Марина Петровна всегда знала, что родной брат у неё не слишком порядочный. Но чтобы настолько...
– Бабушка завещала дачу мне, а не вам, – заявил племянник Игорь, который навещал бабушку Веру Михайловну раз в пять лет.
Слова эти прозвучали прямо в день похорон, когда все ещё стояли у свежей могилы. Марина Петровна даже не сразу поняла, что он имеет в виду. Голова была тяжёлая от горя, ноги подкашивались, а тут ещё племянник со своими заявлениями.
– Что ты сказал? – переспросила она, снимая тёмные очки.
– То, что слышала. У меня есть завещание. Нотариально заверенное, – Игорь похлопал по внутреннему карману пиджака. – Дача переходит ко мне.
Вокруг стояли соседи бабушки, её старые подруги, дальние родственники. Все молчали, но Марина Петровна чувствовала на себе их взгляды. Ей стало стыдно за племянника, за то, что он выбрал такой момент для разговора.
– Игорь, давай не сегодня, – тихо сказала она. – Давай похороним бабушку по-человечески, а потом разберёмся.
– А что тут разбираться? Всё уже решено. Бабуля была в здравом уме, когда писала завещание. Правда ведь, Вера Михайловна была совершенно нормальная до самого конца? – обратился он к соседке покойной, тётке Нине.
Тётка Нина кивнула неуверенно. Конечно, бабушка была в порядке, но разговор на кладбище казался ей неуместным.
– Игорёк, может, действительно потом поговорите? – вступила она робко.
– Да нет, тётя Нина, чего откладывать. Марина Петровна всё равно рано или поздно узнает. Лучше сразу, честно и открыто.
Марина Петровна смотрела на племянника и не узнавала его. Вроде бы тот же Игорь, с которым она когда-то в детстве играла во дворе. Но что-то в его глазах изменилось, появилась жёсткость, расчётливость.
Домой она ехала в полной растерянности. Дача... Та самая дача, где она провела всё своё детство, где каждые выходные возилась с грядками вместе с бабушкой, где научилась варить варенье из крыжовника и сушить яблоки на зиму. Неужели всё это теперь принадлежит Игорю?
Вечером позвонила дочь Алёна.
– Мам, как дела? Как похороны прошли?
– Нормально. Народу много было. Бабушку все любили, – Марина Петровна не стала сразу рассказывать про завещание. Не хотелось расстраивать дочь.
– А что с дачей будет? Ты же туда каждые выходные ездила, столько сил вложила...
Вот тут Марина Петровна не выдержала и рассказала всё. Алёна долго молчала, потом вдруг рассмеялась.
– Мам, да ты что! Какое ещё завещание? Бабуля же мне в прошлом году говорила, что дачу тебе оставляет. Я тогда ещё подумала, правильно, кому же ещё.
– Говорила?
– Конечно! Мы тогда с ней консервированными огурцами занимались, помнишь? И она сказала: дача Мариночке достанется, она одна тут работает, любит это место. А твой Игорь только приезжает поесть да поспать.
На следующий день Марина Петровна поехала к нотариусу. Завещание действительно существовало. Датировано позавчерашним числом. Бабушка Вера Михайловна завещала дачу внучатому племяннику Игорю Валерьевичу.
– Простите, а когда именно было составлено завещание? – уточнила Марина Петровна.
Нотариус, молодая женщина в строгом костюме, посмотрела в документы.
– Завещательница приходила к нам в понедельник. Была в полном здравии, документы в порядке. Всё законно.
Понедельник... Марина Петровна помнила этот день. Бабушка жаловалась на слабость, говорила, что плохо себя чувствует. А в среду её не стало. Получается, завещание написали за два дня до смерти?
– А кто её сопровождал?
– Молодой человек. Представился внуком, помогал бабушке дойти до кабинета. Очень заботливый.
Внук... Игорь значит заботливый. Интересно, когда он успел стать таким заботливым? Марина Петровна вспомнила, как последние годы одна таскала бабушке лекарства, продукты, ездила с ней по врачам. А заботливый внук появлялся только на дни рождения, да и то не каждый год.
Вечером позвонил сам Игорь.
– Марина Петровна, я понимаю, тебе неприятно, но что поделаешь. Бабушка сама решила. Может, она посчитала, что мне дача нужнее. У меня ведь семья, дети растут.
– Дети? А сколько раз твои дети бабушку видели?
– Ну при чём тут это? Главное, что завещание есть. Я, конечно, не выгоню тебя сразу. Можешь пока доездить сезон, урожай собрать. А там посмотрим.
Какая доброта. Позволяет собрать урожай, который она сама посадила и выращивала.
После разговора с Игорем Марина Петровна долго не могла уснуть. В голове крутились одни и те же мысли. Что-то тут не так. Бабушка была хитрой женщиной, всю жизнь прожила непросто, людей насквозь видела. Неужели она могла не заметить, кто из родственников её по-настоящему любит?
На следующий день Марина Петровна поехала на дачу. Надо было разобрать вещи, привести всё в порядок. Может быть, в последний раз.
В доме пахло бабушкиными духами и сухими травами, которые всегда висели пучками под потолком. На столе лежали её очки, недочитанная книга, стояла чашка с засохшим чаем. Как будто бабушка просто вышла в огород и сейчас вернётся.
Марина Петровна начала разбирать письменный стол. В верхнем ящике нашлись старые фотографии, письма, какие-то документы. А в самом дальнем углу, завёрнутый в носовой платок, лежал небольшой конверт. На нём бабушкиным почерком было написано: "Мариночке".
Руки задрожали, когда она вскрывала конверт. Внутри оказался листок из школьной тетради, исписанный знакомым почерком.
"Дорогая моя Мариночка! Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет. Не плачь, я прожила хорошую жизнь, особенно последние годы, когда ты была рядом. Знаю, что Игорь покажет тебе завещание и скажет, что дача теперь его. Пусть показывает. Но знай, что настоящее завещание лежит у нотариуса Смирновой на Пушкинской, 15. Составлено оно было три года назад, когда я поняла, что на тебя можно положиться, а остальные родственники появляются только когда что-то нужно. Дача твоя, родная. Ты её заслужила своей заботой и любовью. А то завещание, которое Игорь тебе показал, я написала специально. Хотела проверить, что он за человек. Теперь я знаю точно. Береги себя, доченька. Твоя бабушка Вера."
Марина Петровна перечитала письмо несколько раз, не веря глазам. Потом достала телефон и набрала справочную.
– Скажите, есть ли на Пушкинской, 15 нотариальная контора?
– Да, нотариус Смирнова Галина Ивановна.
Сердце стучало так громко, что, казалось, слышно на всю дачу. Неужели бабушка и правда всё продумала? Неужели она знала, что Игорь попытается её обмануть?
На Пушкинскую Марина Петровна приехала в тот же день. Нотариус Смирнова оказалась пожилой женщиной с добрыми глазами.
– Вера Михайловна? Конечно, помню. Замечательная была женщина. Завещание составляла три года назад, потом ещё раз приходила, уточняла какие-то моменты. Говорила, что внучка у неё золотая, а вот остальные родственники так себе.
Завещание действительно было. Настоящее. По нему вся недвижимость переходила к Марине Петровне Ивановой. А то, что показывал Игорь, было подделкой.
– Но как же он решился на такое? – удивлялась нотариус. – Ведь подделка завещания это уголовное дело.
Марина Петровна пожала плечами. Видимо, Игорь был уверен, что она не станет проверять документы, поверит на слово. Или надеялся, что она просто смирится.
Вечером она позвонила племяннику.
– Игорь, нам надо встретиться.
– А что случилось? Ты передумала насчёт дачи? Я же сказал, можешь пока поездить.
– Нет, не передумала. Просто хочу показать тебе кое-что интересное.
Встретились в кафе рядом с домом Игоря. Марина Петровна положила на стол два документа: поддельное завещание и настоящее.
– Что это? – Игорь взял в руки настоящее завещание, и лицо его сразу побледнело.
– Это то, что бабушка на самом деле хотела. А то, что ты мне показал, просто проверка. Она хотела убедиться, что ты именно такой, каким она тебя считала.
Игорь долго молчал, рассматривая документы.
– И что теперь будет? – спросил он наконец.
– А что должно быть? Ты пытался присвоить чужое имущество по поддельным документам. Хорошо, что я не подала заявление в полицию.
– Марина Петровна, я же не со зла... Просто подумал, что дача всё равно пропадает, а у меня дети, ипотека...
– У тебя дети, а у меня нет? У тебя ипотека, а у меня проблем нет? Только я не пытаюсь решать свои проблемы за счёт других.
Игорь попросил прощения, обещал больше никогда так не поступать. Марина Петровна не стала развивать тему. Просто встала и ушла.
Дома её ждала дочь с пакетом пирожных.
– Ну что, мам, рассказывай. Я весь день как на иголках.
Марина Петровна рассказала всё. Дочь слушала, широко раскрыв глаза.
– Вот это бабуля даёт! Даже после смерти умудрилась проучить нехорошего родственника. А ты что теперь собираешься делать с дачей?
– Ездить туда, как и раньше. Ухаживать за садом, выращивать овощи. Может быть, и тебя научу консервировать огурцы по бабушкиному рецепту.
– Научи обязательно, – согласилась Алёна. – А вообще, знаешь что? Бабушка была мудрой женщиной. Она точно знала, кому можно доверять.
На следующих выходных Марина Петровна поехала на дачу. Убрала бабушкины вещи, полила растения, прополола грядки. А вечером сидела в беседке с чашкой чая и думала о том, как же всё-таки важно ценить людей при жизни. И как важно разбираться в людях.
Игорь больше на дачу не появлялся. Только через месяц прислал короткое сообщение: "Извини, если можешь". Марина Петровна ему не ответила. Некоторые вещи прощать можно, а некоторые нельзя забывать.
Осенью она собрала отличный урожай яблок и впервые за много лет сварила варенье по бабушкиному рецепту. Получилось почти так же вкусно. Почти.
Самые популярные рассказы среди читателей: