Предыдущая часть:
Написал Владислав это просто так, на авось. Он давно уже не оказывал Тамаре открытых знаков внимания. Так просто восхищался ею издали, иногда специально оказывался поблизости, чтобы хотя бы случайно коснуться её, вдохнуть запах её волос, посмотреть в её серые глаза, ощутить тепло, которое от неё шло. Какую-то взаимную реакцию, едва заметную, Владислав всегда улавливал, но ему казалось, что он просто принимает желаемое за реальное. А Тамара позвонила. Владислав случайно был дома и даже сам взял трубку. Должен был к ребятам на улицу рвануть, но замешкался. Впоследствии он много раз размышлял об этом. Что если бы Тамара тогда не дозвонилась до него? Что если бы Владислав успел уже уйти? Решилась бы Тамара на ещё один звонок или ничего бы тогда и не случилось вообще?
— Привет, — произнесла Тамара немного нерешительно, с ноткой волнения в тоне, словно набираясь смелости. — Я прочитала твою записку. Это правда, что ты там написал, или просто так?
— Да, — отозвался Владислав непривычно серьёзным тоном, чувствуя, как сердце колотится чаще обычного. — Тома, ты мне правда очень нравишься, я ещё никогда и никому такого не чувствовал, это не шутка.
Владислав не репетировал разговор заранее, просто высказывал то, что ощущал, то, что давно накопилось на сердце. Может, неуклюже, но от души. Даже стеснялся слегка, что было ему совсем не свойственно. Кажется, именно это и зацепило в итоге Тамару. Они тогда условились встретиться, погулять. Владислав даже не известил Анжелику, которая его ждала. Полностью о ней забыл. Она потом орала на него за это, ругалась последними словами, а Владислав сначала помалкивал, а потом извинился и сказал, что им пора разойтись. Анжелика ревела. Кажется, она по-настоящему влюбилась в Владислава. Но ему всё это было безразлично. Главное — Тамара теперь с ним. Они вместе. Это стало ясно с той самой их первой совместной прогулки.
Какое же это было блаженство. Владислав чувствовал себя рядом с ней мощным, добрым, отважным. Ему хотелось охранять её, беречь, радовать. Это были ранее неизвестные, но очень приятные ощущения. Тамара тоже преображалась рядом с ним. Она стала выглядеть немного твёрже. Он научил её развлекаться, не всё же над книгами корячиться. Когда Тамара хохотала, Владислав чувствовал себя самым счастливым на земле. Это была любовь, чистая, юная, подлинная. Только теперь Владислав начал понимать классиков, которые описывали сильные эмоции. И даже его сочинения стали ставить в пример классу, чего раньше не случалось. Ради Тамары Владиславу хотелось ежедневно улучшаться, ведь она заслуживает только лучшего. Счастья Владислава не портили колкие насмешки Анжелики, которая всё не могла примириться с тем, что её бросили ради тихони и серой мышки.
Не портила открытая антипатия к нему родителей Тамары, которые видели для дочери совсем другого парня. Не портили наставления матери, которая с утра до вечера напоминала сыну, что на первом месте для него не девчонки должны быть, а учёба, поскольку экзамены на носу.
— Что ты творишь? — причитала Надежда, вздыхая тяжело и глядя на него с упрёком. — Тебе тройки лепят только из-за симпатии к тебе. С такими знаниями ты никуда не сунешься. Нужно заниматься, к экзаменам готовиться, а ты зачем-то на автомойку подался.
Владислав действительно устроился в автосервис на мойку машин. После школы отводил Тамару до дома и сразу мчался туда. Ему требовались деньги. Хотелось угощать и баловать Тамару, дарить ей цветы, водить в кино и кафе. Всё это подразумевало расходы, а спонсоров у Владислава не имелось, вот и крутился сам. Тамара после школы садилась за уроки, ездила на курсы подготовки в университет, а вечерами они были вдвоём. Бродили, беседовали обо всём подряд, обнимались. Этих радостных моментов Владислав ждал весь день.
Товарищи обижались. Мол, влюблённый Владислав совсем их забросил. Но в начале отношений ему вообще никто не требовался, только она. Остальные на время будто исчезли для Владислава. Потом-то, конечно, он снова начал контактировать с другими, но всё равно Тамара всегда оставалась для Владислава главной, и девушка это отлично понимала. Она отвечала Владиславу полной взаимностью. Он знал, чувствовал. Тамара тоже его сильно любит, и это такое счастье, что словами не передать.
После выпускного Тамара поступила, как и планировала, в столичный вуз. Владислав радовался за любимую. Она ведь столько усилий вложила в подготовку к экзаменам. И вот, наконец, её труды вознаграждены. Сам Владислав даже местный институт не осилил, что, в принципе, было предсказуемо. Мать рыдала, жаловалась на неустроенную долю сына и на то, что с таким отношением к жизни он кончит где-нибудь под забором, бедным и пьяным.
Владислав, как умел, утешил родительницу. У него имелись свои замыслы на жизнь. Он заверил мать, что обязательно попытается поступить в следующем году, что будет подрабатывать и упорно готовиться. Но делать этого парень, разумеется, не собирался. Просто нужно было маму подбодрить немного. Владислав намеревался работать в Москве, зарабатывать, чтобы его любимая ни в чём не испытывала нужды. Так хотелось катать Тамару на красивой машине, водить её в шикарные рестораны, покупать ей стильные брендовые вещи. А ещё Владислав грезил слетать с Тамарой к морю. Это было бы вообще замечательно. В общем, в столицу они отправились вместе, правда, в разных вагонах, поскольку Тамару сопровождали родители, которые по-прежнему Владислава на дух не переносили. Это походило на приключение. Они сходились в тамбуре между вагонами в оговорённое время. Было забавно. Обоих не оставляло ощущение какой-то свежей, яркой, увлекательной жизни.
В Москве Тамара обосновалась в студенческом общежитии. Владислав же сначала ютился в третьеразрядных гостиницах. Большего он пока не тянул. Трудно было обоим. Тамару ожидала интенсивная учёба, привыкание к студенческому быту, тесные условия общаги. Владислав тот вообще вертелся, как белка в колесе, и фуры у магазинов разгружал, и листовки разносил, и машины чистил. Всё это были иногда неплохие, но очень нестабильные доходы. Хватало лишь на еду и оплату какого-никакого жилья. А потом Владислав устроился на стройку. Строили очередной торговый центр, нужны были рабочие руки. Ну и дела сразу пошли получше. Скоро парень даже смог снять квартиру для себя и Тамары. Оба были невероятно рады наконец оказаться вместе.
Конечно, приходилось экономить на еде, одежде, развлечениях, но зато они были вдвоём. Зато они обитали в отдельной квартире. Это было их уютное убежище. Они расписались, просто поставили подписи, без грандиозной свадьбы. Родителям доложили позже, по факту. Это было совместное решение. Они знали, что старшие родственники не придут в восторг от этой затеи. Родители Тамары Владислава терпеть не могли, и это он отлично осознавал. Слышал, как мать рисовала дочери будущее, которое её ждёт рядом с этим лентяем.
— Он ни к чему не тянется. Он слишком безрассудный и нестабильный. С таким семью не построишь. Ох, и намучаешься ты с ним ещё, — предупреждала она Тамару, качая головой.
Тамара Владислава отстаивала, любила. Он это ощущал, понимал и высоко ценил.
После свадьбы связи Владислава и Тамары стали только прочнее. Этот штамп в паспорте, оказывается, всё же имел вес. Годы текли. Тамара завершила университет, устроилась на первую работу, получала сначала копейки, по сути вкалывала за опыт. Но Владислав трудился на стройке, хватался за подработки. Их маленькая семья не роскошествовала, но и не бедствовала. Правда, Владиславу так и не удалось воплотить старую мечту — свозить любимую на море. Аренда квартиры в Москве оказалась слишком дорогой, как и столичная жизнь в целом. Но иногда молодые супруги могли позволить себе ужин в ресторане. А потом как-то постепенно начались эти беседы.
Тамара работала в банке, общалась с коллегами, женщинами, видела преуспевающих мужчин и как-то понемногу рай в шалаше перестал её удовлетворять.
— Милый, тебе надо расти, учиться, получать образование. Не будешь же всю жизнь на стройке чернорабочим горбатиться, — говорила она, глядя на него с беспокойством в глазах.
— Почему нет? — искренне удивился Владислав, пожимая плечами и не понимая её настойчивости. — Зарплата приличная, я справляюсь. Нормальная работа.
— Но нет никаких перспектив. И надёжности тоже нет. Ты не развиваешься, не продвигаешься, — настаивала Тамара, пытаясь его убедить в своей правоте.
Из-за этого и завязались ссоры. Тамара сильно изменилась. Её больше не устраивали стены их скромного жилища, одежда с рынка, продукты по скидке. Захотелось ей вдруг красивой жизни. Ещё и материнские жалобы не утихали. Только теперь Тамара не останавливала родительницу, когда та выражала недовольство своим непутёвым зятем.
Сначала Владислав пытался устраивать Тамаре приятные неожиданности. Думал, что любимая жена просто вымоталась, что ей не хватает положительных эмоций. Это помогало слабо. Тамара лишь вздыхала, получая очередной букет, ну и улыбалась слегка, будто из вежливости. Тяжело было это переносить, поэтому Владислав всё чаще стал засиживаться с друзьями после работы. То в бар заглянет с одной компанией, то в пивной с другой посидит. Спокойные разговоры о жизни, забавные шутки, алкоголь. Всё это отлично отвлекало от тяжёлых мыслей о том, что Владислав не дотягивает до Тамары, что выбрал пару не по себе, не соответствует супруге.
Теперь они ругались ещё из-за друзей Владислава и его выпивки. А он с юности привык так от проблем уходить. Не хватало ему отца в подростковом возрасте до боли. Вот и шёл Владислав в компанию, чтобы ощутить себя частью коллектива. Друзья всегда знали, как развеять грусть. В этой сложной ситуации с Тамарой ребята тоже хорошо поддерживали молодого коллегу.
— Твоя жена просто корыстная баба, — рассуждал опытный Степан, у которого за плечами было целых три неудачных брака. — Все они такие: мало денег ты ей таскаешь. Вот и ищет теперь кого побогаче. Бросит она тебя скоро, помяни моё слово. Только нервы все сначала вымотает.
Владислав и хотел бы поспорить, но в тот момент он и сам думал точно так же. Тамаре нужны только деньги. Раньше его заработок её вполне устраивал, а теперь запросы супруги выросли. А потом произошло такое. Как-то Тамара сообщила Владиславу, что ждёт ребёнка. Это точно. Владислав слегка испугался. Но основным ощущением была радость. Огромная радость от того, что скоро они с Тамарой станут родителями. Наверняка после этого всё у них уладится. Они вместе будут заботиться о малыше, гулять с ним, растить. Владислав научит ребёнка всему, что умеет. Станет для него идеальным отцом, таким, о каком сам всю жизнь мечтал. Тамара будет прекрасной матерью, это точно. Да, между ними в последнее время было много разногласий, но в тот момент, когда Тамара сообщила, что скоро их станет трое, они обнимались, смеялись совсем как прежде, будто и не было этих неприятных ссор.
— Я думала, ты не обрадуешься, — призналась Тамара, когда утихли первые восторги, прижимаясь к нему ближе и глядя в глаза.
— Почему это? — удивился Владислав, обнимая её крепче и чувствуя прилив нежности.
— Но мы ведь не планировали, пока хотели сначала на ноги встать, в жизни устроиться, — объяснила она, немного нервничая.
— Всё будет в порядке, не волнуйся. Обещаю, мы будем счастливы втроём. Горы сверну, но ни в чём вы с ребёнком нуждаться не будете, — заверил он её, целуя в макушку и представляя будущее.
Владислав действительно был настроен решительно. Даже дополнительные часы взял на стройке, чтобы накопить денег к рождению наследника. Почему-то будущий отец был уверен, у них родится сын. Но скоро стало ясно, как не старайся, хоть круглые сутки вкалывай, на стройке много не наскребёшь. Зарплаты хватало на двоих, если Тамара тоже что-то приносила. Но на троих, да ещё с неработающей женой, они не потянут.
— Слушай, я тут всё прикинул, и знаешь, может, вернёмся пока в родной город. Столица нам сейчас не по карману, — предложил Владислав, собираясь с духом и понимая, как это звучит.
Ему трудно было признаваться Тамаре в своей беспомощности, но какой выход оставался? Он очень старался, работал безвыходных. Результат не впечатлял.
И Тамара взорвалась. Возможно, отчасти из-за гормональных сдвигов в организме. Ещё и накопилось то, что она долго держала в себе, чтобы не разжигать конфликты.
— А я тебе говорила, без образования ничего не выйдет. Просила же тебя хотя бы курсы пройти, пока время было. А теперь что? Я не поеду в наше захолустье. Я училась, старалась, столько сил потратила, чтобы оттуда выбраться. А теперь ты предлагаешь назад? Нет уж. Что угодно лучше, чем это, — выкрикивала она, повышая голос от раздражения.
— Послушай, но это ведь временно. Родишь ребёнка, подрастим его немного. Там и бабушки с дедушками помогут, легче будет. Там проще с жильём. Там я буду и работать, и учиться, а здесь ничего не клеится. Я уже всяко пробовал, но нет. Права моя мама. Ты просто бесполезный человек, ненадёжный и лентяй. Она во всём права, — продолжала Тамара, не в силах остановиться, и каждое слово било наотмашь.
Продолжение: