Таким образом, второй брак королю Кальману был жизненно необходим. Евфимия прибыла в Венгрию, свадьба состоялась и … вдруг как молния на не таком уж и ясном небе, привожу полностью главу 149 (перевод взят у М.К. Юрасова):
«В год Господа 1112, умер … сын короля Калмана. Король взял вторую жену из Руси, которую, застав в грехе прелюбодеяния, не отпустил с жестоким безрассудством. Ибо он знал, что сказано в Писании: «Кого Бог соединил, того человек не разъединит». - то есть, без закона и без смысла. Поэтому он не отделил себя от нее, а закон отделил его от нее. Ее обвинило преступление, осудила вина, наказало злодеяние. Закон отослал ее в свою землю…»
К величайшему сожалению, в русских источниках нет ни слова о Борисе, сыне Евфимии. Да и о самой Рюриковне информации кот наплакал. Нет ничего об обстоятельствах и тем более причинах ее возвращения на родину и о жизни на Руси. Кроме строки о ее свадьбе, есть только записи в Лаврентьевской и Ипатьевской летописях о ее смерти и погребении: в первом источнике указан 1138 год, а во втором - 1139-ый.
Казалось бы, это совсем ни о чем, но автор статьи «К вопросу об адюльтере русской княжны Евфимии Владимировны», Н.Д. Николаева, только лишь на одной основе указанного места захоронения - в церкви Святого Спаса в Берестове, делает вывод, что … измена была! Почему? Потому что, как указывает автор статьи, при этом храме есть только еще два захоронения Рюриковичей - родного брата Евфимии, Юрия Долгорукого и его же сына Глеба Юрьевича. У обоих этих киевских князей были «трения» с местным населением, и в укрепленной княжеской резиденции в Берестове они были погребены в целях безопасности.
И здесь Н. Д. Николаева делает по моему скромному мнению, уж слишком смелый вывод - коли уж Евфимию похоронили в столь приватном месте, как и брата с племянником, то значит она совершила нечто неприемлемое с точки зрения средневековой русской морали (измена мужу, не иначе как), в более чтимом соборе ее поместить постеснялись или побоялись, опасаясь поругания. Так что по отечественным источникам пока, увы, всё.
Что же касается венгерских источников, то довольно запутанные и раздробленные сведения разных авторов, были объединены в «Композицию Венгерских хроник», составлять их в единое целое стал Мартин Кальти в 1358 году. Его труд более известен как «Венгерская Иллюстрированная хроника». И только там упоминается о браке короля Кальмана и в одной строке о прелюбодеянии его неназванной русской жены и отсылке ее к отцу и рождению сына Бориса. Далее повествуется о злоключениях самого Бориса Коломановича.
Уже в XV веке Янош Туроци (1435-1490) создает новый сборник «Хронику венгров», но по сути, до определенного периода, она основана на всё тех же списках «Иллюстрированной хронике» и ничего нового о временах правления короля Кальмана и его ближайших приемниках, не сообщает. Вот на этих двух источниках и базируется сам миф об измене русской княжны и рождении ее сына Бориса непонятно и неведомо от кого, но только не от мужа, короля Кальмана.
О Борисе есть информация у немецких, чешских, византийских авторах и даже у одного французского, но замечу, что нигде он не назван «незаконнорожденным», описывается его борьба за корону Святого Иштвана, как одного из многочисленных претендентов в венгерской истории. По сути, в своей базовой основе, в глазах других европейцев Борис мало чем отличался от … да того же герцога Альмоша. Если, конечно, не принимать во внимание его одержимость мечтой добыть вожделенную венгерскую корону.
Будучи первый раз призванным венгерской знатью, далее Борис Коломанович уже по собственной инициативе и воле, бросался на Венгрию, как бешеный волк то с одной, то с другой стороны, заручаясь поддержкой всех, до кого мог дотянуться. И вот парадокс - да, на самом деле, вопреки мифу и черной легенде он был не то чтобы первым законным наследником короны, а как минимум, законным претендентом, но его методы достижения власти…
Я буду честен и откровенен. Да, я считаю, что Борис - законный и фактический, подчеркиваю, сын короля Кальмана Книжника. Но вот имел ли он, хм, моральное право стать королем Венгрии после всего того, что наворотил - это уже другой вопрос. Однако, в первую очередь, необходимо разобраться с его законнорожденностью и опровергнуть миф о измене его матери Евфимии.
Но как освещается Борис Коломанович уже у наших отечественных историков изначально? Первым кто вообще «открыл» для широкого русского читателя Бориса Коломановича, был Василий Никитич Татищев. Увы, но сведения он черпал из западных источников порой без всякой оглядки и запутался беспощадно. В своей «Истории Российской» он называет Бориса «подложный сын Коломанов, рожденный от сестры Болеслава польского».
Да, ведь в венгерских хрониках не было названо имя Евфимии и вплоть до XVIII века венгерские историки сами не могли ее идентифицировать. Как раз в XVIII веке западные авторы получили доступ к русским летописям. Но и здесь идентификация матери Бориса Коломановича пошла чуть в сторону, изначально женой короля Кальмана сочли княжну Предславу Святополковну. Опять не обошлось без Василия Татищева, который до невозможности запутал вопрос, за кого же выдавали замуж Предславу.
Далее за описание истории Бориса берется Карамзин, но не высказывает своего отношения к вопросу законности происхождения. Что же касается венгерских историков, то еще к середине XVIII века они неукоснительно придерживались официальной версии о незаконнорождённости Бориса. Однако, уже к концу XVIII столетия ведущие венгерские специалисты усомнились в этом и стали склонятся к версии, согласно которой Борис был наречен «самозванцем» и бастардом только лишь в угоду политической конъюнктуре.
И уже за середину XIX века, в 1876 году, наконец, появилась первая, обобщающая работа, развенчивающая «черную легенду» Бориса Коломановича и опровергающая миф о его бастардстве. Ее автором стал малоизвестный польский историк (австро-венгерский подданный) Казимеж Горский.
И вот, казалось бы, еще в XIX веке был дан ответ на вопрос - был ли Борис Коломанович настоящим сыном короля Кальмана. Да, был. Уже в наше время все серьезные историки, как венгерские, занимавшиеся этой темой - Ференц Макк, Марта Фонт, так и наши отечественные - М.К. Юрасов, и другие - придерживаются того же принципиального мнения. Разночтения и толкования идут лишь по отдельным эпизодам истории Бориса, например - являются ли Борис Коломанович и упоминаемый в той же «Иллюстрированной хронике» ишпан Борш, одним и тем же человеком? Или - кто именно из русских князей (безымянных в венгерских источниках) помогал Борису в его борьбе за корону?
Не совсем мне понятна позиция в этом вопросе А.В. Назаренко, одного из ведущих специалистов по Древней Руси и, в частности, по отношениям русских княжеств с Венгрией. Дело в том, что единственный доступный на русском языке перевод «Иллюстрированной хроники», представлен на сайте «Восточная литература» как раз за его авторством. К сожалению, указанный перевод дан с громадными сокращениями, так что волей-неволей приходится обращаться к венгерской версии, которая в открытом доступе также есть. (Увы, первую часть хроники Яноша Туроци, я не нашел ни в каком виде, может быть кто-нибудь из читателей подскажет).
Казалось бы, в таком случае наибольшую ценность чем сам текст перевода должны представлять комментарии и примечания переводчика. Но вот они-то и ставят в тупик - А.В. Назаренко, такое впечатление, полностью согласен с хроникой в вопросе неверности Евфимии. Например, касательно «обиды» короля Кальмана на Русь (при каких именно обстоятельствах высказывалась эта обида, обсудим позже) имеется примечание:
«Что за «обида» имеется в виду, неясно. Быть может, в Киеве Бориса официально провозгласили сыном Кальмана? Или Владимир Мономах пытался как-то отомстить за обиду дочери?»
Обидеться на признание своего сына законным, венгерский король мог только в том случае, если сам считал иначе. То есть, именно на этой позиции и стоит обсуждаемый историк?
А вот цитата из его же статьи «Зело неподобно правоверным. Межконфессинальные браки на Руси в XI-XII веках»:
«Владимир Мономах спустя четверть века действовал точно так же, выдав в 1112 г. свою дочь Евфимию за венгерского короля Кальмана. Правда, брак оказался неудачным: вскоре Евфимия Владимировна была обвинена в супружеской неверности и вернулась на Русь, где родила сына Бориса, который впоследствии длительное время выступал в качестве претендента на венгерский престол».
Судя по всему, А.В. Назаренко поддерживает положения старых венгерских хронистов, игнорируя других отечественных историков, а также современных венгерских. Но при этом в монографии М.К. Юрасова он не заявлен, как принципиальный оппонент, полемика идет лишь по побочным вопросам. Исходя из вышеприведенным цитат, А.В. Назаренко, во-первых, придерживается мнения (по крайней мере мне остается сделать такой вывод), что обвинения против Евфимии были выдвинуты лично самим королем Кальманом. А, во-вторых, не спешит в этих обвинения усомниться и не находит в них ничего странного.
Таким образом, возможно отталкиваясь от мнения историка А.В. Назаренко, Википедия всех версий талдычит о том, что Борис был бастардом, да еще и «самозванцем» почему-то. Что же, оставлю пока Википедию в покое и попробую разобраться - как же так получилось, что Бориса объявили незаконнорожденным и почему это не так.
Продолжение следует …
*****
Поддержать автора: 2202 2053 7037 8017