Владислав с грустной ухмылкой осматривал костюм, который висел на плечиках, прикреплённых к турнику на стене. Этот турник, к слову, Владислав сам закрепил в бабушкиной Зоиной квартире во время каникул между седьмым и восьмым классом. Как раз в те годы у него неожиданно возникло желание нравиться девчонкам. А девчонки, по мнению подростка, конечно, отдавали предпочтение парням посильнее и помускулистее. Костюм казался дорогим и солидным. Как раз то, что требовалось. Облегающий жакет, брюки с ровными стрелками вместе с чёрной сорочкой — всё на высоте. Владиславу посчастливилось сохранить сносную фигуру, хотя он ничем специально для этого не занимался. Просто удача с генами, которые так кстати сложились. Хотя бы что-то полезное передалось от отца, который был хроническим выпивохой.
К слову, своего отца Владислав едва помнил. Тот удрал из семьи, когда единственному сыну стукнуло четыре. Не потянул ношу ответственности и хлопот взрослой жизни. Владислав, как выяснилось, в этом плане от него не сильно отстал. Этот костюм Владиславу ссудил сосед. Григорий служил в банке, и этот наряд, взятый недавно в модном магазине, предназначался для важных поводов. Прибытие значимых клиентов в филиал, круглые даты, собрания. У Григория была жена, двое детишек, солидная позиция. С виду всё в жизни у него ладилось. Именно таким вот благополучным типом, как этот сосед, и намеревался показаться Владислав на собрании одноклассников.
Но Григорий довольно регулярно наведывался к Владиславу. Они усаживались за бутылкой, толковали о разных сторонах бытия. И по всему выходило, что существование Григория вовсе не такое радужное. Подобное процветание — это постоянный тяжкий труд. В определённом смысле Владиславу было куда проще. И всё-таки на юбилейном вечере с одноклассниками Владислав должен был смотреться прилично. Нет, он не страдал тщеславием. Нет, создавать ложное впечатление не входило в его привычки. Просто там должна была оказаться она. Владислав считал себя обязанным показать бывшей жене, что она заблуждалась насчёт него. Серьёзно заблуждалась. Да и ответить за прошлое очень хотелось. Было за что. Она натворила много лет назад такое, что никак не забыть.
От раздумий об этом у Владислава до сих пор неприятно сжимало в груди. Он намеревался явиться на это мероприятие в роли процветающего дельца, зажиточного, твёрдого в себе. Может, это побудит её сожалеть о том, что она учудила столько лет назад. Владиславу хотелось разглядеть в её глазах ревность, тоску, угрызения. Он планировал поставить её в неловкое положение перед всеми, подобно тому, как она поступила с ним когда-то, заставить Тамару почувствовать себя полной пустышкой по сравнению с ним. Для неё ведь когда-то так важен оказался общественный вес. Значит, именно туда и стоило бить.
Никто не сможет поймать Владислава на обмане. С былыми одноклассниками он все эти годы не перезванивался. Никто не ведал, как именно мужчина провёл эти годы. Школьные приятели кто разбросаны по разным местам, а кого и вовсе нет на свете. И значит, можно было выдумывать о себе что угодно. Главное — досконально обмозговать байку, чтобы не проколоться на каких-то мелких деталях. Ради такого случая Владислав даже нанял на один вечер престижную иномарку. Это влетело ему в половину месячного дохода, но для подобного дела ничего не жалко. Владислав вообще наткнулся на сведения об этом событии совершенно случайно. Повстречал в супермаркете бывшую классную руководительницу.
Она первой его приметила и позвала по имени. Владислав сперва опешил, не сразу разобрал, кто перед ним. Он помнил Валентину Евгеньевну как полную сил женщину, которая ярко красилась и всегда делала пышные причёски, а тут стояла тощая пожилая дама, в чертах которой с трудом проступала прежняя учительница географии. Они выросли, а учителя состарились. Всё по правилам.
— Владислав Дмитриевич! — воскликнула Валентина Евгеньевна с явной радостью, подходя ближе и протягивая руку. — Вот так встреча! Как ты повзрослел. Здравствуй!
— Здравствуйте, — улыбнулся мужчина в ответ, пожимая её ладонь и пытаясь собраться с мыслями.
Он хотел уже двинуться дальше, но бывшая классная явно намеревалась поболтать.
— Расскажи, как у тебя дела? Как ты в жизни обустроился? Выглядишь вполне сносно, только вроде как утомлённый немного, — поинтересовалась она, пристально вглядываясь в его лицо, словно пытаясь разглядеть изменения.
— Да, подустал чуток, — согласился Владислав, кивая и чувствуя, как разговор затягивается.
Последнюю неделю он заливался до потери сознания почти каждый вечер, осознавал, что это до добра не доведёт, но ничего с собой поделать не мог. Мало что в этой жизни его трогало или беспокоило. На него напала какая-то апатия. Ощущение, что всё бытие бессмысленно, что он никому не сдался. Такое с ним происходило изредка.
— А ты придёшь на встречу выпускников? Всё-таки двадцать пять лет с вашего выпуска миновало. Круглая дата, — продолжила Валентина Евгеньевна, не давая ему уйти, и слова из неё сыпались без остановки, полные воодушевления.
— Не знаю. Я сейчас много вкалываю, — ответил Владислав, стараясь вежливо отмазаться.
— Постарайся, пожалуйста. И так вас мало в городе уцелело. Вот Тамара Скворцова тоже будет. Вы с ней в школе вроде дружили. Она случайно здесь очутилась, приехала мать проведать. Мы с ней буквально вчера пересеклись. Вот как сейчас с тобой случайно. Она заверила, что обязательно явится, — уговаривала учительница, явно стремясь его зацепить.
Тамара. Владислава словно ударило разрядом. От былой апатии не осталось следа. Надо же, даже спустя столько лет она может вызвать в нём отклик. Правда, смешанный, но хоть какой-то.
— Ну да, не помнишь её, что ли? — удивилась Валентина Евгеньевна, заметив его замешательство, и продолжила перечислять. — Ещё Тимофей Борисов будет. Он у нас в городе важная персона, главный врач в травматологии, всегда был таким умницей. И Регина Васильева обещала прикатить.
Но Владислава это уже не волновало. Главное, что на встрече выпускников будет она, Тамара.
От бывшей учительницы Владислав узнал адрес и час мероприятия. На прощание заверил её, что постарается заглянуть на праздник. В тот вечер он даже не приобрёл спиртного, не тянуло. Врубил телевизор, чтобы развеяться, но толку не было. Всё равно в голову лезли размышления, воспоминания о ней, естественно. О ком же ещё. Тамара с первого взгляда предстала Владиславу самой обаятельной девчонкой на планете. Их встреча случилась в самом начале десятого класса. Оба они попали в математическую школу, оба оказались новенькими. Впрочем, весь класс был таким. Мальчишки и девчонки из их города, показавшие особые склонности к математике, собрались здесь, чтобы упорно готовиться к вузу. Не сказать, что Владислав был таким уж математиком. Мозги у него варили неплохо, это факт. Но парень не привык торчать над учебниками, зазубривать, разбирать трудные задания, осваивать теоремы.
Пока его природных способностей хватало, он учился на отлично. Но когда понадобилась выдержка и старательность, тут-то парень и сдал. Его гораздо сильнее манили прогулки с товарищами, катания на велосипедах, свидания с девчонками. Мать Владислава, которая тянула его одна, расстраивалась из-за этого.
— Зачем ты свои таланты в землю закапываешь? — сетовала она, качая головой с досадой. — Такой одарённый парень. Чуть-чуть поднапрячься — и любой вуз в кармане. А там и солидная работа, и статус в обществе.
Очень уж женщине хотелось видеть сына преуспевающим и устроенным человеком. С самого раннего детства мать Владислава тревожилась, что он ступит на тропу беспечного и безалаберного отца. Не напрасно тревожилась, как оказалось. В определённом смысле Владислав даже перещеголял родителя, которого толком и не знал. В общем, у матери имелась приятельница в управлении образования. Вот и устроился Владислав в математическую школу. Там-то на линейке он и увидел впервые Тамару.
Девчонка эта, казалось бы, не обладала никакими особыми внешними чертами. Не было у неё округлых форм, как у соседки по дому, не было игривого взгляда. Она даже макияжем не пользовалась. Тощая, высокая, немного неуклюжая, русые волосы стянуты в плотный хвост, большие серые глаза, родинка на скуле. Ничего выдающегося, вроде бы. Но Владислав не мог оторваться от неё. Она его будто примагнитила. А потом их глаза встретились, и Владислав ощутил, как в груди растекается тепло. Никогда ещё девчонки не вызывали в нём таких интенсивных ощущений, хотя на дефицит общения с противоположным полом жаловаться ему не приходилось. Для своих лет Владислав был довольно искушённым молодым человеком, чем весьма гордился.
Тамара же казалась какой-то уникальной, не похожей на остальных, вроде тихая, скромная, но чувствовалось, что в ней кроется какая-то загадка. Чувствовалось, что рядом с ней не только уютно и приятно, но ещё и очень занимательно. Владислав с первого же дня попытался приблизиться к этой девушке, не привык медлить, робеть, долго взвешивать свои решения. Не такой он был человек. Наверное, Владислав слегка ошарашил Тамару своим напором, но и заинтересовал тоже. Она отшила его, только что-то такое в её взгляде промелькнуло, что весьма ободрило Владислава. Да и какое-то взаимное тепло он от неё уловил. В общем, стало понятно, что процесс запущен, и результат предопределён. Владиславу придётся постараться. Но в итоге он выйдет триумфатором. Прилежная отличница и шумный проказник, страх всех зубрил в классе, местный вожак и нарушитель порядка на уроках. Что может быть тривиальнее и вместе с тем естественнее? В любой школе такая пара найдётся.
Владислав действовал так, как был приучен. Смелые комплименты, подшучивания, прозрачные намёки. Большинству девчонок такое поведение импонировало, но Тамара, она будто обижалась, закрывалась, отдалялась. А когда Владислав при всех объявил, что любит её, и это было, к слову, непросто, Тамара обозвала его придурком, повернулась и ушла под нерешительный хохот одноклассников. Те, похоже, тоже не разбирали, серьёзно это или нет. А Владислав действительно влюбился впервые в жизни и прекрасно это осознавал. Думал только о Тамаре, грезил о ней, воображал, как они бродят вместе. Она ему даже снилась. Ему хотелось узнать о ней всё. Владислав следил за ней и потому скоро выяснил, что парня у неё нет. Он вообще многое о ней разузнал, и для него это была важная информация.
Иногда Тамара ходит с подружками в кино или просто в парк прогуляться, а ещё занимается фигурным катанием. Впрочем, без особых достижений, не всерьёз. Основную часть времени она отдаёт учёбе, так как собирается поступать в московский вуз. Тамара мечтала жить и работать в столице, хотела поскорее выбраться из их небольшого провинциального городка. Владислав понимал, действовать надо оперативно, потому что она улетит в свою Москву, а ему обучение в столице не светит, хотя за ней он готов был отправиться хоть на край света, устроиться там на работу и продолжать её завоёвывать. Армия ему всё равно не угрожала. Мать похлопотала.
Прошёл год. За десятый класс Владиславу так и не удалось сблизиться с Тамарой. Зато неожиданно у него закрутилось с Анжеликой, девчонкой из параллельного класса. Вообще-то парень имел успех у противоположного пола. Обаяшка, весельчак, полный уверенности. Он выгодно смотрелся на фоне местных всезнаек, которые при девушках краснели и двух слов связать не могли. Обожательниц у Владислава хватало. Анжелика сама проявила инициативу. Показала, что не собирается капризничать и строить из себя недотрогу. Ну и Владислав не стал сопротивляться, хотя о Тамаре грезить всё же не прекратил. Она стала для него чем-то вроде прекрасной фантазии, ориентира, недоступной, но очень вожделенной.
А потом уже в одиннадцатом классе, ближе к выпускному, что-то так тягостно стало у Владислава на душе. Однажды Анжелика с её лаской и прилипчивостью вдруг стала невыносимой. Товарищи приелись. Казалось, будто он сам себя дурачит, создаёт видимость весёлой жизни, чтоб не размышлять о главном. Вечеринки, клубы, сборища, встречи. Словно старается отвлечься от реальности. А реальность и главное — вот она, Тамара, чистая, честная, какая-то очень родная, вроде и близко, но так бесконечно далеко. Не выдержал Владислав и написал ей записку прямо на уроке литературы. Он книгу тогда забыл. "Преступление и наказание" они как раз разбирали, и сосед его по парте тоже не взял. А у Тамары и её соседки на двоих было целых два экземпляра. Девчонки, они такие ответственные, никогда ничего не пропускают. Обе взяли с собой Достоевского на урок. В общем, Тамара одолжила Владиславу свой экземпляр, и он, поддавшись импульсу, написал прямо в книге на форзаце: "Я признавался тебе в любви, а ты мне не верила, но это было по-настоящему. Позвони мне". И номер телефона ниже приписал. Домашнего, тогда ещё. Мобильники в то время только-только входили в обиход у школьников из самых зажиточных семей. Ни Владислав, ни Тамара к таким счастливчикам не относились. Они обзавелись телефонами только пару лет спустя.
Продолжение: