Они сидели на железнодорожном вокзале, в огромном, гулком зале ожидания. Можно было пройти в приватный зал – туда пускали тех, кто мог предъявить билет, и разрешали пройти даже бесплатно. Там были и кресла, обтянутые кожей, и два телевизора под потолком работали круглые сутки. Верочке хотелось устроиться поуютнее, она сходила туда на разведку, но быстро вернулась и сказала со смущенной гримаской:
- Там эти… Там бомжики спят…
- Как они туда пробрались? – удивился Саша, - Вроде на входе должен сидеть человек, который проверяет билеты…
Верочка пожала плечами:
- Может, он их пустил потому, что … пожалел. Рано, народу почти нет…
Сама она немилосердно зевала, прикрывая рот ладошкой. Катерина отметила ее нежные как у ребенка руки со свежим маникюром. Каждый ноготь – произведение искусства.
Наверное, при взгляде со стороны их группа – двое парней и две девушки с рюкзаками – выглядела как молодежь, собравшаяся в поход. И никто бы не догадался, что сегодня они впервые встретились - все четверо, и теперь им предстояло оценить друг друга и притереться так, чтобы стать командой.
Верочка всех разглядывала, чем раздражала Катерину, предчувствовавшую, что с этой девицей будут проблемы.
Как оценивающе Верочка задержала взгляд на Дмитрии – на его лице крупной лепки, на мускулистых руках…
А тот в свою очередь несколько минут понаблюдав за Верочкой, почти беззвучно спросил у сидевшей рядом подруги:
- Ей обязательно ехать с нами?
Катерина пожала плечами со сдерживаемым раздражением – мол, что я могу поделать? Без Александра этой экспедиции не было бы вовсе, и если он взял с собой эту фифу – то пусть сам с ней разбирается. Но по опыту Катерина знала – если фифы влипают в неприятности (а они обязательно влипают) – разбираться с их проблемами приходится всем.
Знай Катерина, что с ними поедет Верочка – еще неизвестно, согласилась бы она на эту авантюру.
Взять хоть вещи. Видно, что трое из четверки – опытные путешественники, и у них с собой то, без чего никак нельзя обойтись в походе. У Катерины вообще полрюкзака занимает аптечка, и в ней такие вещи, какие «в мирное время» она бы с собой не взяла. Во всяком случае «Набор для оказания первой помощи при укусах змей». А у этой … дамы… замшевый рюкзачок, в который хорошо если поместятся косметика и сотовый телефон, и еще сумка на колесиках- зато эта кладь размером едва ли не в человеческий рост. Кто ее будет тащить?
Катерина знала, что сначала они остановятся где-то в туристическом приюте. Может, Саша поймет, что фифе нечего делать в серьезной экспедиции, и оставит ее там, на базе – общаться с лошадками и ждать возвращения путешественников? Остается только надеяться.
Никогда не отдыхающий вокзал жил своей жизнью.
И только на усталых лицах служащих можно было заметить следы бессонной ночи. Верочка еще раз зевнула и подняла глаза на часы. Большие, электронные, они висли над табло, где сменялась информация о прибытии и отправлении поездов.
- Еще почти час ждать…. Может быть, выпьем кофе?
Решили не брать напитки «на вынос», а посидеть в маленьком вокзальном кафе. Вскоре вся четверка устроилась за столиком.
Верочка мелкими глотками пила очень крепкий кофе. Остальные заказали чайник с чаем, и Катерина невольно стала греть о чашку руки. На вокзале было не жарко, но она отчего-то мерзла сильнее остальных.
Единственное, что связывало сейчас всех четырех – так это предстоящее нелегкое путешествие. Поэтому говорить они могли только о нем.
- Игорь сказал, что часть пути мы проедем на лошадях, во всяком случае – от одной базы до другой…
Чувствовалось, что Александру хотелось разложить карту тут же, на столе, но слишком мал был столик – еле хватало место чашкам и чайнику.
- Все умеют верхом? – Дмитрий сделал вид, что оглядывает собравшихся, но на самом деле было ясно, кому предназначен вопрос.
Александр только дернул плечом – мол, о чем спрашиваешь. Катерина молчала – она знала, что другу не нужен ее ответ. Димка в курсе, что она уже побывала в нескольких конных походах.
Повисла короткая пауза.
- Я каталась даже на страусах, – надменно сказала Верочка.
- Это где? – заинтересовался Александр, она ему об этих своих подвигах не рассказывала.
- Когда ездила в ЮАР…Между прочим – это не лошадь, а куда круче… Потому что страус думать не умеет. Он видит перед собой даль – и несется туда со всей ду-ри. Повернет голову – увидит другую даль – и айда туда. Хорошо, что я каталась в вольере. Там далей нет, везде решетка. Страус – не лошадь, у него мозги - размером с его глаз…
Катерина хотелось сказать: «Как у тебя». Но она промолчала и в очередной раз выразительно посмотрела на Александра. Однако его сейчас занимало другое.
- Вторая база – на границе Черной Пади, - продолжал он, - Для туристов это – конечная точка, они оттуда возвращаются обратно. А вот едут туда не просто так - они именно эту Падь хотят посмотреть. Но далеко их не пускают – гиды водят так… по окраинке.
- Но это же просто участок леса? – Дмитрий хорошо помнил карту, после первого своего разговора с Александром – он подолгу просиживал над не. Память у него была отменная – закрыв глаза, он мог бы представить карту по всех подробностях. И Черная Падь его не насторожила – вокруг населенные пункты мелкие деревушки… Вряд ли люди стали бы селиться тут, если бы место было по-настоящему опасным. Скорее всего – просто приманка для туристов, зловещее название – из той же оперы. Наверняка и парочка соответствующих легенд имеется – исключительно для того, чтобы народ напугать.
Дмитрий вспомнил, как его наставник, Олег Зорькин, когда -то привел ребят в заброшенные штольни. Он не хотел их туда вести, так получилось. Они вообще-то шли к Каменной Чаше, далекому роднику, возле которого – по преданиям – когда-то видели святого Николая.
День выдался на редкость жарким, и, хотя мальчишки – народ выносливый, самый маленький из их отряда – Мишка Гриднев – пожаловался, что у него «в глазах темно».
Тогда Олег резко сменил маршрут и повел их в штольни. Судя по старым схемам - тянулись они под землей на десять километров, но давно уже их нельзя было пройти полностью, так как выработку забросили, и не раз уже с тех пор случались обвалы, обрушившиеся камни преграждали дорогу.
Но как же блаженно было – из знойного дня шагнуть под защиту горы, самых ее недр, в холодный полумрак. У входа было что-то вроде просторных каменных залов, правда тут попадались коровьи лепешки. Здесь – в стороне от лепешек – и устроились.
- А что вы думаете, - сказал Олег, - Скот тут тоже от жары укрывается.
Немножко передохнув, мальчишки заинтересовались каменными ходами, полными мрака. Они уводили в глубины горы – и поди, не заблудись! Понятно, что Олег встревожился, хотя внешне этого не показал. Но тут же рассказал – и выдал при этом за правду, - что бродит в глубине штолен Черный Альпинист. Предал его когда-то друг, бросил раненого в глубинах подземелья, чтобы остаться с его девушкой. С тех пор Черный Альпинист ходит там, подстерегая неосторожных, отделившихся от группы путников, чтобы заманить их туда, откуда нет выхода. Так мстит он теперь всем людям подряд, не разбирая уже, кто ему друг, а кто враг.
Расскажи эту историю Олег в уютной «кают-компании» их клуба реконструкции – ребята бы только похихикали, и наперебой стали демонстрировать свою лихость. Мол, да мы сейчас… Подстережем! Сфотографируем! Сами его напугаем… Но здесь, где тьма дышала в лицо – не было места пустословию. Наоборот, все как-то попритихли, и никто же не рвался быть героем.
Наверное, Олег, если работает сейчас там же – до сих пор использует такие приемчики.
Дмитрий не бывал в тех краях уже много лет.
- Лес-то там, лес…, - Александр пояснял, точно извинясь, что ни в чем не может быть уверен, - Но в нем время от времени пропадают люди…Началось это больше ста лет назад – а, может, и раньше – просто не осталось записей…
- Есть конкретные примеры, или всё по типу: «Я слышал, как один мужик рассказывал…»?
- Пропадали, в основном крестьяне, да… Иногда группами, вместе с телегами и лошадьми…
- Но это уже чистая сказка. Наверняка эти люди просто переезжали на другое место. И хотели держать свой отъезд в тайне.
- Как бы там ни было, но случаи такие повторялись – и, в конце концов, была проложена другая дорога, которая забирала в обход, но через лес не шла. И всё прекратилось.
- И туристы хотят пощекотать нервы, надеются - вдруг тоже пропадут?
- Вряд ли место это снискало бы себе такую дурную славу, если бы дело было только в этом. Но там до сих пор встречается немало деревьев-мутантов. Стволы у них изгибаются, словно березы и осины – делают реверансы. А когда идешь – и смотришь на них на ходу, то складывается полное впечатление, что деревья или танцуют, или сплетаются стволами в борьбе… Там был сильный пожар, он не пощадил Падь – наоборот, придал ей еще больше колоритности… Обугленные, черные стволы… Змей там тоже предостаточно…
Верочку передернуло, а Катерина кивнула, точно знала об этом.
- И змеи эти, говорят, крупнее размером, чем обычные гадюки.
- ГадюГи, - повторила Верочка, явно обозначив в слове две буквы «г».
- Что ж, - Дмитрий сдвинул брови, - Какое-то объяснение этому пробовали дать? Может, там какие-то излучения? Ну, может, что-то залегает в земле…
- Для ученых там интересно только языческое капище, - Александр пожал плечами, - Но оно далеко в лесу – туристов туда не водят. Мы же будем пройдем мимо него….
Продолжение следует
ПС Спасибо за донат)))