петровна, а у вас есть какие-то накопления? — осторожно спросила Кристина.
— Есть немного… Андрей каждый месяц оставлял мне, я на чёрный день откладывала. Там тысяч сорок, не больше.
— А квартира? Она ж дорогая — миллиона полтора, наверное… — неуверенно бросила Светлана.
— Это моё жильё, — Вера Петровна обхватила ладонями щеки. — Куда же я пойду в свои семьдесят лет?
Кристина понимала: просить старую женщину продать всё — жестоко. Но альтернатива… ещё страшнее.
— Можно попробовать заложить квартиру. Может, дадут кредит под залог.
— Какой кредит… Кристинушка… Мне семьдесят, пенсия мизерная. Никто мне ничего не даст.
— А если на Свету оформить? — сказала Кристина уже отчаянно.
Светлана тут же взлетела с места, как ужаленная:
— На меня?! Я не собираюсь брать такой кредит — у самой долгов выше крыши!
— Света, речь о жизни идёт.
— О моей жизни тоже! Если я возьму этот кредит — буду его выплачивать десять лет, дети мои жить будут впроголодь…
Кристина оглядела обеих женщин. Стало ясно, что рассчитывать ей не на кого: каждая думает только о себе, каждая ищет способ спрятаться за спиной других.
— Хорошо, — отчеканила Кристина. — Тогда слушайте внимательно: через две недели, если не найдём деньги, за вами придут. Роман не шутил, когда говорил, что пойдёт до конца. Так что думайте, как спасать свои жизни.
Она поднялась, собираясь к выходу.
— Кристина, а ты что будешь делать? — тихо спросила Вера Петровна.
— Искать другие варианты. Если семья мужа не поможет, придётся справляться самой.
— Может, всё-таки попробуем что-то придумать вместе? — неуверенно забормотала Светлана.
— Света… пять минут назад ты отказалась брать кредит, чтобы спасти нам всем жизни. О каком «вместе» тут речь?
продолжение 👇