Знаете, я думала, что хуже уже быть не может. Муж полгода без работы сидит, я одна всю семью тяну, а тут ещё и Валентина Ивановна со своими счетами объявилась.
— Ленусь, дорогая, — говорит она мне, протягивая пачку квитанций, — вот смотри. За свет — четыре тысячи, за газ — две с половиной, за воду — полторы. Итого восемь тысяч набежало.
Стою я на пороге её квартиры и не понимаю, при чём тут я.
— Валентина Ивановна, а это ваши счета...
— Мои, мои, — кивает свекровь. — Только денег нет совсем. Пенсия маленькая, лекарства дорогие. Думала, может, вы поможете?
Вот так. Просто и без затей. Мы с Димой еле концы с концами сводим, а она хочет, чтобы мы ещё и её долги покрывали.
— Валентина Ивановна, у нас самих денег в обрез. Дима работу ищет уже полгода...
— Ой, да ладно! — махнула рукой. — Ты же работаешь в банке. Там денег навалом.
Навалом! В банке работать — не значит в деньгах купаться. Я простая операционистка, зарплата копеечная.
— Послушайте, а почему вы решили, что мы должны ваши счета оплачивать?
Лицо у свекрови изменилось. Стала она такая обиженная:
— Как почему? Вы же семья! Дима мой сын!
— Дима ваш сын, но он взрослый мужчина. У него своя семья, свои проблемы.
— Какая же ты бессердечная, — покачала головой Валентина Ивановна. — Мать мужа в беде, а ты...
— А я что? Я должна свою семью ради вас разорить?
Домой я пришла взбешённая. Дима сидел за компьютером, резюме рассылал.
— Твоя мама хочет, чтобы мы её долги по коммуналке оплачивали, — выпалила я сразу с порога.
Дима поднял голову:
— Какие долги?
Рассказала всё как было. Муж слушал и хмурился.
— Восемь тысяч... — протянул он. — Это же наша половина зарплаты.
— Вот именно! А она думает, что мы богатые. Потому что я в банке работаю.
— Поговорю с ней, — вздохнул Дима.
На следующий день он съездил к матери. Вернулся мрачный.
— Ну и как? — спрашиваю.
— Плачет. Говорит, что мы её бросили. Что в старости никому не нужна.
— Дим, мы её не бросали! Мы просто не можем чужие долги оплачивать!
— Она не чужая. Она моя мать.
Вот так у нас и начались разногласия. Дима считал, что маме нужно помочь. Я — что каждый должен за себя отвечать.
Через неделю Валентина Ивановна снова объявилась. На этот раз с подкреплением — привела свою сестру Нину.
— Леночка, — начала Нина, — ты же понимаешь, Валя в тяжёлом положении. Одна живёт, пенсия маленькая...
— Нина Ивановна, — перебила я, — а где её дети? У неё же двое сыновей.
— Так один твой муж, а второй... — Нина замялась.
— А второй что?
— А второй в другом городе живёт. Далеко.
Ага, понятно. Старший сын умотал подальше от мамочки, а младшему теперь расхлёбывать.
— Слушайте, — говорю им, — я предложение сделаю. Валентина Ивановна, продавайте дачу. Купите на эти деньги квартиру поменьше, в доме с газовым отоплением. Коммунальные платежи сразу в разы меньше станут.
Свекровь аж подскочила:
— Дачу? Мою дачу продавать? Да ты что, милая! Это же наше семейное гнёздышко!
Семейное гнёздышко! Которое пустует девять месяцев в году, а налоги платить надо круглый год.
— Тогда сдавайте её кому-нибудь. Доходы будут.
— Сдавать чужим людям? Да они мне всё поломают!
Понятно. Чужим нельзя, а мне за всё платить можно.
— Валентина Ивановна, — говорю твёрдо, — денег у нас нет. И не будет. Ищите другие варианты.
Сестрицы переглянулись и ушли. Дима со мной опять поругался.
— Ты могла бы помягче с ней разговаривать, — сказал он.
— А она со мной мягко разговаривает? Требует деньги, как должное!
Месяц прошёл тихо. А потом звонит Валентина Ивановна:
— Лена, дорогая, беда случилась! Мне свет отключили!
— За неуплату?
— Ну да. Теперь сижу без света, холодильник не работает, еда портится...
Жалко стало. Пожилая женщина, одна живёт...
— Хорошо, — вздохнула я. — За свет заплачу. Но это последний раз.
Ошибка! Не прошло и двух недель, как она снова на пороге:
— Ленусь, газ теперь отключили. Готовить не на чем...
Так и затянуло. Каждый месяц я покрывала какую-то часть её долгов. То свет, то газ, то воду. А долги только росли. Потому что Валентина Ивановна решила, что теперь может не экономить — дочка всё оплатит.
Дима нашёл наконец работу, но зарплата была меньше прежней. А у нас появились планы — хотели квартиру расширить, детскую комнату сделать. Я забеременела.
И тут свекровь приходит с новым списком:
— Леночка, тут уже двенадцать тысяч набежало. Нужно срочно платить, а то совсем отключат.
Двенадцать тысяч! Это же детская кроватка, коляска, всё необходимое для малыша.
— Валентина Ивановна, — говорю ей, — я жду ребёнка. Нам самим деньги нужны.
— Поздравляю, дорогая! — обрадовалась она. — Внук или внучка будет! Но счета-то всё равно платить надо...
Тут меня и прорвало:
— Знаете что, Валентина Ивановна? Хватит! Я устала быть вашей дойной коровой!
— Лена, что ты говоришь...
— То и говорю! Полгода я ваши долги покрываю, а они только растут! Вы привыкли, что кто-то за вас платит, и перестали экономить!
— Но я же не специально...
— Специально! — кричу я. — Вы же не дура, понимаете прекрасно, что творите! У вас есть дача — продавайте! Есть золотые украшения — продавайте! Есть старший сын в другом городе — просите у него!
Валентина Ивановна побледнела:
— Ты... ты выгоняешь меня?
— Я говорю правду! Ваши проблемы — ваша ответственность! А я буду тратить деньги на своего ребёнка, а не на ваши прихоти!
Она ушла со слезами на глазах. А вечером Дима устроил мне разбор полётов:
— Зачем ты на неё накричала? Она старая, больная...
— Больная? Дим, твоя мама здоровее нас обоих! Она просто привыкла жить за чужой счёт!
— Это моя мать! И я не позволю тебе её оскорблять!
— А я не позволю ей разорять нашу семью!
Поругались мы тогда крепко. Дима три дня со мной не разговаривал.
А потом случилось интересное. Звонит мне Нина, Валентина Ивановна сестра:
— Лена, ты знаешь, что Валя дачу продала?
— Как продала?
— Да так. За две недели покупателя нашла. Говорит, нужны деньги срочно.
Вот те на! Значит, может, когда хочет. А мне полгода морочила голову про семейное гнёздышко.
— И квартиру поменяла, — продолжает Нина. — На однокомнатную, но в новом доме. С газовым отоплением.
— Ну и молодец, — говорю. — Правильно сделала.
Думала, Валентина Ивановна извинится, скажет спасибо за то, что я её вразумила. Ага, размечталась!
Приходит она через месяц, вся такая довольная:
— Лена, дорогая, хочу тебя поблагодарить.
— За что?
— За то, что заставила меня шевелиться. А то я совсем распустилась. Думала, зачем напрягаться, если дочка платит.
Хоть честно призналась.
— Теперь у меня и квартира хорошая, и коммунальные платежи копеечные, и денег даже на поездки остаётся.
— Рада за вас, Валентина Ивановна.
— Только вот Дима на тебя обижается. Говорит, ты со мной грубо разговаривала.
— Иногда только грубость помогает, — ответила я.
И это правда. Если бы я продолжала мягко уговаривать и платить по счетам, Валентина Ивановна так бы и просидела в своей неудобной дорогой квартире, живя за наш счёт.
А так все остались в выигрыше. Она — с комфортным жильём и без долгов. Мы — с деньгами на ребёнка.
Дима, правда, ещё долго дулся. Но когда родился малыш и стало понятно, сколько он денег требует, муж наконец оценил мою принципиальность.
— Хорошо, что ты тогда маме отказала, — признался он. — А то бы мы сейчас с голой попой сидели.
Вот так жёсткость оказалась лучше мягкости. Иногда людей нужно заставлять решать свои проблемы самостоятельно.