Он и сам не знает, когда его так прозвали.
Может ещё когда была живая Маша, а может и раньше...
Дом у Бирюка крепкий, основательный, сложен из выстоявшихся брёвен, Крепкий дом, с хорошими крепкими стенами, с чистыми окнами смотрящими на этот миря ясно и честно...
Ставни выкрашенные в белый и синий цвета.
На ставнях птички разные, да цветы вырезаны.
Сам вырезал, а Маша красила, с тех пор так и идёт красит каждую весну.
За цветами смотрит, за огородом, у него, как у хорошей хозяйки, везде чистота и порядок.
Во дворе всё чистенько, как было при Маше.
Маши нет уже тринадцать лет, а он всё такой же порядок поддерживает.
Детей у ни с женой не было...не случилось...
После Маши так и не женился.
А тут племянник приехал в гости, да невзначай так, мол, чего ты дядька один живёшь, ну точно бирюк, не зря люди говорят...
Не понимает племяш, не надо ему никого, кроме Маши.
Вспоминает, как с Машей встретился.
Он уже после армии был, родителей рано не стало, домишко после них, какой никакой остался.
Вот и взялся после службы, усадьбу восстанавливать. Колхоз материальную помощь выделил, ну и принялся строить, да перестраивать.
Девки по началу липли... ой липли, да что там девки и бабы молодые заглядывались.
Он парень-то справный такой, красивый мужской своей красотой.
А он...не смотрел ни на кого.
Сначала говорили, что у Валерки, мол, невеста есть, вот её и привезёт в свой дом, как отстроит.
Но время шло, а невеста не появлялась.
Потом говорить стали, мол, слаб, Валерка по мужской -то части...откуда что узнают, кто их знает, ну вот расползлась такая молва.
Тогда и провали бирюком.
А он...да ему плевать было книги читал, много.
А по поводу девушек, да стеснительный он был...Ника не осмеливался подойти сам, а те что висли...не нужны ему такие были.
Пришёл как -то в библиотеку сельскую, а он, Валерка мастерить руками любил очень, брал там журналы разные и перерисовывал из тех журналов, карандашом простым в тетрадку, разные вещи для него интересные.
Ну и в это раз тоже сел и рисует.
А она, Машенька, книги расставляла, на самом верху и покачнувшись, полетела сердешная, да Валера среагировал, поймал быстро...Поймал и держал, больше и не отпускал...
Через неделю хозяйку в дом привёл, Машу.
Тоже сиротой была, у Валерки хоть сестра старшая, в городе жила, а у неё никого...ну кроме Валерки.
Так и жили, ой, какой же Маша сад возвела, с помощью Валерки конечно, а цветы...Отовсюду выписывала, каких только не было. Особой гордостью были синие гладиолусы, а как Маша заболела, да не стало её, так и гладиолусы те пропали.
Валерка сильно горевал, по Маше -то...не до цветов ему было, а время прошло и вспомнил про цветы, начал возрождать, труды Машины, жалко было, всё как у жены было, а синие гладиолусы, так и не нашёл.
Всякие были, белые, розовые, красные, в полосочку...а тех синих не стало.
Приехал племянник, то сё, вот мол, дядька, один ты, не зря бирюком кличут...И начал навяливать ему тёщу свою для знакомства и ежели срастётся, для дальнейшего проживания.
Женщина спокойная, порядочная, чистоплотная, опять же внучата будут приезжать, твои же внуки, мол, кровь...
Валерка...тоскливо ему было, он возьми да согласись...Племянник, пока дядька не передумал, мигом мотанулся за тёщей, познакомить там, присмотреться.
Валерка сидит, смотрит на то место, где раньше синие гладиолусы были, смотрит, а ведь росток из земли торчит, не иначе Машенька знак посылает.
Точно помнит, что не высаживал, пустым то место держал, поди ты...
Ну вроде всё у них сладилось с родственницей племянника.
Женщина она порядочная, чистоплотная, начала уют наводить.
Да стал Валерка замечать...
То коврик, что Маша покупала исчез куда -то, то занавески из кухни, цветы опять же...
-А где...герань, на окне стояла.
- Засохла, я выкинула...вот поставила другие, тоже красивые, герань это у бабок, мы ж с тобой молодые...какие молодые, уж тоже...лет-то, да ладно, цвет жалко...
И так во всём, всё под себя новая сожительница подстраивает, оно и понятно новая метла по новому метёт, да только Валерке всё немило.
А гладиолус тот растёт, уже ясно видно, что синий будет, у обычных -то листки зелёные, а у этого — серебристые, чудо какое.
Всё больше времени Валерка в саду проводит...
Внучата приезжают, всё им позволено...балованная. Терпит, родная кровь.
В конце августа гладиолус расцвёл, синий, как у Машеньки...
-Валер, я поеду. внучку в школу отведу, первый раз первый класс всё таки.
-Да, конечно...
Ходил по дору Валерка, ходил и...как током ударило, а где цветок? Нет гладиолуса, нет...аккуратно срезан...
Приехала сожительница, Валерка к ней, так, мол, и так цветок пропал...
-Какой цветок?
-Тот самый, Машенькин.
Смотрит на него, как на нечто непонятное...
-Ты о чём, Валер?
-Цветок, - Валерку аж трясти начало, - цветок, гладиолус синий...Машенькин.
-Аааа, так не переживай, я уж думала цветы поворовали, я внучке срезала...так все удивлялись, учительница в восторге была,а я же ещё листьев нарвала, букет сделала,- развернулся резко Валерка, ничего не сказал, ходил всё, обдумывал...А к вечеру велел сожительнице собираться и уходить.
-Как это?
-Не уживёмся мы с тобой, прости...уходи...сил моих нет, устал я.
-Ты что? Чего ты? Совсем спятил? Случится что с тобой, всё прахом пойдёт, надо регистрироваться, да чтобы внукам досталось всё...
-Уходи...прошу, уезжай не будет нам жизни с тобой.
-Это ты из-за цветка что ли никудышного?
-Это Маша сажала...Это память, тебе не понять.
Ты чего окстись, что творишь -то...Кому на стрости лет нужен будешь?Не понять мне...действительно не понять, живым — живое, что ты за покойницей -то горюешь столько лет.
-Уходи...прошу...
Заплакала, в дом убежала, через полчаса племянник приехал, ты мол, чего дядька...совсем с ума спятил, в дом престарелых ведь определю.
Усмехнулся Валерка, да послал куда подальше, всех родственников -то...Как вывозила возами новая сожительница, откуда успела столько нажить? Люди удивлялись.
А вскоре и занавески привычные на окнах заколыхались, и герань нашлась, обнаружил за домом, вместе с горшками, а она ничего, живучая, выжила, цвела таким буйным цветом, только у Маши так было.
С племянником не общался, обиделся он.
А Валерка с соседским мальчонкой сдружился, такой любознательный, он его дедой звал, книжки запоем читал, мастерить от Валерки научился...
Он, парнишка тот, когда вырос и в последний путь Валерку прожал, и дом ему достался, Валерка позаботился.
Племянник приехал, фыркал да всё было по закону сделано, а синих гладиолусов теперь целая грядка, их и в деревне много тоже у кого есть, их бирючинными зовут...
Добрый день, мои хорошие!
Обнимаю вас,
Шлю лучики своего добра и позитива!
Спасибо вам!
Всегда ваша
Мавридика д.