В начале XX века морская гонка вооружений между Великобританией и Германией достигла апогея. На этом фоне каждый новый линейный корабль становился средством устрашения и превращался в политическое заявление.
HMS Royal Sovereign, заложенный 15 января 1914 года на государственной верфи в Портсмуте, стал головным в серии из пяти линейных кораблей типа «Ривендж», созданных для того, чтобы закрепить британское господство на морях. Его конструкция отражала эволюцию военно-морской мысли после появления первого дредноута. Корабль получил восемь 381-мм орудий главного калибра, установленных в четырёх двухорудийных башнях, что обеспечивало мощный сосредоточенный огонь.
При водоизмещении в 31 000 тонну Royal Sovereign имел серьёзную броневую защиту (пояс до 330 мм) и относительно скромную скоростью хода в 21 узел. Этого было достаточно для действий в составе линейного построения, но уже недостаточно для будущих условий мобильной войны.
Спущенный на воду 29 мая 1915 года, корабль вступил в строй в мае 1916-го и был приписан к 1-й эскадре Гранд-Флота — основной ударной силе. Однако судьба распорядилась так, что он не принял участия в Ютландском сражении — крупнейшем морском сражении Первой Мировой Войны. Причина была банальной: поломка. Этот инцидент стал своеобразной иронией истории — корабль, предназначенный для решающего столкновения, остался в тылу, наблюдая за развитием событий со стороны.
Межвоенные модернизации
Между двумя мировыми войнами Royal Sovereign прошёл серию модернизаций, которые отражали меняющиеся требования к линейным кораблям. К примеру, устаревшие 76-мм зенитные орудия были заменены на более мощные 102-мм установки — сначала одиночные, затем спаренные.
Кроме того, на корабле были установлены радиолокационные станции — важнейший элемент новой морской войны. РЛС позволяли обнаруживать цели в условиях плохой видимости и вести стрельбу по данным дальномеров, работающих в режиме реального времени.
Но ключевой недостаток так и не был устранён: угол возвышения орудий главного калибра остался ограниченным. Это означало, что дальность стрельбы 381-мм орудий не превышала 21 км, в то время как новые линкоры других стран могли вести огонь на дистанциях свыше 30 км. Броня и корпус оставались прочными, но технологическое отставание росло.
Вторая Мировая: служба в тени новых угроз
С началом Второй Мировой Войны Royal Sovereign в сентябре 1939 года входил в состав Флота метрополии — основного оперативного соединения Королевского флота. Но уже вскоре его перевели в Средиземное море, где он принял участие в сражении при Пунта-Стило 9 июля 1940 года. Командующий Средиземноморским флотом адмирал Эндрю Каннингэм стремился навязать бой итальянским линкорам Giulio Cesare и Conte di Cavour. Однако из-за низкой скорости Royal Sovereign не смог сократить дистанцию, и противники разошлись, так и не вступив в решительное сражение.
Линейный корабль, некогда считавшийся краеугольным камнем морской мощи, теперь элементарно не мог догнать противника. Его роль неизбежно сместилась — вместо штурмовика он превратился в сопровождающий силовой элемент, прикрывающий конвои и служащий опорой для более подвижных соединений.
В 1940–1941 годах корабль сопровождал атлантические конвои, обеспечивая защиту от возможных вылазок германских линейных крейсеров. В 1942 году его временно передали Восточному флоту, базировавшемуся в Тринкомали (Цейлон), а затем — в Килиндини (Кения).
С сентября 1942 по сентябрь 1943 года Royal Sovereign прошёл капитальный ремонт в США. После месяца службы в Индийском океане его отправили в резерв.
Советская мечта о линейном флоте
Для Советского Союза, потерявшего к 1943 году значительную часть своих крупных надводных кораблей, идея получения хотя бы крупного линейного корабля воспринималась как необходимость. Правительство требовало от союзников компенсации за военные потери, в том числе через передачу боевых кораблей. Италия, вышедшая из Войны в сентябре 1943 года, должна была выплатить репарации, но её флот оказался недоступен для СССР из-за политических договорённостей.
Тогда союзники по Антигитлеровской коалиции предложили временную передачу собственных устаревших кораблей. Выбор пал и на Royal Sovereign — он был доступным, относительно исправным и имел внушительные размеры. Для Северного флота, чьи действия ограничивались действиями подводных лодок, эсминцев и конвоев, появление линейного корабля стало событием стратегического масштаба.
Подготовка к приёму началась заранее. 3 марта 1944 года нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов подписал приказ № 0062 о формировании специального отряда для принятия кораблей от союзников. Экипаж сформировался в Архангельске, откуда 28 апреля 1944 года моряки отправились на пароходе «Новая Голландия» в Великобританию.
Переход под советский флаг: рождение «Архангельска»
7 мая 1944 года советские моряки прибыли на военно-морскую базу Росайт, где стоял Royal Sovereign. За три недели до официальной передачи началась интенсивная работа: проверка механизмов, обучение экипажа, устранение выявленных дефектов. Корабль оказался в приемлемом состоянии, но обнаружились серьёзные проблемы — в частности, износ стволов 381-мм орудий и отсутствие фугасных снарядов. Советская сторона запросила замену лафетов и поставку боеприпасов, что было частично удовлетворено.
30 мая 1944 года в 11 часов 15 минут на мачте линейного корабля впервые взлетел советский военно-морской флаг. С этого момента Royal Sovereign перестал существовать как британский корабль. Он был переименован в «Архангельск» — в честь города, через который проходило большинство союзнических поставок, и стал первым и последним линейным кораблём, служившим в советском флоте в годы Второй Мировой Войны.
Первый и последний поход: от Скапа-Флоу до Ваенги
17 августа 1944 года «Архангельск» вышел в свой первый и единственный боевой поход — в составе конвоя JW-59 из Скапа-Флоу на Оркнейских островах в Ваенгу (ныне Североморск). Его сопровождали восемь эсминцев. По пути корабль подвергался нескольким атакам немецких подводных лодок. 19 августа линейный корабль впервые открыл огонь из главных орудий под советским флагом — по месту появления перископа.
23 августа, увеличив ход, «Архангельск» с эсминцами отделился от конвоя и пошёл впереди него, отражая новые атаки. По докладам, было атаковано пять подводных лодок, две из которых считались потопленными.
24 августа, пройдя 1880 миль, «Архангельск» благополучно прибыл в Ваенгу. Его прибытие вызвало настоящую тревогу в немецком командовании.
Реакция противника: операции «Бибер» и атаки в Кольском заливе
Появление линейного корабля на Северном флоте стало для Германии сигналом повышенной угрозы. Немецкое командование дважды направляло подводные лодки в Кольский залив для атаки «Архангельска» в сентябре 1944 года. Оба раза атаки были отражены системой береговой обороны и противолодочной авиацией.
Наиболее масштабной стала попытка января 1945 года. Три немецкие подводные лодки должны были буксировать шесть сверхмалых подводных лодок типа «Biber» прямо к рейду Североморска. Цель — атаковать «Архангельск» на якорной стоянке. Однако из-за многочисленных технических сбоев операция была прервана ещё до выхода в Баренцево море.
Этот эпизод показывает, насколько серьёзно воспринимался «Архангельск» как угроза. Даже в 1945 году, когда линейные корабли повсеместно уступали место авианосцам, немцы считали, что уничтожение одного такого корабля может изменить баланс сил на северном театре.
Жизнь в советском строю: учебные задачи и технический упадок
После прибытия в Ваенгу «Архангельск» больше не выходил в дальние походы. До конца Войны он оставался в Кольском заливе. Орудия главного калибра были применены ещё единожды — это был холостой залп в День Победы.
В 1945 году корабль совершил 40 ходовых суток и прошёл 2750 миль. В последующие годы активность резко снизилась: 19 ходовых суток в 1946 году (1491 миля) и 21 — в 1947 году (1826 мили).
Никаких заводских ремонтов за всё время пребывания в составе ВМФ СССР проведено не было. В 1947 году корабль сел на мель — подробности повреждений неизвестны, но, судя по всему, они не были критическими.
К 1949 году состояние «Архангельска» стало катастрофическим. По словам британских инженеров, осмотревших корабль, большая часть оборудования была непригодна к эксплуатации. Башни главного калибра уже не проворачивались - они были заклинены в срединном положении, что делало орудия практически бесполезными.
Возвращение и финал
15 января 1949 года «Архангельск» покинул Ваенгу. 4 февраля он прибыл обратно в Росайт — ту самую базу, где когда-то принимал советский флаг. Передача обратно Великобритании была формальностью: судьба корабля была решена.
Уже в мае 1949 года он прибыл в Инверкитинг, где начался процесс разборки на металл. Но его история на этом не закончилась. В 1950 году части его 15-дюймовых башен были использованы в строительстве 76-метрового радиотелескопа, получившего имя «Лавелл». Эти механизмы, созданные для поворота многотонных башен под огнём противника, оказались идеальными для точного наведения огромной антенны на звёзды.
Так завершилась эпоха: супердредноут, не успевший поучаствовать в великих сражениях своего времени, не сумевший стать боевым аргументом в советском флоте, нашёл второе рождение в науке. Его стволы молчали, но его механизмы продолжили служить — уже не флоту, а человеческому знанию.
С уважением, Иван Вологдин
Подписывайтесь на канал «Культурный код», ставьте лайки и пишите комментарии – этим вы очень помогаете в продвижении проекта, над которым мы работаем каждый день.
Прошу обратить внимание и на другие наши проекты - «Танатология» и «Серьёзная история». На этих каналах будут концентрироваться статьи о других исторических событиях.