Пока степные ветры трепали плащ Айдара, а багдадские интриги опутывали посла Юсуфа, в Биляре шла своя, тихая война. Война, в которой оружием были не сталь и золото, а шепот, память и обрывки знаний. И вели эту войну двое — мудрая жена эмира и его таинственный повелитель теней.
Встреча с Айбике в заброшенной обсерватории взбудоражила Асфана. Он, привыкший считать себя единственным пауком в центре дворцовой паутины, вдруг осознал, что рядом плетет свою сеть другая, не менее искусная и, возможно, более тонкая сила.
Он не был оскорблен. Он был восхищен. И он понял, что их тайный союз — единственное, что может спасти эмира от той пропасти, к которой его толкали и явные враги, и мнимые друзья.
Несколько дней он ждал. Его агент, Ястреб, растворился в городе, и Асфан знал: торопить его — все равно что торопить восход солнца. И вот, на четвертую ночь, в его библиотеку без стука вошел слепой нищий, который днем сидел у ворот дворца.
Он не произнес ни слова, лишь протянул Асфану маленький глиняный шарик. Асфан разломил его. Внутри был туго свернутый клочок тончайшего пергамента. Донесение Ястреба.
Асфан читал при свете единственной свечи, и его лицо, обычно непроницаемое, менялось с каждой строкой. Он читал о беглом мальчишке-конюхе, о его рассказе про таинственного бека.
Он читал имя — Арслан. И когда он дошел до описания старой золотой монеты с профилем древнего кагана, он замер. Он встал, подошел к одному из самых дальних и пыльных стеллажей и достал тяжелый, переплетенный в бычью кожу фолиант. «Родословная Великих Ханов Степи».
Он листал хрупкие, пожелтевшие страницы, пока не нашел то, что искал. Родовое древо правителей Хазарского каганата. Правящая династия, к которой принадлежал каган Бек, была отмечена знаком сокола.
Но была и другая, более древняя и когда-то более могущественная ветвь, чей род шел от самого основателя каганата. Их знаком был волк. Эта ветвь была почти полностью вырезана в ходе дворцовых переворотов сто лет назад. Почти.
Последний отпрыск этого рода, носивший имя Арслан, считался пропавшим без вести. По слухам, он бежал на север, в дикие лесные земли.
Асфан закрыл книгу. Все встало на свои места. Арслан-бек, потомок истинных правителей, хранитель древних регалий, решил, что пришло время заявить о своих правах. Он ехал в Биляр, к эмиру Алмушу, чтобы просить союза. Он нес с собой не просто амулет. Он нес с собой право на трон.
А нынешний каган, узнав об этом, послал своих лучших убийц, полк «Змеи», чтобы перехватить его и забрать реликвию. Резня на границе была не провокацией. Это была отчаянная попытка не допустить, чтобы искра гражданской войны в Хазарии была зажжена на булгарской земле.
***
В это самое время, в тишине и покое женской половины дворца, Айбике вела свою собственную разведку. Она не допрашивала Зейнаб. Она играла с ней. Она рассказывала ей сказки, а в ответ просила рассказать о ее путешествии. Она приносила ей разные предметы — кусочки ткани, цветные камни, деревянные фигурки, — надеясь, что какой-то из них разбудит уснувшую память.
И однажды это сработало. Айбике принесла ей старый кожаный тумар — футляр для свитков, украшенный тиснением.
— Смотри, Зейнаб, что у меня есть. Сюда можно прятать секреты. У тебя были секреты от папы?
Зейнаб взяла тумар в руки, повертела его. И вдруг ее лицо изменилось. Она не заплакала. Она нахмурилась, сосредоточенно вспоминая.
— У гостя, — сказала она тихо. — У Арслана был такой. Только другой. Черный. И он его... нюхал.
— Нюхал? — не поняла Айбике.
— Да, — кивнула девочка. — Когда никто не видел. Он прижимал его к лицу и дышал. Будто там... запах дома. И он никогда-никогда его не открывал. Он висел у него на шее, вместе с черным камнем.
Это была недостающая деталь. Не просто амулет. А амулет и запечатанный свиток. Ключ и замок.
Их вторая встреча с Асфаном состоялась той же ночью, в том же месте. Тишина в старой обсерватории была напряженной, наэлектризованной.
— Его звали Арслан-бек, — без предисловий сказал Асфан. — Он был последним из рода Волчьих каганов. Законный, по крови, наследник хазарского престола.
Айбике ахнула.
— А черный камень, амулет... — продолжил Асфан, — это, скорее всего, Тамга Власти. Древняя печать, которая дает право говорить от имени всего рода. Символ, который поймет и признает вся старая степная аристократия.
— Но это еще не все, — сказала Айбике. И рассказала ему о черном тумаре, который Арслан-бек носил вместе с амулетом.
Асфан надолго замолчал, глядя на спящий город. Теперь головоломка была собрана полностью.
— Карта и ключ, — прошептал он. — В амулете — право. А в свитке, скорее всего, — доказательство. Родословная, заверенная древними печатями. Или, что еще вероятнее, — карта. Карта, ведущая к чему-то. К сокровищам древних каганов, на которые можно купить армию. Или к тайному проходу в горах, который позволит ударить в самое сердце каганата. Неважно. Важно то, что амулет без свитка — лишь красивая безделушка. А свиток без амулета — просто старый пергамент.
— Но хазары этого не знают, — догадалась Айбике. — Они думают, что все дело в амулете.
— Именно, — подтвердил Асфан. — Они нашли тело Арслана. Но ни амулета, ни свитка при нем не было. Они решили, что их забрал единственный выживший — воин Айдар, который увел девочку. Поэтому Тазрак и его «Змеи» так одержимо ищут его. Они ищут не то, и не там.
— Амулет здесь, у меня, — сказала Айбике. — А свиток...
— А свиток, скорее всего, до сих пор там, — закончил ее мысль Асфан. — На дне того самого сундука, который вез Арслан. Или затерялся в грязи и крови на месте резни. Он все еще там, на границе. Ждет.
Они посмотрели друг на друга. Оба понимали, что они теперь — единственные хранители самой опасной тайны в Великой Степи. Тайны, которая могла как спасти Булгарию, так и сжечь ее дотла.
— Мы должны сообщить Айдару, — сказала Айбике. — Он должен знать, за чем на самом деле охотятся враги. Он должен знать, что у него ничего нет, и что ему нужно искать не Саркел, а...
— ...а старое пепелище, — закончил за нее Асфан. Его глаза блеснули в темноте. — Я думал об этом. Я не знаю, где он. Но я могу послать весть ветру.
Он подошел к краю башни и указал вниз, на темные крыши ремесленного квартала.
— Там живут мои «пастухи». Люди, которые кочуют со своими стадами вдоль всей границы. Они видят все и знают все тропы. Я могу отправить гонца. Он найдет их, а они — его. Но послание должно быть коротким. Таким, чтобы его можно было выучить наизусть и сжечь пергамент. Что мы ему передадим?
Айбике на мгновение задумалась. А потом произнесла медленно, чеканя каждое слово:
— Передай ему: «Волк ищет не ягненка, а пустой сундук. Ключ — в Биляре. Карта осталась у ручья».