Звук пощечины эхом прокатился по гостиной, заставив всех замолчать. Моя щека пылала, но я не сдвинулась с места. Просто смотрела на Зинаиду Михайловну — свою свекровь, которая только что ударила меня перед восемью гостями.
— Я же говорила тебе — салфетки должны быть глаженые! — прошипела она, тряся пальцем у моего лица. — Посмотри, что ты подала на стол! Это же позор для всей семьи!
Гости опустили глаза. Кто-то нервно покашливал, кто-то рассматривал узор на скатерти. Только моя золовка Вера злорадно улыбалась из угла комнаты. Она всегда наслаждалась моими унижениями.
Я готовила этот праздничный ужин три дня. День рождения Зинаиды Михайловны — священное событие в нашей семье. Меню планировалось неделями, сервировка обсуждалась до мелочей. И все равно что-то оказалось не так.
— Зина, может, не стоит... — робко начала соседка Людмила Ивановна.
— Не встревайте! — оборвала ее свекровь. — Я воспитываю невестку. Надо же ей объяснить, как принято вести себя в приличной семье.
Мой муж Андрей сидел за столом, изучая содержимое тарелки. Даже не поднял головы, когда его мать меня ударила. За пять лет брака он ни разу не заступился за меня. Ни разу.
— А вот у Веры муж понимает, что значит уважение к старшим, — продолжала Зинаида Михайловна, гладя дочь по плечу. — Видите, какая у нее брошка? Настоящие бриллианты подарил на мой день рождения. А эта даже нормально стол накрыть не может.
Я прикоснулась к пылающей щеке и медленно кивнула.
— Вы правы, Зинаида Михайловна. Действительно, я многого не понимаю в семейных традициях.
Она удовлетворенно хмыкнула.
— Наконец-то дошло. Иди перегладь салфетки и не позорь нас больше.
— Конечно, — я направилась к двери. — Только сначала покажу вам кое-что интересное.
Свекровь удивленно подняла бровь.
— Что еще за глупости?
— Подождите минутку. Это касается всех присутствующих.
Я прошла в спальню и открыла платяной шкаф. За стопкой постельного белья лежала небольшая коробка. Мои пальцы дрожали, когда я брала ее в руки. Пять лет я ждала этого момента.
Вернувшись в гостиную, я поставила коробку на праздничный стол. Все смотрели на меня с недоумением.
— Что это такое? — спросила Зинаида Михайловна.
— Семейная реликвия, — улыбнулась я. — То, что помогает лучше понять наши отношения.
Андрей наконец поднял голову. В его глазах мелькнуло беспокойство.
— Катя, что ты делаешь?
— Показываю, какая я плохая хозяйка, — открыла я коробку. — Вот, посмотрите.
Внутри лежал диктофон. Старый, но рабочий. Красная лампочка мигала, показывая, что запись идет уже два часа.
— Зачем тебе диктофон? — спросила золовка, и в ее голосе появились нотки тревоги.
— Для памяти, — пояснила я. — Понимаете, у меня ужасная память. Постоянно забываю, что именно говорит мне Зинаида Михайловна. Вот и решила записывать наши семейные разговоры.
Повисла тишина. Свекровь смотрела на диктофон, как на змею.
— Сколько времени ты это делаешь? — тихо спросил Андрей.
— О, уже года два, наверное. У меня дома целая коллекция. Хотите послушать несколько записей?
Я нажала кнопку воспроизведения. Из динамика донесся знакомый голос Зинаиды Михайловны:
«Скажи своей дуре, пусть не смеет больше готовить борщ без сметаны! И вообще, когда ты наконец разведешься с этой неумехой? Я тебе Светкину дочку присмотрела — золото, а не девка!»
Лицо свекрови стало пунцовым. Гости переглядывались, не зная, куда деть глаза.
— Выключи это немедленно! — прошипела она.
— Но почему? — удивилась я. — Мне так нравится слушать ваши советы. Вот, например, этот разговор от прошлого месяца...
Другая запись. Голос Зинаиды Михайловны звучал еще злее:
«Андрюша, а что, если мы подсыплем ей что-нибудь в еду? Ну, чтобы желудок расстроился перед важным совещанием на работе? Пусть знает, как матери мужа грубить!»
Людмила Ивановна ахнула и прижала руку к груди. Остальные гости замерли.
— Это... это монтаж! — закричала свекровь. — Она все выдумала!
— А вот и нет, — покачала я головой. — У меня есть еще кое-что интересное.
Я достала из коробки флешку.
— Видеозаписи тоже имеются. Помните, как вы выливали мой борщ в раковину, пока меня не было дома? Или как портили мою одежду? Камеры такие маленькие сейчас делают...