Света смотрела на свечи. Красивые, восковые, с запахом ванили. Купила утром специально. Алёша должен был прийти в семь, дети у бабушки до завтра. Идеальный вечер для двоих.
— Наконец-то, — прошептала она и достала из духовки мясо.
Телефон зазвонил резко. На экране высветилось «Тамара Павловна».
— Алло?
— Света! Что ты там делаешь?
— Готовлю ужин, Тамара Павловна. А что?
— Какой ужин? — голос свекрови стал жёстче. — Ты понимаешь, сколько денег тратишь на эти глупости?
Света посмотрела на стол. Мясо, салат, вино. Обычный ужин же.
— Это не глупости...
— Хватит тратить время на ерунду! Тебе нужно работать больше, а не баловаться романтикой. Алёша мне сказал, что вы еле концы с концами сводите.
— Но сегодня суббота...
— И что? Деньги сами себя не заработают. Иди лучше подработку ищи на выходных.
Света почувствовала, как внутри всё сжимается. Ну как так-то? Один вечер для себя нельзя устроить?
— Тамара Павловна, я хотела...
— Ничего ты не хотела! Вот я в твоём возрасте после смерти мужа двух детей одна поднимала. И не ныла.
Дверь хлопнула. Алёша пришёл.
— Привет, — он поцеловал её в щёку и заметил свечи. — Это что за театр?
— Ужин приготовила...
Света показала на телефон. Алёша понял и взял трубку.
— Мам? Да, я дома. Что? Ага... Нет, конечно. Света, мама права. Сейчас не до романтики.
Мир рухнул. Совсем. Света выключила плиту и задула свечи. Мечты о прекрасном вечере превратились в пепел за пять минут.
— Лёш, но я так старалась...
— Пойми, нам правда нужны деньги. Ипотека, дети, машина сломалась. А ты тут свечки зажигаешь.
— Но один раз можно же...
— Мама всю жизнь работала. Никогда не жаловалась. А ты что, особенная?
Света смотрела на него и не узнавала. Когда он стал таким? Или всегда был, а она не замечала?
— Особенная... — повторила она тихо.
Тамара Павловна продолжала говорить в трубке. Алёша кивал и поддакивал. А Света убирала со стола свой идеальный ужин и думала: когда же она стала не особенной? Когда перестала быть важной в собственной жизни?
Понедельник начался с телефонного звонка в половине седьмого утра.
— Света! Ты уже встала?
Тамара Павловна. Конечно.
— Встала, — соврала Света, выползая из кровати.
— Хорошо. Слушай внимательно. Мише нужны деньги на секцию карате. Пять тысяч в месяц.
— Но у нас сейчас нет...
— Найдёшь. Ещё Настя просится на танцы. Это семь тысяч. Итого двенадцать. Плюс им обувь нужна, форма...
Света считала в уме. Зарплата, коммуналка, еда, ипотека. Остаётся копейки.
— Тамара Павловна, может, пока одну секцию?
— Что значит одну? Дети должны развиваться! Иди подработку ищи.
— Где?
— А я откуда знаю? В выходные кассиром, по вечерам что-нибудь. Главное — деньги нужны.
Света посмотрела на Алёшу. Он делал вид, что спит.
— Хорошо, поищу, — сказала она и отключилась.
Две недели спустя Света работала в магазине по субботам и воскресеньям. Плюс вечерами делала отчёты на дому для чужой фирмы. Спала по пять часов, выглядела как зомби.
— Мам, ты что, больная? — спросила Настя.
— Устала просто.
— А почему папа не работает больше?
Хороший вопрос. Почему?
— Папа и так много работает.
Но это была неправда. Алёша приходил в шесть, ужинал, смотрел телевизор. А она торчала за компьютером до полуночи.
В четверг позвонила свекровь опять.
— Света, мне ванну поменять нужно. Поможешь найти мастеров?
— Конечно.
— И заплатишь. У меня пенсия маленькая.
— Сколько это стоит?
— Тысяч тридцать, наверное.
У Светы потемнело в глазах. Тридцать тысяч! Где она их возьмёт?
— Тамара Павловна, но у нас самих денег нет...
— Как нет? Ты же подрабатываешь теперь.
— Эти деньги на детей идут...
— А я что, чужая? Я Алёшину маму всю жизнь растила, а теперь что, бросить её?
Света хотела сказать: «А меня кто растил?» Но промолчала.
— Хорошо, найду деньги.
Вечером она попросила в банке кредит. Менеджер посмотрела на её справки и покачала головой.
— При ваших доходах максимум пятнадцать тысяч.
— А если под залог квартиры?
— Тогда можно больше. Но рискованно очень.
Света подписала документы. Руки дрожали, но что делать? Семья важнее.
Дома Алёша смотрел футбол.
— Лёш, я кредит взяла.
— Зачем?
— Твоей маме ванну менять.
— А, ну правильно. Она старенькая уже.
— А если мы не сможем платить?
— Сможем. Ты же работаешь теперь много.
Она посмотрела на него. Он даже не поднял глаза от телевизора. Просто уверен: она справится. Всегда справляется.
— Лёш, может, ты тоже подработаешь?
— У меня и так работы полно.
— Но мне тяжело одной...
— Мам всегда одна справлялась. И ты справишься.
Опять мама. Всегда эта мама! Света пошла на кухню и заплакала над посудой. Тихо, чтобы никто не слышал. А внутри рос вопрос: когда это кончится? Когда она перестанет тянуть всех на себе?
Пятница. Света сидела на работе и считала деньги в телефоне. Кредит, ипотека, секции, еда. Минус двадцать тысяч. Как так получилось?
Телефон завибрировал.
— Света, это я. Слушай, мне завтра помочь нужно.
Тамара Павловна, естественно.
— С чем помочь?
— Ванну-то поменяли, теперь плитку класть надо. Ты завтра свободна?
Света посмотрела в календарь. Суббота. Она планировала поспать до десяти первый раз за месяц.
— Тамара Павловна, я очень устала...
— Устала? А кто не устаёт? Мне шестьдесят два года, я тоже устаю. Но дела никто за меня не сделает.
— Но у меня выходной...
— Выходной! У семьи выходных не бывает. Приезжай к девяти, плиточника встретим.
Света закрыла глаза. В голове стучало: «Не могу больше, не могу, не могу».
— Хорошо, приеду.
Вечером дома она рассказала Алёше.
— Лёш, может, ты к маме поедешь? А я дома останусь, с детьми время проведу.
— Не могу. Завтра с Серёгой на рыбалку договорились.
— На рыбалку? А мама?
— Мама тебя попросила, не меня.
— Но она твоя мама!
— И что? Ты же невестка, твоя обязанность помогать старшим.
Света уставилась на него. Обязанность! Когда она согласилась на эти обязанности?
— А мои обязанности передо мной самой где?
— О чём ты?
— Когда я последний раз просто отдыхала? Когда мы с тобой куда-то ходили? Когда я книгу читала?
Алёша пожал плечами.
— Взрослые люди не только отдыхают. Семья — это ответственность.
— Твоя какая ответственность? Ты работаешь, приходишь домой, ужинаешь, телевизор смотришь. И всё!
— А что не так? Я деньги зарабатываю.
— И я зарабатываю! Больше тебя сейчас! Плюс дом веду, плюс детьми занимаюсь, плюс твою маму обслуживаю!
— Ты кричишь.
— Конечно, кричу! Потому что устала!
Настя выглянула из комнаты.
— Мам, пап, вы чего ругаетесь?
— Ничего, дочка, — сказала Света. — Всё хорошо.
Но ничего хорошего не было.
Суббота прошла в ремонте. Света держала плитку, носила раствор, убирала мусор. Тамара Павловна командовала:
— Не так! Аккуратнее! Быстрее!
В два часа дня Света почувствовала: что-то внутри сломалось. Окончательно.
— Тамара Павловна, я домой.
— Как домой? Мы ещё не закончили!
— Я больше не могу.
— Что значит не можешь? Работа есть работа!
— Это не моя работа! — Света повысила голос. — Это ваша квартира, ваш ремонт!
— Ты что себе позволяешь?
— Позволяю себе сказать правду! Я устала! Я работаю семь дней в неделю! Я забыла, как это — просто полежать на диване!
Тамара Павловна побледнела.
— Алёша узнает, как ты со мной разговариваешь!
— Пускай узнает! Мне всё равно!
Света взяла сумку и вышла. На улице дрожали руки, сердце колотилось. Что она наделала? Сорвалась на свекровь! Алёша убьёт.
Но странное дело — внутри стало легче. Впервые за месяцы.
Дома Алёша уже ждал. Лицо мрачное.
— Мама звонила.
— И что?
— Рассказала, как ты на неё накричала.
— Не накричала. Сказала правду.
— Какую правду? Она старый человек, ей нужна помощь!
— А мне что, помощь не нужна? Я робот, что ли?
— Ты здоровая молодая женщина...
— Которая больше не может! — Света почувствовала, что сейчас заплачет. — Понимаешь? Не могу больше работать за всех, решать проблемы за всех, жить для всех!
— А для кого тогда?
— Для себя иногда! Хотя бы иногда!
Алёша смотрел на неё, как на сумасшедшую.
— Ты о чём говоришь вообще?
И тут Света поняла: он правда не понимает. Совсем.
Утром в понедельник Света подала заявление на отпуск.
— Без сохранения зарплаты? — удивилась начальница. — На две недели?
— Да. Мне нужно подумать.
— О чём?
— О жизни.
Дома Алёша читал новости на телефоне.
— Я беру отпуск, — сказала Света.
— Зачем? Денег и так не хватает.
— Затем что я устала.
— Все устают. Терпят.
— А я больше не буду терпеть.
Она достала телефон и набрала номер детского лагеря.
— Алло? Да, у вас есть места на две недели? Двое детей. Хорошо, завтра привезу.
Алёша поднял голову.
— Ты что делаешь?
— Отправляю детей в лагерь.
— На какие деньги?
— На те, что я заработала по выходным.
— А мы на что жить будем?
— Ты будешь жить на свою зарплату. А я поеду к морю.
Алёша встал.
— Ты сошла с ума?
— Наоборот. Пришла в себя.
Света открыла ноутбук и зашла на сайт санатория. Путёвка на десять дней. Дорого, но она заслужила.
— Света, остановись! Подумай о семье!
— Я только о семье и думала. Пять лет. Хватит.
— А мама? Ей помощь нужна!
— Поможешь сам. Ты же её сын.
— Но у меня работа!
— У меня тоже работа. И дом. И дети. И вас всех.
Она нажала кнопку «оплатить». Карта приняла платёж.
— Всё, билет куплен. Завтра увожу детей в лагерь, послезавтра лечу в Сочи.
Телефон зазвонил. Тамара Павловна.
— Света, что за истерики? Алёша рассказал...
— Никаких истерик. Просто отдыхаю.
— Как отдыхаешь? А дом? А дети?
— Дети в лагере. Дом пусть Алёша убирает.
— Но ты же женщина! Твоя обязанность...
— Мои обязанности теперь только перед собой.
Света отключила телефон.
Десять дней в санатории прошли как сон. Света спала до обеда, ходила на процедуры, читала книги. Впервые за годы. Телефон молчал — она его выключила.
Вернулась загорелая, отдохнувшая. Дома бардак, в раковине гора посуды.
— Как дела? — спросила у Алёши.
— Плохо. Мама каждый день звонит, ругается. Дети из лагеря жалуются, что скучно. А я не успеваю ничего.
— Понятно.
Света села за кухонный стол.
— Лёш, слушай внимательно. Теперь будет по-другому.
— Как по-другому?
— Работать буду только на основной работе. По выходным отдыхать. С детьми гулять.
— А деньги?
— А ты найдёшь подработку.
— Но я и так устаю...
— А я не устаю? Теперь пополам всё. Работа, дом, дети, твоя мама.
— Мама меня убьёт...
— Не убьёт. Поймёт, что сын вырос.
Алёша молчал. Потом кивнул.
— Ладно. Попробуем.
Через месяц Света встретила подругу в магазине.
— Кать, ты классно выглядишь! Что случилось?
— Ничего особенного. Просто стала жить для себя тоже.
— Как это?
— А очень просто. Поняла, что я не последняя в своей жизни.
Дома Алёша мыл посуду, а Тамара Павловна сидела на кухне и учила внуков математике.
— Света, спасибо, — сказала свекровь неожиданно.
— За что?
— За то, что научила нас заботиться друг о друге по-настоящему. А не только брать.
Света улыбнулась и пошла в ванну. Принимать вечернюю ванну с пеной стало её новой традицией. Для себя.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- вас ждет много интересного!
Советую почитать: