Стас первым протянул руку к коробке, но пальцы его дрожали. Он взял кольцо и посмотрел на Таню.
— Таня, я не могу встать на колено, как положено при предложении. Не могу дать тебе многого из того, что даёт обычный мужчина. Но я могу дать тебе всю свою любовь. Всего себя. Навсегда.
Его голос сорвался.
— Будешь моей женой? По-настоящему на этот раз?
Таня смотрела на кольцо в его руке, потом на умирающего Ивана Петровича, потом в глаза Стасу.
— Да, — прошептала она. — Буду.
Кольцо легло на палец, вытесняя дешёвое из ЗАГСа. Таня взяла второе кольцо и надела его Стасу.
— А я буду твоим мужем. Несмотря ни на что.
Иван Петрович улыбнулся и закрыл глаза:
— Теперь я могу спокойно уходить...
Прощание
Иван Петрович умер на рассвете. Тихо, во сне, держа руку сына.
Стас плакал, как маленький мальчик, а Таня гладила его по волосам, не находя слов утешения.
— Он так хотел увидеть нас счастливыми, — всхлипывал Стас. — А я столько лет злился на него...
— Он знал, что ты его любишь. И он нас благословил.
— Таня, а что теперь? Что с нами будет?
Она присела рядом с его коляской:
— А что ты хочешь, чтобы было?
— Хочу, чтобы мы были семьёй. Настоящей. Хочу усыновить Лизу официально. Хочу, чтобы ты носила моё имя с гордостью, а не со стыдом.
— Но люди будут говорить...
— Пусть говорят. А мы будем жить.
Новое начало
Похороны прошли достойно. Весь город пришёл проститься с Иваном Петровичем. И все видели, как его сын и невестка держатся друг за друга.
Алина тоже пришла. Подошла к Стасу после церемонии:
— Стас, мне жаль...
— Спасибо.
— И... прости меня. За всё.
Стас посмотрел на Таню, которая стояла рядом с его коляской, поддерживая руку на его плече.
— Я не злюсь, Алина. Даже благодарен. Если бы не ты, я бы никогда не понял, что такое настоящая любовь.
Испытание слухами
Первый месяц после похорон был тяжёлым. Город гудел от сплетен. Кто-то говорил, что Таня специально соблазнила инвалида ради денег. Кто-то сочувствовал Стасу, попавшему в руки хитрой авантюристки.
Но хуже всего было, когда сплетни дошли до Лизы.
— Мам, а что такое "содержанка"? — спросила девочка, придя из садика со слезами.
Таня побледнела:
— Где ты это слышала?
— Тётя Света маме Кати сказала, что ты содержанка папы Стаса. А мама Кати сказала, что это нехорошо.
Стас въехал в комнату как раз в этот момент.
— Лиза, иди ко мне, — сказал он, и девочка забралась к нему на колени.
— Солнышко, знаешь, что такое семья?
— Знаю. Это когда любят друг друга.
— Правильно. А когда люди любят друг друга, неважно, что говорят другие. Важно только то, что чувствуют сами.
— А вы с мамой любите друг друга?
— Очень сильно.
— Тогда всё хорошо! — Лиза обняла его за шею.
Первая близость
В тот вечер, когда Лиза заснула, Стас и Таня долго сидели в тишине.
— Может, нам действительно стоит развестись? — наконец сказала Таня. — Ради Лизы. Чтобы её не травмировать сплетнями.
— Ты этого хочешь?
— Я хочу, чтобы ей было хорошо.
— А мне? Разве я не заслуживаю счастья?
Таня посмотрела на него:
— Стас, ты уверен, что со мной ты счастлив? Честно?
Вместо ответа он подъехал к ней ближе и взял её руки в свои:
— Таня, после аварии я думал, что никогда не смогу быть настоящим мужчиной. Что никого не смогу сделать счастливой.
— Но ты можешь...
— Могу. Но боюсь. А вдруг не получится? А вдруг разочарую тебя?
Таня опустилась на колени перед его коляской и положила руки ему на плечи:
— Стас, мне не нужен герой-любовник. Мне нужен ты. Весь, какой есть.
Он наклонился и поцеловал её так, что у неё закружилась голова.
— Тогда пойдём в нашу спальню, — прошептал он. — В настоящую нашу спальню.
Утро после
Таня проснулась на плече у Стаса, чувствуя себя по-настоящему женой впервые за все месяцы брака.
— Доброе утро, миссис Петрова, — улыбнулся он, целуя её в макушку.
— Доброе утро, мистер Петров.
— Не жалеешь?
— О чём?
— О том, что связала жизнь с инвалидом.
Таня приподнялась и посмотрела ему в глаза:
— Стас, ты не инвалид. Ты мой муж. И если кто-то этого не понимает — это их проблемы, не наши.
В дверь постучали:
— Мам, папа Стас, завтрак готов! Я сама делала!
Они рассмеялись.
— Кажется, наша дочь требует внимания, — сказал Стас.
— Наша дочь, — повторила Таня, и эти слова прозвучали как музыка.
Год спустя
Прошёл ровно год с того дня, как Иван Петрович сделал Тане своё странное предложение. Лиза полностью выздоровела, Стас начал заниматься благотворительностью, помогая инвалидам.
А Таня... Таня была беременна.
— Ты уверен? — спросила она врача на УЗИ. — Всё в порядке?
— Абсолютно. Здоровый малыш. Поздравляю!
Дома Стас ждал результатов обследования с волнением.
— Ну что? — спросил он, когда она вошла.
— А как ты относишься к тому, чтобы у Лизы появился братик?
Стас замер, потом медленно улыбнулся:
— Серьёзно?
— Серьёзно.
Он подъехал к ней и обнял за талию:
— Значит, отец был прав. Главное — дать любви шанс.
За окном шёл снег, а в доме было тепло. И никого больше не интересовало, как начиналась эта история. Важно было только то, во что она превратилась.
В настоящую любовь.
Эпилог
Пять лет спустя
— Мам, расскажи, как ты познакомилась с папой? — спросил четырёхлетний Даня, забираясь на кровать между родителями.
— Это долгая история, — улыбнулась Таня.
— А я хочу услышать! — подключилась десятилетняя Лиза.
Стас обнял жену и детей:
— Хорошо. Жила-была девочка, которая очень любила свою дочку...
— Это про меня! — захихикала Лиза.
— И был один грустный мужчина, который думал, что никого никогда не полюбит...
— А потом? — нетерпеливо спросил Даня.
— А потом они встретились. И поняли, что иногда самые невероятные истории становятся самыми счастливыми.
Таня посмотрела на мужа и сына, потом на дочь, и подумала, что дедушка Иван Петрович был прав.
Главное — дать любви шанс.